Страница 22 из 141
Аналогичное свидетельство приводит и Рашид ад-Дин: «Некоторым другим из тех войск он (Чингис-хан) дал без меры места зимних и летних кочевок на границах Китая, Джурджэ (чжурчжэней. — Г. М.) и в пределах Монголии, соприкасающихся к тем границам. Это чрезвычайно многочисленное войско; они завладели всеми степями, городами, зимними местами и летними местами Китая, Джурджэ и Монголии и занимают их»[301]. Б. Я. Владимирцов писал об этом: «Большое количество кочевых монгольских войск, т. е. воинов со своими семьями, скотом и имуществом, было расселено по военным станам и лагерям в Северном Китае и Маньчжурии»[302]. В данной статье мы не имеем возможности детально проследить порядок наследования улусов во Внутренней Монголии и на Северо-Востоке, территории которых претерпевали подчас значительные изменения. В целом к середине 80-х годов XIII в. улусы крупных монгольских феодалов на указанной территории размещались следующим образом. Район бассейна р. Емилихэ принадлежал внуку Угэдэя — Хайду; чжуван Найянь — прямой потомок Тэмугэ-вотиицзиня — владел улусом, который начинался на юге от р. Шара-Мурэн, на севере достигал бассейна р. Нонни, на востоке включал бассейн р. Сунгари к северу от Гирина; с запада ограничивался хребтом Большого Хингана; улус Хаданя (потомка Хаивэня), расположенный к западу и востоку от озера Бэйэрху, простирался на юг до бассейна Хулухурхэ. Обширный улус между Большим Хинганом и озером Хулунь-Буир, к северу от р. Хайлар и на юг до бассейна Кэркэхэ, находился под управлением Шидура (потомка Чжонхасара).
Все эти улусы формально входили в состав восточного монгольского государства, однако какой-либо системы административного контроля из центра в них не существовало.
В апреле 1257 г. хан Хубилай перенес свою резиденцию из старой монгольской столицы г. Хэлиня в Шанду (г. Кайпин, бывш. пров. Жэхэ). Три года спустя в апреле 1260 г., собрав в Шанду своих сторонников, он объявил себя великим ханом Монголии. Одновременно в Хэлине провозгласил себя великим ханом и Ариг-Буга (Алибугэ). Оба хана начали ожесточенную борьбу за власть.
Однако это не помешало Хубилаю, ставшему уже фактическим правителем Восточной Монголии и Северного Китая, осуществить в Монголии определенные преобразования, в частности в области территориально-административной системы.
На всей территории «севернее Хребта» (Лин бэй) монгольский хан учредил Провинциальные управления (Синчжун-шушэн), делившиеся на Управления по умиротворению (Сюаньфусы, или Сюаньвэйсы) или Канцелярии (гуаньфу), управлявшие, как правило, крупным административным районом. На территории временной Внутренней Монголии была учреждена первая такая Канцелярия и 11 областей, или «дорог»[303]. Административным центром этой системы стал г. Шанду, в котором сосредоточился весь государственный аппарат монголов[304]. От города в разные стороны расходились почтовые тракты, связывавшие его со всеми уголками обширной империи[305]. Во главе каждой области стоял высший чиновник-даругачи (далухуачи, кит. чжэньшоугуань), назначаемый из представителей высшей монгольской аристократии.
В Северо-Восточном Китае провинциальное управление было-создано значительно позже (в ноябре 1287 г.) в связи с происходившими там событиями в середине 80-х годов.
В июне 1260 г. Хубилай учредил Управления по умиротворению в десяти областях собственно Северного Китая: Яньцзине, Иду, Цзинани, Дунцине, Бэйцзине и других — и назначил в. них начальников[306]. В «Юань ши» имеется косвенное упоминание о создании таких управлений в сентябре следующего, 1261 г. в области Кайюань, где жили нюйчжэни (чжурчжэни), шуй да-да и др. Начальником одного из управлений, которому был вручен знак его чрезвычайных полномочий (хуфу), был назначен некий Цзявэньбэй[307]. В октябре того же года были объединены два Управления областей Кайюань и Бэйцзин. Однако примерно через два месяца после этой реформы последовало указание Хубилая об упразднении Управлений по умиротворению всех: десяти созданных ранее областей, кроме области Кайюань[308]. Июлем 1262 г. в источнике помечено вхождение в состав этой области и подчинение ей всех земель, лежащих к востоку от р. Ляохэ (т. е. всей территории Ляодуна)[309]. В этом же году Цзявэньбэй был перемещен на должность начальника Управления по умиротворению Кайюаня, Дунцзина, Ичжоу (совр. Чжаньусянь) и других районов[310].
Однако уже в мае 1263 г. было издано специальное указание о ликвидации и этого Управления[311].
Причины всех этих административных перемещений не приведены в источниках, так же как и последовавшее восстановление упраздненных Управлений. Их, видимо, нужно искать в каких-то пока еще неизвестных нам политических событиях, происходивших в тот период в монгольском государстве. Как легко заметить, территория улусов монгольских феодалов на Северо-Востоке оставалась вне сферы этих административных преобразований Хубилая. Однако примечателен тот факт, что» Хубилай еще в июле 1262 г. определил западной границей области Кайюань р. Ляохэ, за которую улусы феодалов уже не могли распространяться.
Территориальная ограниченность административных реформ Хубилая объяснялась политической обстановкой в Монголии. В борьбе за власть Ариг-Буга поддерживал крупнейший монгольский феодал на Северо-Востоке — Хайду. Заключив союз с Алуху (внуком Чагатая) и несколькими другими чжуванами из рода Угэдэя, Хайду послал объединенную армию на юг против Хубилая. Однако, несмотря на эту влиятельную поддержку, Ариг-Буга потерпел поражение и в 1264 г. отказался от титула великого хана из-за измены Алуху.
Великим ханом официально стал Хубилай, который в том же, 1264 г. перенес свою столицу в Чжунду.
После отречения Ариг-Буги Хайду, лелея собственные честолюбивые замыслы[312], длительное время продолжал войну против Хубилая. Эта борьба была очень тяжелой для великого хана и созданной им позднее юаньской империи. Она способствовала возникновению междоусобных войн между монгольскими феодалами в юаньской империи и, следовательно, послужила одной из основных причин падения ее былого могущества. Поэтому история этой войны, имевшей место в конце XIII — начале XIV в. в Северо-Восточном Китае, заслуживает самого серьезного внимания. К тому же это была одна из самых длительных войн в истории внутренних междоусобиц монгольских феодалов: она длилась почти 40 лет.
В 1265 г. со смертью Алуху Хубилай передал место правителя улуса Чагатая Болакэ, намереваясь использовать его военные силы для сдерживания натиска войск Хайду с севера. Болакэ, получив от Хубилая военную помощь, нанес Хайду поражение. Однако правитель Циньчаского улуса. Мэнгэ-Тэмур (внук Батыя) предоставил в распоряжение Хайду свежие войска[313]. Хайду тотчас же перешел в контрнаступление и одержал победу. Тогда Болакэ заключил с Хайду мир и военный союз, и они вместе совершили нападение на союзника Хубилая — хана Абаха (сына Сюйлеу). После смерти Болакэ в руки Хайду перешел и контроль над улусом Чагатая, так как он содействовал утверждению правителем этого улуса сына Болакэ — Дува, сыгравшего важную роль в истории мятежа феодалов против Хубилая. С этого времени против Хубилая сложилась мощная коалиция монгольских феодалов — Хайду, Дува и Мэнгэ-Тэмура, имевшая своей базой громадную территорию на Северо-Востоке. С этой угрожавшей ему с севера реальной опасностью великий хан не мог не считаться в своей внешней и внутренней политике. Положение усугубилось еще разгромом и пленением Токэ-Тэмуром бэйпинского вана — сына Хубилая Номуханя, а также захватом г. Хэлиня вооруженными силами другого монгольского феодала — Алимали. Великий хан вынужден был выставить против мятежников огромное войско во главе с одним из своих лучших полководцев Боянем. Выход этого войска на северные рубежи территории, подвластной Хубилаю, остановил продвижение на юг мятежных ванов[314].
301
Рашид ад-Дин, Сборник летописей, т. III, М.—Л., 1952, стр. 151.
302
Б. Я. Владимирцов, Общественный строй монголов…, стр. 125. 82
303
Юй Баян (Юй Юань-ань), Нэй мэнгу лиши гайяо (Очерки истории Внутренней Монголии), Шанхай, 1958, стр. 50.
304
S. W. Bushell, В. S с., М. D., Notes on the old Mongolian Capital of Shangtu, — «The Journal of the Royal Asiatic Society», vol. 7, стр. 329–338.
305
«Юань ши», гл. 88, 89.
306
Там же, гл. 4, стр. 8б–9а–б; см. также гл. 120. «Биография Уеэра», стр. 15а.
307
Там же, стр. 176, гл. 4.
308
Там же, стр. 19а, 21б.
309
Там же, гл. 5, стр. 6а.
310
Там же, гл. 16б. «Биография Цзявэньбэвя», стр. 4б.
311
Там же, гл. 5, стр. 14а.
312
Так, «Юань ши цзиши бэньмо» сообщает, что Хайду «с самого начала воцарения Хубилая имел намерение к измене» (см. гл. 2, стр. 7); в «Истории Монгольской Народной Республики» (изд. 2, М., 1967) говорится, что Хайду сначала поддерживал Ариг-Бугу, а затем и сам стал претендовать на ханский трон (стр. 131).
313
«Юань ши цзиши бэньмо», гл. 2, стр. 8; Тань Ти-у, Нэй мэн чжи цзинь си (Прошлое и настоящее Внутренней Монголии), «Нэйчжэн яньцзю-хуй бяньчжэн, цуншу чжи» («Общество по изучению внутренней политики», сер. «Пограничная политика», вып. I), Шанхай, изд. «Шанъу иныпу-гуань», 1935, стр. 9.
314
«Юань ши цзиши бэньмо», гл. 2, стр. 9; Тань Ти-у, Нэй мэн…, стр. 10.