Страница 60 из 268
Во внезапной наступившей тишине Мор осознал, что настойчивое тонкое пение, которое он краем уха слышал последние десять минут, смолкло. Он стрельнул взглядом вбок, в сторону часов.
Вниз перетекали последние песчинки.
— БЕЙ.
Мор поднял меч и всмотрелся в пару синих огней.
Он опустил меч.
— Нет.
Смерть выбросил ногу на уровне паха со скоростью, от которой Кувыркса даже передернуло.
Мор молча скорчился в комок и покатился по полу. Сквозь слезы он увидел, как Смерть с лезвием косы в одной руке и часами в другой надвигается на него. Увидел Кели и Изабель, презрительно отброшенных, каждая в свою сторону, при попытке схватить Смерть за плащ. Увидел, как Кувыркс получил удар локтем под ребра и выронил подсвечник. Подсвечник, постукивая, покатился по плиткам.
Смерть навис над Мором. Какое-то мгновение острие лезвия парило у него перед глазами, затем метнулось вверх.
— Ты прав. Справедливости нет. Есть только ты.
Поколебавшись, Смерть медленно опустил лезвие. Обернувшись, он посмотрел в лицо Изабель. Она тряслась от гнева.
— ЧТО ТЫ ИМЕЕШЬ В ВИДУ?
Разъяренно глядя прямо в лицо Смерти, она размахнулась и… ее рука пошла назад, пошла вбок, пошла вперед и завершила движение звуком, которое издает коробка для игральных костей, когда ее трясут.
Не было ничего более оглушительного, чем последовавшее за этим молчание.
Кели закрыла глаза. Кувыркс отвернулся и обхватил голову руками.
Смерть медленно поднял руку к скуле черепа.
Грудь Изабель вздымалась и опускалась так, что заметь это Кувыркс, он навсегда оставил бы занятия магией.
Наконец, голосом еще более пустым, чем обычно, Смерть произнес:
— ЗА ЧТО?
— Ты говорил, что изменение судьбы одного-единственного человека может разрушить целый мир, — ответила Изабель.
— ДА?
— Ты вмешался в его судьбу. И в мою. — Дрожащим пальцем она указала на осколки стекла на полу. — И в их тоже.
— И ЧТО?
— Что боги потребуют за это?
— ОТ МЕНЯ?
— Да!
Лицо Смерти приняло удивленное выражение.
— ОТ МЕНЯ БОГИ НИЧЕГО НЕ МОГУТ ПОТРЕБОВАТЬ. В КОНЕЧНОМ ИТОГЕ ДАЖЕ БОГИ ОТВЕЧАЮТ ПЕРЕДО МНОЙ.
— Выглядит не слишком справедливо, не правда ли? Разве не боги заботятся о справедливости и милосердии? — парировала Изабель. Никто не успел заметить, как она подобрала с пола меч.
Смерть усмехнулся.
— Я ВОСХИЩЕН ТВОИМИ УСИЛИЯМИ, — сказал он. — НО ОНИ ТЩЕТНЫ. ОТОЙДИ.
— Нет.
— ТЕБЕ СЛЕДУЕТ ЗНАТЬ, ДАЖЕ ЛЮБОВЬ НЕ МОЖЕТ ЗАЩИТИТЬ ОТ МЕНЯ. ИЗВИНИ.
Изабель подняла меч.
— Извинить?
— ОТОЙДИ, Я СКАЗАЛ.
— Нет. Ты просто хочешь отомстить. Это несправедливо!
Смерть на секунду склонил череп, затем опять посмотрел на нее. Его глаза полыхали яростным пламенем.
— ТЫ СДЕЛАЕШЬ ТАК, КАК ТЕБЕ СКАЗАНО.
— Не сделаю!
— ТЫ ЧРЕЗВЫЧАЙНО ОСЛОЖНЯЕШЬ ПОЛОЖЕНИЕ ДЕЛ.
— Отлично.
Пальцы Смерти нетерпеливо забарабанили по лезвию косы, точно мышка выбивала чечетку на консервной банке. Казалось, он размышляет. Он посмотрел на Изабель, стоящую над Мором. Затем повернулся и посмотрел на остальных, прижавшихся к полкам.
— НЕТ, — в конце концов произнес он. — МНЕ НЕЛЬЗЯ ПРИКАЗАТЬ. МЕНЯ НЕЛЬЗЯ ЗАСТАВИТЬ. Я БУДУ ДЕЛАТЬ ТОЛЬКО ТО, ЧТО СЧИТАЮ ПРАВИЛЬНЫМ.
Он взмахнул рукой, и меч, крутясь, вырвался из руки Изабель. Он сделал еще один сложный жест, и сама девушка оказалась мягко прижатой к ближайшей колонне.
Мор увидел, как Мрачный Жнец опять надвигается на него с занесенным лезвием, чтобы нанести последний удар. Он стоял над юношей.
— ТЫ ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЕШЬ, КАК МНЕ ЖАЛЬ, ЧТО ПРИХОДИТСЯ ЭТО ДЕЛАТЬ.
Мор подтянулся на локтях.
— Может, и имею, — сказал он. Несколько секунд Смерть удивленно смотрел на него. Затем начал смеяться. Сверхъестественный звук вибрировал, громом катился по комнате, заставлял звенеть полки. А тем временем Смерть, все еще хохоча, точно землетрясение на кладбище, поднес часы Мора к глазам их хозяина.
Мор сделал попытку сфокусировать взгляд. Он увидел, как по глянцевитой поверхности скользнула последняя песчинка, заколебалась на краю и начала медленное падение ко дну. Сияние свечей отражалось от ее крошечных силиконовых граней, пока она, мягко вращаясь, падала вниз. Она приземлилась бесшумно, вырыв крохотный кратер.
Свет в глазах Смерти разгорался все ярче и ярче, пока не заполнил зрение Мора. Смех сотрясал мироздание.
А затем Смерть перевернул часы.
И опять в огромном зале Сто Лата горели свечи и гремела музыка.
Пока гости спускались по ступенькам и кучковались вокруг буфета с холодными закусками, церемониймейстер без устали представлял тех, кто, по причине важности собственной персоны или просто рассеянности, явились позже.
Как, например:
— Королевский Узнаватель, Камергер Королевы, Его Несссравненноззабавноссть Огниус Кувыркс, Волшебник Первой Степени (Незримый Университет).
Кувыркс надвигался на новобрачных, улыбаясь и зажав в руке большую сигару.
— Могу я поцеловать невесту? — осведомился он.
— Если волшебникам это дозволяется, — ответила Изабель, подставляя щеку.
— Мы считаем, что фейерверк получился изумительным, — встрял Мор. — И полагаю, что внешнюю стену удастся отстроить. Дорогу к закускам ты сам найдешь.
— В последнее время он стал выглядеть гораздо лучше, — пробормотала Изабель, не меняя выражения лица (на нем застыла неподвижная улыбка), когда Кувыркс исчез в толпе.
— Уж конечно, многое можно сказать о единственном человеке, имеющим право не повиноваться королеве, — шепнул Мор, обмениваясь приветственными кивками с проходящими придворными.
— Говорят, он представляет собой реальную власть, стоящую за троном, хмыкнула Изабель. — Важная… как это там, рыба?
— Птица, — рассеянно поправил Мор. — Заметила, он теперь совсем забросил магию?
— Молчивононаидет.
— Ее Несравненное Величество, Королева Келирехенна Первая, Госпожа Сто Лата, Защитница Восьми Протекторатов и Императрица Длинной Узкой Спорной Полосы К Пупу От Сто Лата.
Изабель подпрыгнула. Мор поклонился. Кели просияла при виде обоих. Они не могли не заметить, что она подпала под влияние кого-то, склоняющего ее носить одежду, хотя бы приблизительно повторяющую форму ее тела, и отказаться от причесок, напоминающих результат скрещивания ананаса с красным перцем.
Она клюнула Изабель в щеку, затем отступила на шаг и с ног до головы оглядела Мора.
— Как Сто Гелит? — поинтересовалась она.
— Отлично, отлично, — успокоил Мор. — Однако надо что-то делать с темницами. Твой покойный дядюшка имел необычные… увлечения и…
— Она имеет в виду тебя, — прошептала Изабель. — Это твое официальное имя.
— Я всегда предпочитал зваться Мором, — огрызнулся Мор.
— И какой необычный герб, — продолжала королева. — Скрещенные косы на песочных часах на черном поле. Королевский Колледж изрядно потрудился…
— Не то чтобы я возражал быть герцогом, — признался Мор. — Женитьба на герцогине, вот что потрясает.
— Ты привыкнешь.
— Надеюсь, нет.
— Хорошо. А теперь, Изабель, — сказала Кели, сжимая зубы, — если ты хочешь вращаться в королевских кругах, то есть некоторые люди, с которыми ты просто обязана познакомиться…
Изабель, непреодолимой силой увлекаемая в толпу, бросила на Мора отчаянный взгляд и вскоре исчезла из поля зрения.
Мор пробежался пальцем по внутренней поверхности воротничка, посмотрел направо-налево и метнулся в завешанный папоротником уголок у самого краешка буфета, где он мог посидеть и слегка отдышаться.
У него за спиной прочистил горло церемониймейстер. Его взгляд принял отсутствующее выражение, точно подернулся дымкой.
— Похититель Душ, — произнес он тоном человека, чьи уши не слышат, что говорят уста, — Разрушитель Империй, Поглотитель Океанов, Вор Всех Времен, Наивысшая Реальность, Жнец Рода Человеческого…
— ХОРОШО, ХОРОШО. Я МОГУ САМ СЕБЯ ПРЕДСТАВИТЬ.