«Красный стул»

Эти слова подействовали на Малфоя, словно ушат ледяной воды. Он напрягся всем телом, отводя взгляд. Пауза показалась невыносимой. Теодор, бесспорно, был благодарен Драко, как никому другому, и искренне считал, что предавать своего старого товарища тот не станет. В его близком кругу осталось не так много людей, чтобы он мог разбрасываться ими в разные стороны, но отчего-то всё-таки занервничал. Тем не менее теперь Теренс находился в его полном распоряжении. Как только он закончит изучать данные, можно будет приступить к экзекуции.

— Как только всё закончится… — Драко поднялся с кресла и замешкался. — Я бы не попросил тебя о подобном, если бы видел другой выход.

— Я знаю, — понимающе кивнул Нотт. — Мы всё решим, дай мне пару дней.

Тот в ответ опустил глаза и покинул вотчину Теодора. Липкая недосказанность осела в воздухе, неприятно стекая в лёгкие. Меньше всего хотелось, чтобы взаимоотношения с Малфоем изменились. Видя ментальные метания своего друга, Нотт уже не мог наверняка сказать, что этого не произойдёт. Дышать стало сложнее, а по извилинам поползли колкие импульсы раздражения. Он злился. Не на Драко и не на ситуацию, а на себя. Собственное поведение внезапно показалось ему омерзительным. Последние события сделали из него параноика.

«Это было слишком жёстко, — поднимаясь из-за стола, подумал Теодор и направился к выходу. — Надо всё-таки нормально поговорить».

Слегка нервно повернув дверную ручку, он судорожно пытался сформулировать в голове свои опасения, чтобы вновь не обидеть друга, но его мысли были оборваны странным диалогом из коридора.

— …в этом уже нет никакого здравого смысла! — прошипел Малфой с нотками злобы и негодования.

— Ты уже пытался руководствоваться смыслом. И к чему это привело? — резкий угрожающий шёпот Грейнджер прозвучал совсем непривычно. — На улицах грязь, а вы оба в полной заднице.

— И как ты потом его из этого вытащишь? — ехидно выдавил Драко.

— Это не твоё дело, — сквозь зубы процедила она. — Сейчас не время и не место для твоих истерик.

В коридоре послышались торопливые шаги, и Теодор аккуратно закрыл дверь. Перед глазами всё поплыло. Он бы предпочёл никогда не слышать этого диалога, продолжая корить себя за излишнюю жёсткость по отношению к другу и ранний маразм. Только вряд ли Нотт мог заниматься подобным теперь. Он упёрся лбом в дверной косяк, зажмурившись до белых пятен перед глазами. Отрицать глупо и бесполезно: Малфой и Грейнджер друг друга знали намного лучше, чем ему хотелось бы. И если объяснение их скрытому сотрудничеству Теодор мог найти довольно легко, ведь не его одного зажали в угол, то вот причину утаивания этого факта — нет. Хотя и первый пункт был слишком шатким: Драко никогда не славился лояльностью по отношению к Министерству. Да и необходимости в этом не испытывал.

«Стоит решить одну проблему, как моментально появляется новая…» — потирая висок указательным пальцем, Нотт отшатнулся от двери.

В голове нескончаемым караваном потянулись мысли. Они смешивались и переплетались, превращаясь из стройной шеренги в бесформенную тягучую массу, растекающуюся по нейронным сетям. Теодор сделал ещё пару шагов и опёрся руками о кресло, тяжело выдыхая. Всё окончательно запуталось и катилось в бездну со скоростью света.

За стуком в дверь, не дожидаясь ответа, последовал женский мягкий голос:

— Господин Нотт, я… — спокойный тон Гермионы рассёк разум надвое.

— Выйдите, — сухо буркнул Теодор, пытаясь держать себя в руках и не произнести лишнего.

— Простите, что-то случилось в моё отсутствие? — невинно поинтересовалась она, отчего по спине прошлась волна раздражения.

— Покиньте кабинет сейчас же, — громче произнёс он, не оборачиваясь.

Она не спорила. Просто молча закрыла дверь снаружи. Очень разумно с её стороны, поскольку напряжение, бурлящее под кожей владельца «Красного стула», очерчивало радиус ярдов в десять. Да, он понимал насколько это было грубо и вовсе не профессионально. Да, он точно чувствовал, что его некомпетентность продиктована лавиной обрушившихся эмоций. Ему не хватало надёжного и верного плеча рядом. Он не хотел, чтобы кто-то решал проблемы за него, но чувствовал необходимость в человеке, которому просто можно верить, не пытаясь разгадать мотивы. И его не было. Клауд всё ещё отсутствовал, находясь чёрт знает где.

По темечку прошлась тупая и сдавливающая боль. Он не имел никакого морального права требовать присутствия Итана рядом, но в том было то, чего так не доставало Малфою и вообще всем окружающим — надёжность. Что бы наставник ни делал, Нотт был уверен в каждом его движении. Больше, чем в своём собственном. Даже сейчас. А потому дал себе время, чтобы выдохнуть и охладить пыл.

Вдох. Цепная реакция в обществе началась после смерти влиятельного родственника. Появление Грейнджер. Вслед за ней последовали убийство Джозефа и гнев Поллукса. Выдох. Министерская шпионка трудилась на поприще закона и порядка чуть больше полутора лет. Примерно столько же, сколько Теодор руководил рестораном. Вдох. Карьера Драко началась ровно в тот момент, когда судьба девушки после окончания Шармбатонской академии наук покрывается тайной. Выдох. Поттер проверяет подряд все группировки и организации с сомнительным родом деятельности. Страдает (в большинстве своём) неугодная сторона.

Теодор приподнял подбородок и пробежался глазами по стыку на потолке. За общим хаосом и неразберихой он упустил двойную игру. Актуальным остался только вопрос: кто кого водит на поводке, и насколько тот короткий? Министерство имело довольно весомую отдачу от проделок маленькой ведьмы: за последнее время Поттер прикрыл столько преступников, сколько не видел за всю свою карьеру. Тем не менее крупные рыбы всё ещё оставались на плаву. Их бесполезно преследовать и саботировать, потому Мраксов просто уничтожили, Маркуса стёрли со всех радаров. И участие своего друга в этой вакханалии Нотт не исключал. Может, не напрямую, но Драко приложил к этому руку.

«Кэрроу?» — опустившись в гостевое кресло, Теодор поморщился, пытаясь найти взглядом зажигалку.

Судьба этого семейства отличалась. Чётко прослеживался другой почерк. А значит, на поле уже (минимум) четыре крупных игрока: Гарри и аврорат, которые за мир во всём мире; Малфой, который желает расширить власть и успокоить нервишки; Поллукс и вся сопровождающая его грязь; Неизвестный со своими личными мотивами. К какой из групп приписать Грейнджер, оставалось большим вопросом. Стоило сделать пометку «не из шайки Селвина», но чёткого понимания всё равно не было.

Нотт притянул зажигалку с рабочего стола и прокрутил её пальцами несколько раз, зависнув взглядом на какой-то эфемерной точке. Пульс начал приходить в норму, а дыхание стало ровнее и тише. Он поднялся с кресла, пытаясь окончательно сгладить свои эмоции. Ещё один стук в дверь уже не казался катастрофой.

— Да? — равнодушно ответил Теодор, доставая сигарету.

— Господин Нотт, — мягко обратилась Анжелина, юркнув в кабинет, — если я правильно поняла, вы закрыли резервный счёт?

— У нас какие-то финансовые трудности? — снимая пиджак, без особого удовольствия уточнил он.

— Нет, но…

— Тогда это не должно вас касаться, — прикуривая, Нотт бросил на неё испытующий взгляд. — Что-то ещё?

— Нет, извините, — сдавленно проговорила Джонсон, отводя глаза.

— Доставьте мне сорок фунтов красных и зелёных яблок, — лениво выдыхая дым, он перевёл взгляд на приоткрытые портьеры. — В течении часа успеете?

— Простите… Сорок? — поморщившись, уточнила она.

— Это никак не связано с нуждами ресторана, — без особого интереса процедил он. — Насколько я помню, мои личные распоряжения вы тоже должны выполнять. Разве нет?

— Да, конечно, — собравшись с мыслями, кивнула Анжелина. — Предпочтения по сортам? В ваш кабинет или…?

— В новую каморку для швабр, — зависнув на мгновение, Нотт замолчал. — Главное, чтобы они не были рыхлыми, а в остальном не так уж и принципиально. Оповестите меня, как только всё будет готово.