Страница 5 из 9
Учитывая все факторы, обе группы аналитиков независимо друг от друга пришли к однозначным выводам, что заказчиком Большой Игры является лидер одного из радикальных исламских движений Омар аль-Багдади. Проходящий по спискам американских спецслужб, как входящий в первую десятку самых опасных и разыскиваемых террористов мира. Что касается нашей страны то данный субъект считался для наших спецслужб целью номер один. Он и его движение были главными спонсорами и участниками первой и второй Чеченской войны и на их руках была кровь тысяч наших граждан. Кроме того, его движение взяло на себя ответственность за несколько крупнейших терактов на территории нашей страны, сопровождавшихся многочисленными жертвами. Ради его ликвидации Контора была готова пойти на всё. Поэтому я получил от генерала недвусмысленное распоряжение соглашаться на участие в Большой Игре.
Вечером состоялась моя встреча с куратором российского игорного бизнеса “вором в законе” Гиви Чиатурским. Пожилой вор вёл себя с несвойственной ему нервозностью и был непохож сам на себя. Обычная его уверенность и снисходительность к собеседнику куда-то испарились. Он чуть ли не заискивал передо мной, убеждая оказать уважение большому человеку, напирая на то, что это просьба всего воровского сообщества. Поначалу я категорически отказывался, напоминая Гиви, что я никогда не принимаю подобных приглашений, от кого бы они ни последовали. Однако Гиви страстно убеждал меня, что случай совершенно исключительный и что это будет один единственный раз. Что неприятно напомнило мне слова, сказанные однажды с экрана телевизора одним политиком в дискуссии во время встречи с Владимиром Жириновским, как говорится — “Один раз — не пидорас” ©.
В общем-то, чувствуя за своей спиной Контору, я не боялся ни Гиви, ни всего воровского сообщества, но у меня были чёткие указания именно этих моих покровителей, ссориться с которыми я никак не мог. Кроме того, это было указание не только Конторы, но и Братства Генетической Спирали. Однако у меня до сих пор не было уверенности, что таинственный клиент это и есть наша мишень. Поэтому, делая вид, что начинаю колебаться, попросил Гиви уточнить условия игры. Из его слов вырисовывалась следующая картина. Игра будет проходить за рубежом. Игра будет идти за коротким столом (6-max). Меня и ещё четверых игроков доставят на самолётах к месту, где будет проходить игра. Специфической особенностью игры будет то, что в игре будут использоваться не игральные фишки, а бумажные деньги. Поэтому каждому из игроков нужно иметь с собой начальный банкролл в размере 10,0 миллионов евро (Банкролл в покере — это деньги, выделенные на игру). По окончании игры нас также самолётами развезут по домам.
ЕСТЬ! БИНГО! Только один крупный игрок, из известных особо осведомлённым людям, имел странное пристрастие использовать в игре вместо фишек бумажные купюры.
Однако я продолжал изображать сомнения, вынуждая Гиви находить всё новые и новые доводы. Гиви торжественно заявил, что если я приму участие в игре, то всё воровское сообщество и в первую очередь он лично будут мне обязаны, и за ним будет должок. Тогда я привёл последний убойный аргумент, спросив Гиви берёт ли он на себя ответственность, что игра будет честной, без трюков и всяких шулерских штучек. Разумеется, таких гарантий Гиви дать не мог, хотя и мамой клялся, что клиент гарантирует честную игру. Переговоры зашли в тупик и так как деваться Гиви было некуда то он вынужден был заявить, что готов разделить со мной риски и предоставит ровно половину суммы, требуемой для игры, и что 5,0 миллионов евро ещё до утра будут мне доставлены на дом. На том и порешили, скрепив нашу договорённость тостом и выпив по бокалу поставляемого для особо уважаемых людей элитного дагестанского коньяка.
* * *
Путешествие в никуда
Когда имеешь дел с международными террористами, то никогда не знаешь, какая неожиданность может ожидать тебя в следующую минуту. Подстраховать в предстоящей операции меня не могла ни Контора, ни даже родное Братство Генетической Спирали, незримое присутствие которого я привык всегда ощущать за своим плечом. Это было чисто автономное плавание и выигрышем в нём была собственная жизнь. Ещё с вечера я подготовился к поездке. Из вещей со мной была небольшая сумка и огромный чемодан на колёсиках. В сумке, естественно, лежали мои личные вещи, а в битком набитом чемодане 10,0 миллионов евро, в купюрах по 500 евро. Разумеется, ни одна таможня не пропустила бы такой груз, но я не сомневался, что таможенный досмотр нам не грозит.
В пять часов утра за мной заехала машина и вежливый сопровождающий проводил меня в представительский мерседес с наглухо затонированными стёклами. В машине всё развивалось как в плохо шпионском кино. Мне на голову надели тонкий полотняный мешок, который не мешал свободно дышать, но не позволял видеть окружающее. Более часа мы мчались по ночной Москве и пригородам. Затем, по-видимому, машина выехала прямо на взлётное поле, и меня осторожно провели по трапу в салон бизнес-джета. Через короткий промежуток времени самолёт взлетел и мне разрешили снять осточертевший мешок. Иллюминаторы были плотно зашторены, так что насладиться видом расстилающегося далеко внизу мегаполиса мне не удалось. Летели долго. Сколько именно не могу сказать, так как часы и мобильный телефон у меня изъяли. Но не менее 10 часов, так что я успел пару раз основательно перекусить и как следует выспаться. После приземления мне опять надели на голову, правда, уже не мешок, а плотную повязку и усадили в подъехавшую прямо к самолёту машину.
Судя по звукам шумных улиц, машина доставила нас в частный дом. Мы спешно выгрузились и прошли в дом. На улице стояла ощутимая жара, что особенно резко ощущалось после зимней Москвы. Повязку с глаз сняли, и я обнаружил, что нахожусь в комнате без окон, где стоит большая кровать, столик и шкаф. Ничего лишнего. Дальше началась полная херня. Сопровождавшие меня люди попросили меня раздеться. Догола! Всё это было проделано предельно вежливо, с восточными медоточивыми заверениями в уважении, но на английском языке, и объяснялось мерами безопасности. Нет, конечно, меня ни в чём не подозревают. Но современный мир наполнен опасностями, и их господин вынужден проявлять осторожность. Слишком многие влиятельные силы хотели его смерти.
Сопротивляться было бессмысленно, да и происходящее всё больше убеждало меня, что мы на верном пути, и что в этом замешан именно тот самый человек, которого мы ищем. Поэтому я молча разделся и всю мою одежду, аккуратно сложив, вынесли из комнаты. Забрали также сумку с моими личными вещами и что несколько напрягло меня, чемодан с деньгами. Видимо, служба охраны решила действовать радикально и при гостях не должно было остаться ни одной вещи, в которую могли бы быть вмонтированы маячки слежения и передатчики сигналов. После чего мою обнажённую, не первой молодости, но всё ещё атлетическую фигуру принялись со всех сторон обводить различным жужжащими и подмигивающими зеленоватыми огоньками устройствами. Видимо, проверяя, не вмонтировал ли я чего-нибудь себе в коренной зуб или не проглотил ли радиопередающее устройство. Спасибо хоть в жопу залезать не стали, как это принято при осмотре заключённых в тюрьме.
После этого, один из сопровождающих молча открыл передо мной дверцы шкафа. На плечиках висел великолепный лёгкий светлый костюм, предназначенный для тропического климата, причём идеально подходящий мне по размеру. На полках было разложено всё, что может понадобиться путешественнику для короткого отдыха. Рубашки, носки, нижнее бельё, бритвенные принадлежности, короче весь набор путешественника. Всё, естественно высочайшего качества. Первым делом я натянул на себя одежду, так как находиться голым в компании нескольких мужиков было весьма некомфортно. Там же в шкафу стояла сумка для личных вещей, куда я, не торопясь, начал складывать все пожитки. Сопровождающий предложил мне присесть возле столика с напитками и вазой с фруктами и подождать.