Страница 28 из 86
— Он доволен, как мы справились в Ахтамаре.
— Да пошли они, — буркнул Тэйн равнодушно и отвернулся, не в силах выносить восторженную физиономию Вельга, довольного, как ребенок, которого похвалили за хорошо выученные уроки.
— Я бы на твоем месте так не говорил, — осуждающе покачал головой Вельг. — В конце концов, это очень ответственное дело. В какой-то мере, это искупительная миссия. Сам видишь, что происходит. Если артефакты Кимра могут исправить положение, мы должны их искать. Все наши сомнения, возражения, неудобства тут теряют силу по сравнению с…
Ройг перестал слушать. Затея островитян нравилась ему с каждым днем все меньше и меньше. Хозяин первого артефакта оказался тяжело ранен, когда они пришли за ним, мальчик Кири и вовсе погиб. На горизонте появился второй — и сразу же вокруг семейства его владельца возникают подозрительные личности. Островитяне, явно неплохо представлявшие истинное положение дел в Наземном мире, и не подумали предупредить исполнителей своего поручения о возможных опасностях. Хотя бы о Майре! Так нет же, ни словом не обмолвились, только денег швырнули, как подачку. Хорошо еще, что Джерхейн с ними увязался, пропали бы два наивных дурака-иллара, до сих пор верящие в собственную святость, в этом взбесившемся от ненависти мире…
Не выдержав Вельга, вещавшего все громче и громче, он шикнул на его:
— Не ори, услышит кто, Кимр нас с виселицы не снимет. Он сказал хоть что-нибудь дельное?
Вельг надулся, но продолжил едва слышным шепотом.
— Когда я рассказал ему, что творится в Каррее, он сообщил, что знает о положении на Восточном материке.
— Кто бы сомневался! — прошипел Тэйн сквозь зубы. — Барр-упырь, дьяволово отродье!
Вельг вздрогнул, услышав это весьма грязное для Теллара ругательство.
— Может быть, он узнал только тогда, когда мы въехали в город… — предположил он, однако быстро оборвал сам себя, поскольку вывод из его догадки напрашивался еще более гнусный.
— Что-то плохо верится, — пробормотал Ройг. — Все они прекрасно знали. И, что любопытно, не слишком скрывали, особенно, когда Кимр орал про отказавшие все до единого хэльды. Да только мы их слушали, да не слышали… — он поднялся, достал из-под кровати кувшин, плеснул в кружки себе и Вельгу. — Хотелось бы мне знать, что на самом деле происходит! Утверждение «иллары погрязли в разврате» и собственно, масштаб бедствий, особенно здесь, в Майре, несопоставим!
— Ну почему же… — растеряно начал Вельг. — Если учитывать отношение королевской власти к…
Ройг опять перебил его.
— Кэлленар — это система взаимосвязанных магических элементов. Иллары — всего лишь люди, которые ее используют. Веками. Да, используют бестолково, время от времени забывая то, что умели и теряя запасные части. Знаешь, если ты работаешь в кузнице, мехам будет абсолютно все равно, думаешь ли ты в это время о горне и молоте, или о своей подружке. Они не сломаются от твоих мыслей. Даже если ты отвлечешься на пару минут, чтобы ее облапать, кузня не рухнет. Для этого нужно, чтобы крыша прогнила. Или стены обветшали. Или еще чего похуже. Понимаешь?
— Ну почему же… — опять начал Вельг все тем же нравоучительным тоном. — Мелкие небрежности накапливаются и постепенно приводят к серьезной проблеме. Опять же, следуя твоему примеру, если годами не ремонтировать крышу, в один прекрасный день она рухнет.
— Крыша, извини, течь будет, — фыркнул Ройг. — Годами. Прежде чем рухнуть. И ты не сможешь этого не заметить — течь она будет прямо тебе на голову. А теперь вернемся к нашим хэльдам. Допустим, изменения в системе начались давно. В чем это выражалось? Почему никто не замечал их раньше? И почему же тогда островитяне молчали и не принимали никаких мер? Почему они вообще это допустили?
— Не знаю, — вздохнул Вельг.
— Не действуют хэльды. Нет илларов. Эпидемия, голод, бунты, разбой. Катастрофа. Старый уклад жизни медленно умирает. Новый — еще не родился. Кимр прав в одном: гибель хэльдов — лишь следствие. Хотелось бы понять, что именно вызвало подобную волну разрушений.
— Почему ты считаешь, что поступки множества людей в течение длительного времени не могли их вызвать? — Вельг допил кружку с арали и плеснул себе еще. — Вспомни, откуда мы берем силу для воздействий?
— Из колодцев. Малых колодцев — Кругов власти, и двух больших Колодцев на вершине Илломайна и где-то на юге Ард Эллара.
— А чем наполняются Колодцы? Огнем жизни всех существующих на Телларе и Агвалларе живых существ. Все наши эмоции — счастье, горе, радость, ненависть, зависть, сочувствие и прочие переживания — все они суть чистая сила, отдаваемая нами во внешнюю среду и улавливаемая колодцами. Не зря мы называем их Потоками жизни…
— Ага, напомни мне основы, — сердито перебил его Ройг. — А то я в школе плохо учился. Учебник забыл.
Вельг проигнорировал его раздраженную реплику.
— Представь себе, что отрицательных эмоций в этом потоке стало больше, чем положительных. Темных сил больше, чем светлых. Это и отразилось на всей структуре системы…
— Это тебе что, Кимр подсказал? — спросил Тэйн с брезгливым подозрением. — Абсурд.
— Почему?
— Да потому, чтобы спровоцировать изменения такого масштаба, все люди давно уже должны были превратиться в отъявленных мерзавцев. Ты, кстати, как? Считаешь себя мерзавцем?
Вельг обиженно надулся.
— И потом, откуда вы взяли такую чушь — «темная сила, светлая сила»? Сила, она, знаешь ли, цвета не имеет, — Ройг уже начал злиться, что ввязался в глупый спор. — Энергия не может быть доброй или злой, счастливой или несчастливой. Сила огня, например, или того же ветра — она вне наших оценок. Вне человеческих эмоций. Она просто есть. Другое дело, для чего ты ее применишь. В общем, понятно, — буркнул он. — Островитяне не знают, в чем причина. А выдумывают глупые теории, потому что обделались от страха и хотят свалить вину на нас. И тебе, — он посмотрел на Вельга с яростью, — нечего рисковать жизнью и бегать к Окнам, чтобы обсудить с Кимром последние сплетни.
Вельг неразборчиво огрызнулся, вскочил с табурета и уже в дверях столкнулся с Джерхейном. По его глазам Ройг сразу же понял, что случилось нечто непредвиденное. Вельг, однако, оставаться не захотел: бросив сердитый взгляд на обоих, он вышел, раздраженно хлопнув дверью.
— Что это с ним?
— Да так… — буркнул Тэйн. — Взгляды разошлись.
— На кувшин инты?
— На Остров Колдунов.
Джерхейн рассеянно кивнул.
— Тэйн, ходят слухи, что мой отец убит.
Ройг остолбенел.
— Где ты это слышал?
— В нашей трайте. Там сегодня весь день об этом говорят. Прибыл караван торговцев из Риаллара, из Дарнейта, своим ходом пришли, через Пролив, не через Ворота, и вот… новости.
— Ты говорил с кем-нибудь из самих торговцев, а не с болтунами в трайте? — строго переспросил его Тэйн.
— Нет. Не думаю, что они очень уж сильно переврали сплетню. Такое не исказишь и не скроешь.
— Что еще? — спросил Тэйн, видя, что его друг нервно сжимает и разжимает кулаки, так, будто собирается кинуться в драку прямо сейчас.
— Что Джайт тоже… И жена его, и обе девочки.
— Кто же тогда правит?
Джерхейн вскочил на ноги, отодвинул табурет, потом поставил его на место, отошел к окну, вернулся обратно и сел. Поднял голову на Тэйна и спросил со злостью в голосе.
— А ты не догадываешься?
— Нет, — отрезал Ройг, уже зная, что именно он услышит. Но верить новостям, принесенным Джерхейном, он не спешил.
— Кианейт, эта блевотина Прародительницы!
— Тише, — поморщился Тэйн. — Остынь. Все это может оказаться сильно искаженными слухами. Постарайся найти кого-нибудь из того каравана, что пришел из дома. Вельгу говорить?
Джерхейн удрученно кивнул.
— Пусть он завтра сходит на ближайшую ярмарочную площадь и потолкается там, пособирает новости. Может, чего и услышит. Вечером, после заката, сходим кое-куда. Только без Вельга. Если на нас нападут, он не отобьется.
— Что ты собираешься делать? — спросил Джерхейн взволновано.