Страница 35 из 172
Возле дворца к городской стене пристраивается башня, от которой сохранилась так называемая южная анфилада, представляющая собой внутреннее устройство цокольного этажа, включенного в общую систему городской обороны. Вход сюда вел из коридора или с вершины городской стены по кирпичной лестнице во всю ширину одного из помещений. Все четыре комнаты анфилады, вероятно, служили кардегардией, чем и объясняется найденное здесь скопление, около 30 наконечников стрел (Шишкин, 1963, с. 53–54).
Дальнейшая судьба фортификации Варахши сводилась к многочисленным ремонтам, которые проводились до той поры, пока в XII в. (?) укрепления не утратили своего оборонительного значения (Шишкин, 1963, с. 85–88).
В Еркургане на всей протяженности внешнего кольца стен через каждые 60 м возвышаются двух-трехметровые холмики башен. Периметр внутренних укреплений составляет около 2 км. В юго-восточном углу возвышается бастион (Туребеков, 1981). К северному фасу в северо-восточном углу города примыкает цитадель (Туребеков, 1982). Стены внутреннего города через каждые 20 м фланкированы 60 выступающими башнями. Трое ворот располагались к северу и западу от бастиона и на южном фасе стены. Оборона усиливалась рвом.
Городское укрепление внутреннего обвода заново возводилось, видимо, не ранее IV в. на пахсовом цоколе шириной более 24 м, перекрывшем древние сооружения. Укрепление состоит из коридора, заключенного между фланкированной полукруглыми башнями внешней кирпичной стеной (ширина 1,7 м) и внутренней пахсовой (ширина 1,5 м). Башни шириной 8,5 м выступают от линии фасада на 6 м. В куртине обнаружена бойница шириной 30 см. Сырцовый кирпич стены в большинстве случаев помечен клеймом в виде креста или знака «V». От последнего фортификационного строительства сохранилась только закладка упомянутого коридора характерным для V–VI вв. приемом с чередованием рядов кирпича и прослоек пахсы.
Внешний обвод укреплений возник позднее внутреннего, одновременно с одной из реконструкций последнего, возможно в V в. Внешняя стена шириной 8 м, возведенная из полос пахсы высотой более 1 м, фланкировалась полукруглыми башнями диаметром 8 м, расстояние между башнями 60 м. Возможность обстрела со стены и из башен увеличивалась изломанностью оборонительной линии.
Цитадель Еркургана IV–V вв. возведена на руинах древних укреплений комбинированной кладкой из разноформатного кирпича ((41–48) × (30–38) × (9-10) см) и пахсы, превращенной в стилобат. Размеры кирпича обнаруживают тенденцию перехода от квадратного формата к продолговатому и еще не утратили признака эллинистического времени — клейма. Сама стена (быть может, более поздняя, чем платформа) была выстроена из пахсы, имела внутренний коридор и фланкировалась прямоугольными башнями шириной 7,5 м, выступавшими за периметр стены на 4,5 м, с куртинами длиной 22 м. Прямоугольные помещения башен сообщались с коридором.
В северной части цитадели возле городской стены располагался небольшой кешк, представлявший собой двухэтажное здание. Стены его в нижней части состоят из пахсы, вверху — из квадратного и приближающегося к квадратному сырцового кирпича (47×47×10, 50×47×10 см). Нижний этаж перекрывали своды, выложенные из трапецеидального кирпича (49–51) × (31–33), (21–25) × (9-10) см. В сводах использовалась расклинка обломками крупных сосудов (Туребеков, 1982, с. 51–60).
В Тали-Барзу (периоды II, III) как цитадель, так и внешняя стена снабжены частыми прямоугольными башнями с многочисленными бойницами, расположенными в шахматном порядке. В Пенджикенте центральное здание и внешняя стена цитадели и ранняя стена шахристана (V в.) имеют такие же частые башни и короткие куртины. Для V в. мы знаем в Согде несколько за́мков в виде отдельно стоящих зданий с прямоугольными башнями. Самые маленькие из них (Фильмандар) имели четыре угловые башни и два помещения на первом этапе в центральном квадрате. В одной из башен фильмандарского за́мка был размещен пандус для подъема в помещения верхних этажей. Бойницы как в за́мках, так и в крепостных стенах городов обычно прямоугольные. На усадьбе Актепе близ Пенджикента прослежен рост за́мков, которые через какое-то время обстраивались еще одним рядом помещений с такими же башнями, а первоначальные башни и промежуток между башнями в результате превращались во внутренние помещения.
В эпоху раннего средневековья укреплялись не только селения и города, но и отдельно стоящие дома, по-видимому принадлежавшие землевладельческой знати. Это явление засвидетельствовано уже для первых веков н. э.
В Пенджикенте в VI–VII вв. наблюдаются значительные изменения в системе фортификации (Маршак, 1975; Семенов, 1983). Более ранние стены перестраиваются. Теперь стена не имеет многочисленных бойниц и частых башен. В VI в. возводится новая стена на востоке и на юге, захватывающая ранее не укрепленную территорию. Для VII в. характерны массивные пахсовые стены (Пенджикент, Тали-Барзу V). К этому времени относится донжон на цитадели Пенджикента. Массивные стены без бойниц в нижней части и на сплошных стилобатах характерны и для архитектуры цитаделей селений VII в., крепостей и усадеб (Актепе близ Пенджикента, Кафыркала).
Весь Бухарский оазис был окружен крепостной стеной, известной под названием «Кампирак», аналогичной самаркандской Девори Киёмат (Бурякова, 1979, с. 120–126). Время возникновения их остается неясным. В.А. Шишкин относил бухарскую стену к периоду между IV и VII вв.; большие строительные работы на этих стенах были проведены арабскими наместниками во второй половине VIII в. (Шишкин, 1963, с. 16, 30, карта).
Жилая застройка города может быть охарактеризована на примере Пенджикента. Пенджикент — памятник многослойный, поэтому рассмотрим историю его застройки. Город с цитаделью, храмами и крепостной стеной сложился уже в V в.
Наиболее ранние жилища относятся к концу V — началу VI в., но ни одно из них не раскопано полностью (Маршак, 1964, с. 184–191). Насколько можно судить по двум жилищам на объекте XII, в то время не было сплошной застройки территории города. Расстояние между двумя исследованными домами 14 м. Отдельные дома имели массивные фасадные стены (около 2 м толщиной) и тонкие внутренние перегородки (помещения площадью от 3 до 10 кв. м).
В первой половине VI в. начинает складываться сплошная застройка блоками из примыкающих друг к другу жилищ. Целиком исследовано одно жилище, и частично раскопками затронуты еще шесть. Первоначально все они были одноэтажными, но еще на протяжении VI в. над ними возводят вторые этажи, в одном из домов устроены сводчатые помещения. В жилище, исследованном полностью, было шесть комнат площадью от 7 до 15 кв. м (Маршак, 1964, с. 192–198). Участок, на котором находился этот дом, занимал 90 кв. м. В двух жилищах небольшие комнаты, площадью 8 и 9,5 кв. м, имели перекрытия на четырех колоннах. Высота помещений первого этажа 1,8–2 м. К VI в. относится самое раннее жилище с росписью (Беленицкий, Маршак, Распопова, 1980а, с. 216–219). Оно находится на территории, вошедшей в состав города около рубежа V–VI вв. (объект VI). Отдельные стены этого дома сохранились включенными в толщу стен более поздних помещений. В отличие от более поздних высоких комнат с живописью здесь высота стен от пола до потолка около 2 м. В этом жилище следы росписи сохранились и на остатках стены второго этажа.
К первой половине и середине VII в. относятся только отдельные помещения, раскопанные на объектах XII и VII. В двух из них прослежены деревянные колонны с профилированными базами. Следует отметить, что к этому же времени относится ювелирная мастерская (объект XII), представляющая собой изолированное от жилых комнат помещение (Распопова, 1969).
На объектах XXIII и XXIV целиком исследованы жилища, относящиеся ко второй половине и концу VII в. Это двухэтажные дома, входившие в кварталы сплошной застройки. Они принадлежали лицам разного социального статуса. Это как небольшие дома из трех комнат, так и обширные постройки с залами, украшенными росписями, на первом и втором этаже (табл. 20, 3).