Страница 74 из 133
1926. Последний год в Политбюро Троцкого и первый год Ворошилова. На смену незадачливым троцкистам приходят ворошиловские стрелки.
1932. Досрочно выполнена первая пятилетка, но сотни тысяч строителей продолжают отбывать срок.
1935. Первая очередь Московского метро, глубоко упрятанного под землю, чтоб не увеличивать количества наземных очередей.
1937. Год Быка под ножом мясника.
1941–1945. Если раньше государство воевало со своим народом один на один, то теперь на народ навалились двумя государствами. Впереди стреляют, чтоб отступал, сзади стреляют, чтоб наступал, а в плен попадешь — домой не возвращайся.
1946. Силы, сэкономленные в борьбе с фашизмом, партия направляет на борьбу с литературой (Постановление о литературе).
1948. Силы, сэкономленные в борьбе с литературой, партия направляет на решение национального вопроса («Дело еврейского антифашистского центра»). Фашизм умер, но дело его живет.
1948–1952. Борьба с космополитизмом опережает космические исследования, поскольку космическая политика опережает космическую науку. Страна больше готова к борьбе с генетикой, чем к самой генетике, к борьбе с кибернетикой, чем к самой кибернетике. Страна, как и прежде, больше готова к борьбе.
1953. Наконец-то год Змеи смилостивился! После змеиного 1905-го, змеиного 1917-го, змеиного 1929-го (год Великого Перелома Хребта), змеиного 1941-го — наконец-то Змея, которая безжалостно жалила всех, ужалила хозяина: умер Сталин.
1985. Стопятидесятилетие Великой Комедии отмечено ее стремительным вторжением в жизнь. Городничие стали ревизорами. Ляпкины-тяпкины стали ревизорами. Все великие воры и взяточники стали ревизорами, а Хлестаковым отвели почетное место в парламенте, чтоб они разговорами отвлекали народ, пока ревизоры грабят награбленное и гробят все остальное.
1991. Год Козла отпущения в независимый огород, где он продолжает оставаться козлом отпущения.
В карете прошлого
Когда человек изобрел первую дверь, он искал не входа, а выхода.
Исторический роман — это роман прошлого с настоящим.
Историю здоровья не пишут. Пишут историю болезни.
История — это расписание поездов, уже давно отправленных на свалку и не оставивших после себя ничего, кроме этого расписания.
История — это деньги, вышедшие из обращения, среди которых к тому же немало фальшивых купюр.
История — это судьба, обращенная вспять и осознавшая свои ошибки.
Если бы между прошлым и будущим не было настоящего, все плохое было бы уже позади, а впереди было б только хорошее.
Вероятно, время такое же круглое, как наша Земля. Иначе почему человек, отправляясь в будущее, рано или поздно оказывается в прошлом?
Запасы времени в природе неограниченны, но как мало приходится на каждого человека!
Мироздание строилось по принципу всех остальных зданий: с самого первого кирпича оно уже требовало ремонта.
В процессе борьбы за существование и динозавры, и бронтозавры ухитрились вымереть в древние времена, задолго до своего полного уничтожения.
Живое умирает, а мертвое существует миллионы лет, потому что оно совсем не расходует времени.
Когда обезьяна взяла в руки палку, она еще не знала, что палка имеет два конца.
Вот интересно: кого бы выбрала обезьяна, если б выбирала из своей среды человека демократическим путем?
Когда человек пришел к власти, обезьяна ушла в оппозицию. Но время от времени она возвращается, и тогда в оппозицию уходит человек.
Поразить потомков своей наследственностью, а предков — своей изменчивостью — в этом суть приспособления к окружающей среде.
Что такое человек разумный? Человек разумный — это человек, раз умный — раз нет, раз умный — два нет, раз умный — три нет… И так далее, по мере развития человечества.
Кто назвал человека разумным? Человекообразные? Обезьяноподобные? Человеком разумным назвал себя сам человек, и не было случая, чтобы его разумным назвали другие.
Во времена первобытного коммунизма каждый человек на земле был коммунист…
Собственность рождалась в муках, как и все, что рождается на земле. Главная трудность состояла в том, чтобы отделить свое от чужого. У чужого много преимуществ, о нем не нужно сушить голову, сторожить его день и ночь. А чужие болезни? Чужие неприятности? Нужно ли доказывать, что они намного лучше, чем свои?
Мыслей не хватало, поэтому все люди были единомышленниками.
Появилась мысль добыть огонь. Так, на всякий пожарный случай.
Для того чтобы стать человеком, обезьяне понадобились нечеловеческие условия. Такие же условия годятся и для обратного процесса.
На смену первобытному коммунизму пришло рабовладельческое общество. Из бывших коммунистов получились отличные рабовладельцы, а из менее удачливых — неплохие рабы.
Все вздыхали о коммунизме. Но он был детством человечества и повториться мог лишь как впадение в детство.
А помните наш Каменный век? Камня, конечно, не хватало, но зато какой был энтузиазм! От всего этого мы камня на камне не оставили, хотя камня, конечно, не хватало.
Не из Каменного ли века дошла до нас привычка стоять на пьедестале, простерши руку в неведомую даль, и указывать народу путь, по которому сам не можешь сделать и шагу?
Как бы настоящее ни старалось доказать, что ему нет альтернативы, все равно ему на смену приходит будущее.
Реплика обезьяны: «Иногда опасно уходить от достигнутого. Даже вперед».
Законы были первые произведения письменности, по характеру своему драматические, поскольку предназначались не столько для чтения, сколько для исполнения.
Вавилоняне раскапывали культуру шумеров, при этом закапывая свою.
Пирамиды — посмертные дворцы фараонов, наглядно показывающие, как в великолепную форму можно вложить совершенно ничтожное содержание.
История мертва, но выглядит подчас более живой, чем современность.
Современность — это то, что понимается только со временем.
Современность — это сырье, из которого делается история, а история — готовый продукт, существующий только на бумаге.
И до конца своих дней Гомер слепо верил в прозрение своих современников.
Александр Великий родился в тот самый день, когда Герострат сжег храм Артемиды, а умер в тот самый день, когда умер знаменитый философ Диоген. Уж на что Александр был великий человек, а не было у него своего отдельного дня. Ни дня рождения, ни дня смерти.
… и тогда Демосфен выплюнул свои камни и набрал в рот воды.
Когда Калигула ввел в сенат своего коня, все лошади Рима воспрянули духом.