Страница 22 из 36
Сто ключ три два один!
* * *
Ирина Болеславовна дала мне тысячу рублей. Сказала, что я заработала. На уходе за рыбами и цветами.
Не знаю.
Она лежала в больнице десять дней. Цветы я поливала через день. Рыб кормить совсем не сложно. И всякие штуки им включать тоже несложно совсем.
Я не знала, что я работаю. Что зарабатываю деньги. Думала, я просто помогаю.
Я хотела отказаться. Но мам говорит: Вера, возьми.
Мы с ней вдвоем там были. Точнее, мама привезла Ирину Болеславовну из больницы. На такси, да. Она и сама могла бы. Но ИБ попросила. В больнице думали, что мама тоже родственница.
Все-таки жутко быть одной. Не без семьи, а без друзей. Я не представляю, как это. У меня есть Лилька и Сончита. И собака — мой друг. Я маме говорю про это. А она плечами пожимает: кесарю кесарево, а слесарю слесарево. Смешно, но непонятно. Так дед Котя говорил. Про то, что каждый сам решает, как ему жить.
Получается, что Ирина Болеславовна сама выбрала себе одиночество? А если бы мы не захотели помочь, как бы она тогда жила?
Думаю, что фигово. Но мам в этом не призналась. Она говорит:
— А ты заметила, у Ирины теперь постельное белье новое и халат нормальный?
Я не заметила. Я вообще в этот раз только на рыб смотрела. Привыкла к ним. А они не говорят. Были бы собаками — махали бы мне хвостами на прощанье.
Хотя хорошо, что рыбы не собаки. Они бы в одиночестве выли бы с тоски. Нежными голосами. Как эхо в песне про белые панамки.
Я, кстати, текст так и не выучила. И буду фоном петь, только «а-а-а».
У меня теперь есть собственная тысяча. Ну, не первый раз, у меня и раньше бывали большие деньги. Но эта — заработанная.
Я ее мысленно уже несколько раз потратила. Надо бы тушь для ресниц. Себе и маме.
И Марсюше вкусненького.
Подарки для всей семьи.
Интересно, а у рыб бывают лакомства? Праздничные?
* * *
Лилька пришла ко мне вчера и говорит: «Можно я у тебя в тишине посижу, мне плохо. А у тебя так тихо». Л сказала, что Динарка у нее опять айфон стырила поиграть и экран треснула, был скандал.
Я до сих пор дергаюсь при виде ее айфона. И как она меня тогда обыскивала, буду помнить всю жизнь. Неужели Лилька этого не понимает?
* * *
Завтра «детский праздник на лужайке» в честь святого Валентина, доблестного защитника нашей российской армии.
* * *
Лилька танцевала с Кириком Д. Я его не люблю. Правда.
Но мне ужасно было на это смотреть. Она же знала, как я по нему с ума сходила. А теперь пошла и пригласила его. А потом Л опять придет ко мне на кухню. По-моему, она меня просто использует!
А я вообще-то тоже танцевала, с Божедомским и с Пашкой. Ничего так. Только у них обоих ладони мокрые! Как-то странно. Они же разные совсем, и по росту, и по интересам, у них даже изо рта пахнет по-разному. А ладони одинаково мокрые. Это у всех парней, что ли?
Я бы спросила у Сончиты, но мне чего-то кажется, что она не знает. Ну то есть она сто раз трепалась про всех своих парней, какая она влюбленная и какие они прекрасные. А теперь она ходит везде с мобилой, у нее там живет ее Виталик, и Сончиту будто из реала выключили совсем. И это вообще не похоже на все предыдущие разы. Может, она до этого нам свистела? Но по-любому, раз у нее нынешний парень настоящий, должна же она знать, мокрые у него ладони или нет?
А у Л я спрашивать не хочу. Она вообще не должна была приходить сегодня вечером! Ее отец не хотел никуда отпускать. Из-за оценок или просто потому, что ему так захотелось, не знаю. Короче, Л переживала, пойдет она или нет, и мечтала, чтобы отец разрешил. И я мечтала вместе с ней. За нее. А надо было наоборот!
Но мы не ссорились! И это, кстати, обиднее всего, потому что я хотела ей сказать все, что я про нее думаю. А она домой ушла. Как раз после медляка с Кириком. У нее мобильник верещал, пока она танцевала. А потом Лилька трубку сняла — и сразу умотала домой! Я боялась, что Кирик попрется ее провожать. Но он не пошел. Я даже удивилась.
Но он меня не приглашал, кстати. Только Пашка второй раз. А я уже не хотела, я злющая была. А больше медляков не было, ВМ велела всем играть в «ручеек». Будто мы первачки из началки!
Но почему-то хорошо было! Казалось, что мы опять маленькие, без всяких влюбленностей, ГИА и мыслей про деньги. Когда ты маленький, ты не знаешь, что мир устроен очень криво, и не знаешь, как потом жить с таким знанием. Ну, мне сейчас так кажется. Может, я в первом классе тоже про смысл жизни думала, не помню уже.
А после «ручейка» Сончита, Пашка и те, кто в дом престарелых ездили, стали вспоминать про своих престарелых. И ВМ сказала, что мы туда обязательно еще поедем. А потом спохватилась, что у нас столько несъеденного и газировка стоит. И мы начали есть. Чуть ли не на скорость. А потом охранник зашел в класс и сказал, что пора сворачиваться. ВМ угостила охранника тортом и бутерами. И он засмеялся, сказал: «Гуляй, рванина, от рубля и выше», — и что у нас еще десять минут есть. И мы опять танцевали, в самый последний раз.
А вообще хороший валентайн был, только наши парни слишком мало нас приглашали, и то ВМ им напоминала. В том году хуже было, мне кажется. Или нет?
Я в том году только Кирика замечала, а на этот раз всех рассматривала. Было такое ощущение, что мы будто в кино про нас снимаемся и сами себя изображаем. Сончита — звезда, Кирик — клоун, Пашка Фаддеичев — ботан, Л — стерва…
Вы действительно хотите удалить эту запись? Да.
* * *
Мне снится ГИА. Что я его заваливаю и думаю: «Ну хоть готовиться больше не надо». Проснулась. Марсик на полу. Он обычно приходит спать ко мне. На кровать. На подушку. А он на полу. И к маме тоже не залезает. Старенький. Облезленький!
Мы помирились с Лилькой. Она сказала, что у КД изо рта пахнет просроченными консервами. Я надеюсь, что Л с ним только разговаривала. А не пробовала эти консервы на вкус. Фу, пошлятина какая-то! Я не знаю, как целоваться, если тебе в этот момент захочется сглотнуть слюну. Думаю, что Л об этом знает. Но не хочу спрашивать, а то выяснится, что она это узнала вместе с КД.
* * *
Ирина Болеславовна предложила мне стать рыбоситтером. Она хочет съездить в санаторий. А с рыбами туда не пускают. В смысле, ей оставить их не с кем. Оказывается, те козявки в аквариуме, которым надо было сыпать отдельный корм, — это креветки. Они редко у кого размножаются. А у Ирины Болеславовны — легко! И она их продает. Рыбок разводит.
Я думала, это анекдот. А это реально денежное дело. Ирина Болеславовна говорит, «на хлебушек с маслицем». Тьфу!