Страница 39 из 332
578. Екатерина II — Г.А. Потемкину
[После 5 декабря 1779]
Selon се que Ribas m'a dit hier son eleve n'aime pas beaucoup qu'on le moralise ainsi; je crois que ces precheurs ne feront pas grand effet sur lui, d'ailleurs je sais que le ton de papa ne lui plait toujour.[224] Он же чутья имеет боле, нежели летам его свойственно, лжей не любит, и не всегда тот успеет, который думает брать или вкрас[ть]ся ласканием. Il a beaucoup de candeur et de franchise.[225]
579. Екатерина II — Г.А. Потемкину
[После 5 декабря 1779]
Parole d'ho
[226]
580. Екатерина II — Г.А. Потемкину
[6 декабря 1779]
Catiche est-elle allee aujourd'hyi au Corps des Cadets?
[227]
581. Екатерина II — Г.А. Потемкину
[14 декабря 1779]
Катенька hier a fait des merveilles. Elle a enchante tout le monde par sa politesse et ses manieres. La Ribas est allee chez son mari pour voir ce que dit le Monsieur.[228] Воровка у всех умела вкрасться в милости.
582. Г.А. Потемкин — Екатерине II
[1779]
Граф Никита Иванович просит меня исходатайствовать Высочайшую ему милость пожалованием внука его сержанта Лобанова Князя Якова в тот же Семеновский полк прапорщиком.
Р_у_к_о_й _Е_к_а_т_е_р_и_н_ы II: Объявите.
1780
583. Г.А. Потемкин — Екатерине II
[До 2 ян варя 1780]
Матушка Государыня. Николай Иванович хотел распросить, что это за вздор насказали камердинеры. Третий уже раз меня спрашивают: несколько раз Граф Чернышев и Николай Ив[анович], что Великая Княгиня может ли ласкаться милостию к ея брату пожалованием голубой ленты1. Я сказал, что я не знаю. Меня предупредили, что Ваш братец получил, будучи еще 13 лет2, и служил после получения полковником у Цесаря. Покойная де Государыня была тетка, а Вы мать. Да он же уже дядя двум Великим Князьям3. Я Вам божусь, что отнюдь не подам виду, что я Вас, матушка, просил. А коли угодно, зделай собственным своим движением. Притом сказали, что он после сего скоро поехал.
Р_у_к_о_й_ Е_к_а_т_е_р_и_н_ы II: Накануне его отъезда я дать могу. Не луче ли всем ея братьям дать разом. Так меньше приезжать станут. Моего никто не видал и он России, кроме двух аршин голубой ленты, ни единой копейки не стоит.
584. Екатерина II — Г.А. Потемкину
[После 2 января 1780]
Государыне есть легче и по желанию Вашему совершенно здорова и довольна будет, когда узнает, что Вы веселы и благополучны пребываете. Батя, прощай.
585. Екатерина II — Г.А. Потемкину
[После 10 февраля 1780]
Барятинский испугал меня смертельно: с весьма сериозным лицом пришел ко мне и сказал: «Le Prince est au desespoir,[229] капитан у него ушел». «Кто, кто? Капитан?» У меня сердце от desespoir[230] твоего забилось. Наконец, все сие обратилось на бомбардирского. Не плачь, батенька, найдешь его, как оставил, всегда ласковым и дружелюбным к тебе.
Здесь холодно, а вчерась и скучно уже было: je n'ai point mon Ami, mon Prince.[231]
О Днепровских порогах Турчанинов Вам скажет мое мнение. Одни пороги легко чистить, вываливая одинокие каменья из форватера, а другие уступами, сих нельзя переводить. И так, il faut que Vous commencies par me do
586. Екатерина II — Г.А. Потемкину
[После 19 апреля 1780]
Сей час возвратился ко мне Ал[ександр] Дм[итриевич] и сказывал, что дух твой наполнен безпокойствами1. Но как из всего того, кроме сущепустых бреден, я ничего не понимаю и притом знаю, что душа моя и его в рассуждении тебя весьма безпорочны, с каковым душевным спокойством и пребуду до тех пор, пока рассудишь за благо со мною переговорить. И я ни мало не сумневаюсь, что всякая клевета и неправда уступит истинной той дружбе, которую всегда и непременно найдешь в моей и ко мне привязанной душе того, который тебя наравне со мною любит и почитает. Сожаление же наше единственно об тебе, что ты находи[шь]ся в безпокойстве.
587. Екатерина II — Г.А. Потемкину
[После 19 апреля 1780]
Пожалуй, дай мне знать: досадил ли тебе Александр Дмитр[иевич] и серди[шь]ся ли на него и за что имянно?
588. Екатерина II — Г.А. Потемкину
[После 19 апреля 1780]
Mon cher Ami, j'ai fini mon diner et la porte du petit escalier est ouverte. Si Vous voules me parler Vous pouves venir.[233]
589. Г.А. Потемкин — Екатерине II
[После 19 апреля 1780]
Зорич набрал всякой сволочи в эскадрон1, в который положено с переменою брать из полков гусарских. Теперь из таковых представляется в кавалергарды некто Княжевич2, никогда не служивший, и все у него ходил в официантской ливрее восемь месяцев, как записан; и прямо из ливреи — в офицеры.
Р_у_к_о_й _Е_к_а_т_е_р_и_н_ы_ II: Ливрейные служители мне не надобны в кавалергардии, а Зорину запретите именем моим кого жаловать и пережаловать в такой корпус, где положено не быть, окроме заслуженных, попеременно из полков.
590. Екатерина II — Г.А. Потемкину
[22 мая 1780]
Батинька, письмо твое из Могилева я сейчас, приехавши, в Сенном получила1, то есть в 10 часов за полдень. Весьма ласкательныя речи Графа Фалькенштейна приписываю я более желанию его зделаться приятным, нежели иной причине2. Россия велика сама по себе, а я что ни делаю — подобно капле, падающей в море. Что же его речи обо мне тебя веселят, о том не сумневаюсь, зная, колико меня любит любезный и признательный мой питомец. О свиданье с Графом Фалькенштейном отдаю на собственный его выбор, как день, так и час во дню, когда с ним познакомиться без людей.
Si je n'avais suivi que les mouvements de mon impatience et ma vivacite naturelle, des que Votre lettre m'est parvenue, c'est-a-dire a dix heures du sour, je me serais remise en carrosse et aurais courru sans m'arreter nulle part tout droit a Mohilef, ou j'ai beaucoup de regret de savoir que Mr. le comte de Falkenstein m'ait devance. Mais comme cela aurait fait une breche a son incognito, la reflexion a retenu mon premier mouvement, et je m'en vais suivre ma route, comme Vous saves qu'elle a ete reglee. Je coucherai demain a Шклов et dimanche je viendrai pour la messe a Mohilef.[234] Только тут не знаю, как выгоднее будет условиться о свидании без людей; ибо как прийду из обедни, тут люди ко мне повалят; опять отложить до после обеда — не учтиво будет; разве пока все люди со мною у обедни будут, не пожалует ли ко мне, дабы вошед я во внутренние свои покои, то есть пред спальнею, уже бы тут его нашла. Но только буде луче найдешь способ, то уведоми меня, а кажется, и так ловко быть может. Как Гр[аф] Румян[цев] ко мне пишет4, что гость нигде не хочет обедать, то заключаю, что и со мною обедать не станет за большим столом, о чем буду ждать уведомления. Письмо его влагаю, дабы Вы знали, что и как пишет. Rien de plus flatteur ni de plus agreable que cette lettre que Vous m'aves envoyee. Je Vous prie de reiterer a Mr. le Comte de Falkenstein les assurances que mon premier desir est de me conformer en toute facon a tout ce qui pourra lui rendre le sejour de Mohilef supportable.[235]
224
Судя по тому, что мне сказал вчера Рибас, его ученику не всегда нравится, чтобы его таким образом назидали в нравственности. Я думаю, что эти проповеди не произведут на него большого впечатления. Впрочем, я знаю, что тон папа не нравится ему всегда (фр.).
225
У него много чистосердечия и наивности (фр.).
226
Честное слово, не буду об этом говорить, но вчера Бетский спросил меня: так ли это и что об этом говорят люди в городе? Я поклялась, что ничего не знаю; как в действительности и было до вашей послеобеденной записки1. Прощайте, друг мой, будьте здоровы (фр.).
227
Отправилась ли сегодня Катенька в кадетский корпус (фр.)?
228
Катенька вчера творила чудеса. Она очаровала всех своей любезностью и манерами. Госпожа Рибас поехала к своему мужу, чтобы узнать, что говорит сударь (фр.).
229
Князь в отчаянии (фр.).
230
отчаяния (фр.).
231
у меня нет моего друга, моего князя (фр.).
232
нужно, чтобы вы начали доставлять мне материалы, которые бы убедили меня в возможности (фр.)
233
Мой дорогой друг, я кончила обедать и дверь с маленькой лестницы открыта. Если вы хотите говорить со мной, вы можете прийти (фр.).
234
Если бы я следовала только движениям нетерпения и природной живости, то, как только дошло бы до меня ваше письмо, т. е. в 10 часов вечера, я села бы в карету и устремилась бы, нигде не оставаливаясь, прямо в Могилев, где, к моему сожалению, граф Фалькенштейн меня опередил. Но как это причинило бы вред его инкогнито, то размышление удержало мое первое движение, и я буду продолжать свой путь так, как вам известно он был начертан. Буду ночевать завтра в Шилове3, а в воскресенье приеду к обедне в Могилев (фр.).
235
Ничто не может быть более лестным и приятным, как письмо присланное мне вами. Прошу повторить графу Фалькенштейну уверение, что мое первое желание — всеми способами сообразоваться с тем, что может сделать ему сносным пребывание его в Могилеве (фр.).