Страница 63 из 141
Наконец, Мэнгу-хан и брат его Бучек «пошли облавой по обеим берегам реки», по которой на 200 судах двигалось 20-тысячное монгольское войско. Монголам удалось окружить отряд Бачмана на одном из островов. Отряд мужественно оборонялся; все воины погибли: «Некоторых бросили в воду, некоторых убили, угнали в плен жен и детей»[985]. Бачман был схвачен. Когда Мэнгу велел ему встать на колени, он гордо ответил: «Я не боюсь смерти. Я не верблюд, чтобы вставать на колени»[986]. Его убили.
О восстании волжских булгар узнаем от Рашид ад-Дина. Первоначально, пишет он, после разорения Булгарии, «пришли тамошние вожди Боян и Джику, изъявили [монгольским] царевичам покорность, были [щедро] одарены и вернулись обратно, [но потом] опять возмутились»[987]. Для их усмирения вторично посылалось войско Субэдэя после его возвращения из европейского похода.
Есть сведения о сопротивлении и Мордовской земли, тем более примечательные, что (по данным французского посла 50-х годов XIII в. к монголам Вильгельма Рубрука) какой-то мордовский отряд Батый принудил к участию в европейском походе[988]. По сообщению русских и персидских источников, монгольские рати с боем заняли мордовские земли. Как пишет Рашид ад-Дин, они «занялись войной с мокшей, буртасами и арджанами (т. е. эрзянами) и в короткое время завладели ими»[989]. Но венгерский монах Юлиан уточняет, что действительно один мордовский князь «со всем своим народом и семьей покорился владыке татар, но другой с немногими людьми направился в весьма укрепленные места, чтобы защищаться, если хватит сил»[990]. Мордовские историки полагают, что первый— князь мокши, а второй — эрзи, ушедший к твердям в районе Нижнего Новгорода[991].
Не затихала борьба и на Северном Кавказе. Тот же Плано Карпини в числе земель, «доселе еще не подчинившихся татарам», называл и «некую часть аланов»; он же сообщал, что монголо-татары уже в течение 12 лет ведут осаду «одной; горы в земле аланов», которые, мужественно сопротивляясь, «убили много татар и притом вельмож»[992]. Посол французского короля отметил, что земля черкесов «не повинуется татарам», что лезгины и аланы также не покорены и на борьбу с ними отвлечена пятая часть войск хана Сартака[993]. В Средней Азии яркой вспышкой освободительного движения было бухарское восстание, предводимое Махмудом Тараби (1238 г.). Здесь нашли свою гибель 10 тыс. монгольских воинов[994].
Следовательно, в то время, когда Батый вел свою рать на Европу, в разных частях Монгольской империи разгоралась освободительная борьба завоеванных, но не покоренных народов нашей страны. Эта борьба предопределила провал монгольского похода в глубь Европы.
Нередко в литературе приходится читать, что монголы вторглись за Волгу ради завоевания Венгрии. Источники говорят о другом. Чингис-хан установил, писал Карпини, что они «должны подчинить себе всю землю и не должны иметь мира ни с каким народом, если прежде им не будет оказано подчинения»[995]. Ранее побывавший в Поволжье венгерский доминиканец Юлиан со слов татарского посла писал о том же[996]. Юлиан предостерегал Белу IV: «Многие передают за верное, и князь суздальский [Юрий Всеволодович] передал словесно через меня королю венгерскому, что татары днем и ночью совещаются, как бы прийти и захватить королевство венгров-христиан. Ибо у них, говорят, есть намерение идти на завоевание Рима и дальнейшего»[997].
Так же понимал цели монгольского похода и крупнейший знаток их истории Б. Я. Владимирцов[998]. В европейском походе Батый выбрал традиционный путь кочевников, надеясь создать на венгерской равнине опорную базу своего господства в центре континента. Поэтому, насколько позволяют судить источники, он, двинувшись с основным войском на Венгрию, направил отряды других воевод с таким расчетом, чтобы в первую очередь обезопасить себя от ударов со стороны Польши, Чехии и Болгарии.
Монгольские полчища, которые после боев на Руси вторглись в начале 1241 г.[999] на территории соседних государств Европы, встретили, как и повсюду, мужественное, но недостаточно организованное сопротивление. Первой их жертвой стала Польша. Недавно видный польский исследователь Г. Лябуда пересмотрел относящиеся к этой теме источники, разрозненные, и разноречивые, и пришел к выводу, что в основу описания можно положить труд Яна Длугоша, который располагал ныне утраченной монастырской доминиканской хроникой, черпавшей свои известия у современников событий и даже участников битвы при Легнице, вроде упомянутого ею Яна Ивановича[1000].
Первое вторжение Г. Лябуда относит к январю 1241 г., когда монголы вскоре после падения Киева и, следовательно, во время боев в Галицко-Волынской Руси прорвались к Висле, где заняли Люблин и Завихост, отказавшиеся признать их власть. Через образовавшуюся брешь один из отрядов проник до Рацибужа.
Второй удар в феврале того же года был обращен на Сандомир; разорив этот главный опорный пункт поляков на Висле, монголы тогда же нанесли поражение малопольскому рыцарству в битве под Турском (13 февраля)[1001]. Возможно, что монгольские рати были после этого оттянуты на исходные базы в Руси.
Г. Лябуда полагает, что в связи с отправкой главных сил на Венгрию против Польши было выделено 8–10 тыс. конницы под руководством Байдара. Мне эта цифра кажется несколько заниженной и вот почему. По данным взятого киевлянами татарского «языка», Байдар (Рогериус называет его Peta[1002]) входил в число тех девяти «сильных воевод», которые осаждали Киев с Батыем[1003], среди них — Мэнгу, Гуюк, Кадан, Орду, Байдар, Бирюй, Бечак, Субэдэй и Бурундай; кроме Байдара в Польше действовал, как полагают, Кайду[1004].
Как бы то ни было, около 10 марта Байдар переправился через Вислу у Сандомира, откуда отряд Кайду был направлен им для опустошения края в направлении Ленчицы с последующим выходом к Кракову. Сам Байдар предпринял глубокий рейд до окрестностей Кельц. Прикрывая путь на Краков, польские краковские войска воеводы Владимежа и сандомирские — воеводы Пакослава пытались остановить врага, но были разбиты под Хмельником 18 марта. Воевода Владимеж пал в битве. Краковский и сандомирский князь Болеслав Стыдливый с матерью, русской княгиней Гремиславой Ингваровной и семьей, покинув малопольскую столицу, уехал в Венгрию[1005]. Но горожане мужественно оборонялись. Краков пал 28 марта после кровопролитной битвы, судя по тому, что горстка храбрецов удержала собор святого Андрея. Этот собор, стоящий неподалеку от Вавеля, сохранился поныне. Как и повсюду, монголы разоряли землю и угоняли в плен жителей. В краткой редакции краковской хроники читаем: «Татары вступили в Краков, подожгли храм и увели бесчисленное множество жителей»[1006].
985
СМИЗО, т. II, стр. 24, 35.
986
«Mediaeval Researches from the Eastern Asiatic Sources», ed. by E. Bretschneider, London, 1887, vol. I, стр. 311–312.
987
СМИЗО, т. II, стр. 35.
988
Вильгельм Рубрук, Путешествие в восточные страны, СПб., 1911, стр. 76, 88.
989
Рашид ад-Дин, Сборник летописей, т. II, М.—Л., 1960, стр. 38.
990
С. А. Аннинский, Известия…, стр. 85–86.
991
«Очерки истории Мордовской АССР», Саранск, 1955, стр. 42.
992
Плано Карпини, История монголов, стр. 36, 42.
993
Вильгельм Рубрук, Путешествие…, стр. 66, 88–89, 169.
994
А. Ю. Якубовский, Восстание Тараби в 1238 г. — «Труды Института востоковедения АН СССР», т. XVII, М.—Л., 1936, стр. 121–125.
995
Плано Карпини, История монголов, стр. 21, ср. стр. 37.
996
C. А. Аннинский, Известия…, стр. 81–82, ср. стр. 85.
997
Там же, стр. 88.
998
Б. Я. Владимирцов, Чингис-хан, Берлин, 1922, стр. 150–155; ср. Э. Xара-Даваи, Чингис-хан…, стр. 170.
999
Прежде вторжение датировалось мартом. См. G. Strakosch-Grassma
1000
G. Labuda, Wojna z Tatarami w roku 1241, — «Przeglqd Historyczny», t. L., Warszawa, 1959, № 2, стр. 189–224; cp.: S. Krakowski, Polska w walce z najazdami tatarskimi w XIII wieku, Warszawa, 1956, стр. 119–153.
1001
В польской историографии XIII в. сохранились краткие партикулярные записи о нашествии — в хронике Познани, в ее ранней («Rocznik poznanski», — «Monumenta Poloniae Historica», t. III, стр. 9) и более поздней великопольской редакции (там же, t. II, стр. 561), в хронике Кракова («Rosznik kapitulni krakowski», — там же, t. II, стр. 804) и, наконец, Шленской земли (t. III, стр. 678–679).
1002
«Rogerius…», cap. 20, стр. 564.
1003
ПСРЛ, т. II, стлб. 785, ср. т. XXV, стр. 131.
1004
Карпини упоминает в Польше и Орду («История монголов», стр. 22).
1005
J. DIugosz, Historia Polonicae, t. II, Opera omnia, ed. A. Przezdiecki, t. XI, Cracoviae, 1873, стр. 268.
1006
«Rocznik krotki», — «Monumenta Poloniae Historica», t. II, стр. 804.