Страница 11 из 59
Учебный меч, как обычно, был тяжелее настоящего. Прилетало им несмертельно, зато очень больно и обидно. Халлек увернулся от очередной атаки Рейнарда, среднего из сыновей барона, принимая её на щит, и вильнул вбок. В ответ попытался провести удар сзади в подмышку, но Рейнард успел развернуться и свести увесистую тупую болванку по своему клинку. Отскочив в стороны, они дружно выдохнули и уже стали примериваться к новой сшибке, когда с галереи их позвала Эйдин:
— Обедать пора!
Халлек пожал твёрдую, как будто из дуба вырезанную, руку соперника.
— Хорошо в легионах гоняют.
— Так мы морская пехота. Нас ещё и плавать в снаряжении учат. Не в полном, конечно, но всё самое тяжёлое быстро сбрасывается. Идём. Матушка Эйдин не любит, когда задерживаются.
— Она здесь и вправду как самая главная, после вашего отца.
— Так она наша кормилица, — пожал он плечами. — У матери не хватало молока. Идём.
Быстро ополоснувшись в купальне и переодевшись, Халлек поднялся в покои барона. Герхард выглядел намного лучше, чем три дня назад, и сидел в кресле за столом. Здесь же были Рейнард, Рудольф, Ульрих и Кэтлин. Слуги заканчивали накрывать обед.
— О, вот и наш гость, — слабым, но уверенным голосом сказал он. — Приветствую.
— Добрый день, барон, — коротко, как равному, поклонился нордхеймец.
— Садись, не надо церемониться, — Герхард кивком показал на свободное кресло.
Форель в сметане, печёный земляной корень, свежая зелень, творожные лепёшки и другие северные лакомства пошли на отлично. Утолив первый голод, барон отвлёкся от еды и посмотрел на Халлека.
— Ты просишь руки моей дочери, — тон был отнюдь не вопросительный. Следом он перевёл взгляд на Кэтлин. — А ты, дочка, что скажешь?
— Мне он нравится, — без околичностей заявила баронесса, откусывая политую брусничным вареньем творожную лепёшку. — У Халлека лёгкая рука, — она провела ладонью по верху живота от бока до бока, — он смелый, удачливый, и вообще… непрост. Среди соседей или посмотреть не на кого, или слишком близкая родня.
Халлек улыбнулся. Прямота девушки пришлась ему по душе, напомнив о соплеменницах. Те тоже были скоры на язык, да и не только.
Барон тоже улыбнулся, только одними глазами. Было видно, что даже высидеть обед ему нелегко, но крепкая воля заставляет держаться.
— Что же, засылай сватов, сговариваться будем. Правда, богатое приданое дать не смогу.
— Невелика беда, — сказал Халлек. — Я всё-таки вождь, да и побывал кое-где… раздобыл всякого-разного.
Герхард понимающе кивнул. К столу нордхеймец явился в тёмно-красной рубахе, расшитой по вороту и рукавам серебряной и золотой нитями, и подпоясанной широким поясом с накладками из эмалевого серебра. Поверх на нём была безрукавка из чёрной кожи, с искусным тиснением звериных узоров. Свободные парусиновые штаны, окрашенные в густо-синий цвет, заправлены в высокие сапоги "всмятку". Небольшой повседневный нож в нарочно простых ножнах, но опытный глаз мог рассмотреть сложный узор на стали крестовины.
— Добро. Значит, ждём? — теперь барон всё же придал вопросительный оттенок своим словам.
— Разумеется. Приедет моя тётка Хильда, ну и с ней человека два-три. Дней через десять. А мне пора, есть дела, которые сами себя не сделают.
— А когда тебя самого ждать?
— Врать не буду, точно не скажу. Надеюсь, к концу лета или началу осени.
— Самое время, как раз закончим с полевыми работами, — согласно кивнул барон, после чего слегка шевельнул руками. Ульрих и Рейнард помогли ему подняться. Обед был закончен.
Кэтлин вышла проводить его. Долго молча смотрела в глаза, выискивая что-то понятное одной ей, а потом коротко и неожиданно крепко обняла:
— Возвращайся.
— Обязательно, — сказал Халлек, и на весталийский манер коснулся лбом её запястья. Девушка смущённо хихикнула и убежала. Он поднялся в седло. Сначала надо было наведаться в Белую Цитадель. Письмо тётке отправилось вчера, с вороном, пойманным недалеко от замка. Несколько нужных слов, и птица послушно рванула на север с примотанным к лапке посланием.
Глава 5
Глава V
В резиденции, где обычно обитал господин казначей, его встретила Низа. Она занималась обучением новичков для боевых звёзд, выжимая из них все соки на хорошо защищённой площадке.
— Перерыв! — крикнула магесса. Почти все попадали где их застал приказ, только самые стойкие, покачиваясь, уковыляли к скамейкам у ограждения.
— Не ожидала тебя так быстро, — сказала она.
— Да чего медлить. Пора прояснить обстановку. У вас новости есть?
— Кое-что есть. Прибыли сведения с дальнего востока, Рауль постарался, кстати. Выслал охрану, встретил гонцов и проводил через степи. На островах Восточного океана появился какой-то новый культ. Не то очередные огнепоклонники, не то просто почитают образ птицы с крыльями из пламени.
— Феникс?
— Возможно. Пока совершенно неясно, как это может быть связано с нашей… блуждающей аномалией, но мы продолжаем следить и собирать все слухи, даже самые нелепые. Понемногу исследуем ту загогулину, которую ты привёз. Она, оказывается, довольно опасна, поэтому всё идёт медленно. Уже знаем, что это точно не сусасская работа. Совершенно иная школа, даже я с трудом расшифровываю плетения, которые туда зашиты. Много слоёв, а те мелкие рубины — накопители, которые постоянно подпитываются из окружающей среды. В первую очередь это такой… разумный поводок. Через него можно мягко управлять человеком, и он будет считать все решения и поступки своими. Можно подстегнуть, или вовсе взять полностью под удалённое управление. С другой стороны, и носитель получает способности хорошего поводыря.
— Что мы и видели уже дважды, — кивнул Халлек. — Да, помню я такую штуку, похожа на пудреницу. Через неё можно связаться с другим человеком, у которого такая есть. Можно мне? Вдруг понадобится быстро связаться.
— А, поняла. Сейчас придумали получше, но если ты хочешь просто передавать короткие послание кому-то одному, есть и такие.
— Давай. Лучше, наверное, если будет привязано к тебе или Фарону, но у вас и так забот по горло.
— У нас для такого десяток секретарей работает, — усмехнулась магесса. — Идём, выдам тебе "пудреницу", — она показала на дверь, — там всё просто. Внутри два металлических, назовём их так, зеркальца. Пишешь на кусочке бумаги по их размеру, вкладываешь между зеркальцами, считаешь до пяти. Главное, чтобы слова попадали в предел считывателей. Когда придёт ответ, устройство задрожит. Откроешь, и то что написали тебе, отобразится на верхнем.
— Толково придумано.
— Очень удобная штука, ага.
Низа провела его в кабинет, порылась в ящиках стола и протянула Халлеку небольшую овальную коробочку, которая легко умещалась на его ладони. Он открыл створку.
— Она связана непосредственно с моей, — магесса показала похожую штуковину, только чуть побольше. — А я уже могу выбирать из двадцати собеседников, новый образец.
Халлек удивлённо покачал головой. Мир в очередной раз нашёл чем его удивить.
— А ей требуется какая-то, — он повертел "пудреницу" в пальцах, — подкормка?
— Нет. Всё вокруг нас пронизано незримыми нитями самых разных сил. Этого хватает. Будет работать, если только не расколотить напрочь.
— Постараюсь, — понимающе кивнул он. — Надоедать не буду, только если что-то очень важное случится.
— Тебе ещё что-нибудь нужно?
Халлек задумался.
— Да в общем, ничего. Деньги у меня есть, — он похлопал по подсумку с книжкой, — а всё остальное добуду, так или иначе.
Взвесив за и против, он решил, что ближние события от него никуда не денутся. А вот что происходит на востоке, далеко-далеко за пределами не то что освоенных — едва разведанных земель, узнать не помешает. И, удалившись от столицы на несколько дневных переходов, Халлек в первую же подходящую ночь поднялся в воздух. Пробив низкие, набрякшие скорым дождём облака, он увидел звёзды и безошибочно взял нужное направление. Усталость пришла, только когда забрезжили первые проблески рассвета. Позади простиралось южное охвостье Седых гор, впереди — бескрайние степи.