Страница 45 из 49
Глава 14
На следующий же день Кейлех, в сопровождении Йонгу и Уго, была перенесена в отчие владения. И как раз вовремя. Во владениях царил хаос: до свадьбы оставались считанные дни, и гости, в основном родня, уже прибывали. Прибытие шамана с такой свитой произвело эффект ушата с холодной водой.
Осторожно осмотрев все вокруг, Йонгу, бывший жених Арвены, засвидетельствовал своё почтение и представил придворного мага, после чего мужчины и Торуй на какое-то время уединились в кабине Торуя, а потом Йонгу и Уго испарились, оставив Кейлех на растерзание родичам. Слезы Арвены, паника в глазах Альсаэля и молчаливая истерика брата заставили Кейлех подвинуть королевские проблемы на второй план. Сейчас Васта значила для Кейлех меньше, чем ее настоящая семья. Впервые не хотелось бежать и разыскивать королеву. Боги, как же можно было так стелиться перед этой женщиной. Первую ночь Кейлех провела в комнате сестры, она искренне попросила прощения, что не была рядом с сестрой, всё это время. Лисичка же, неожиданно по-взрослому заверила её, что всё идёт наилучшим образом, что она и Альс сблизились, между ними стала проявляться нежность. Кей с радостью слушала, как Арвена строит планы и мечтает о супружеском счастье. Девушка была счастлива, и счастье это отражалось во всем её облике.
На следующий день Кейлех сначала долго говорила с братом, который поведал ей, что вскоре сделает предложение замечательной девушке, а потом уединилась с будущим мужем сестры, и рассказала ему то, что в корне изменило её отношение к жизни и текущим событиям.
Это случилось в тот же время, когда они вышли из перехода, открытого прямо во двор Дамионов. Именно тогда шаман увидела беловолосого мальчика, с интересом выглядывающего из-за юбки одной из прислужниц. Кажется, это сын прачки, кажется Кейлех видела его сотни раз, скребущем полы или убирающим конюшни… Время остановилось, мир перевернулся, и вся вселенная сократилась до прищура детских голубых глаз.
Вот он. Приемник.
Кейлех всегда знала, что придет этот день, и мысленно готовилась к нему, но это произошло все-таки внезапно. Грянуло, как гром средь ясного неба…
- Как тебя зовут, малыш?
Мать мальчика испуганно вздрогнула и инстинктивно попыталась прикрыть сына, но мальчик отважно шагнул вперед, не взирая на побледневшую и испуганную мать.
- Как тебя зовут, малыш?
- Ваэлан Дымок, - пискнул мальчик.
На Кейлех снизошло спокойствие. Все стало правильным, замечательным и ненужным одновременно. Шаман точно знала, что сейчас должна завершить свои дела здесь, дома. Поговорить с родными… ПОПРОЩАТЬСЯ. А потом идти с Йонгу и Уго за той, что дав однажды жизнь, не так давно хотела ее забрать. И вернуться сюда, к этому малышу, если получиться выжить… Или не вернуться совсем.
Потому как шаман увидела своего приемника. А значит, Кейлех Волчья Вьюга Мэллори из дома Дамионов скоро умрет, душа ее уйдет в те чертоги, куда уходили все, кто был до нее, а дар (о, спасибо небу!) будет перемещен в этого дивного мальчика. Будущего шамана. Но из близких об этом никто не должен знать.
И только одному Поднебесному Кейлех открыла эту тайну. Магу полагалось быть рядом с Ваэланом во время адаптации, лечить, поддерживать его, и, возможно, стать названным отцом. Альсаэль воспринял весть о грядущей смерти Кейлех с тихой тоской, выслушал последние распоряжения и все инструкции. Он воспринял это как надо, как данность. Похоже, он действительно проникся всей серьёзностью своего положения мага рода Дамионов и будущего мужа. Это не могло не радовать.
Свадьба прошла на удивление спокойно и весело. Йонгу и Уго, сопровождающие Кейлех, словно цепные псы, тревожно следили за искренне веселящейся Кейлех. Глупцы, они не знали, что для неё это были поминки. Кейлех смеялась, славила молодых и казалась такой непривычно счастливой, что Уго даже усомнился в её рассудке.
Но ночью Кейлех оставила своё веселье и простилась с домом со всеми положенными для шамана обрядами, прося защиты духов-покровителей для своего приемника. И вовремя. Поутру, после того, как Кейлех, будучи сестрой новобрачной, поучаствовала во всех положенных ритуалах, её оттянул в сторону Уго и шепнул, что вышел на след королевы.
Мысленно простившись с родными, Кейлех велела седлать коней.
Наверное, больше поразмыслив, она сама бы пришла к выводу, где могла скрываться королева.
Домик на болотах, почти осушённых после случая с жабалюдами. Идти к нему было намного спокойнее, чем несколько месяцев назад. Старое сооружение все еще стояло, попирая почти иссохшие болота почерневшими столбами. Да и болото ли это было. Скорее хлюпающая студеная жижа, покрытая обманчивым слоем чистого снега. Кони шли, даже не проваливаясь.
Нда, измельчало болото после того «кипячения». Кейлех украдкой обронила дар местному духу, тихо прошептав нужные слова. Ох, неправильно это было, но привлекать внимание не хотелось.
Тонкий дымок, струящийся темной небесной змейкой ввысь, известил о присутствии людей.
- Похоже, хозяева дома, - проговорила Кейлех, - мох жгут.
- Я не могу пройти, - скорбно признался маг.
Кейлех не чувствовала здесь никаких преград на пути ветхому строению. И, что самое ужасное, она НИЧЕГО не чувствовала. Как будто все вокруг было отрезано и от жизни и от смерти… Но, разве такое возможно? Идти туда было равносильно самоубийству. Духи не откликнуться на её призыв, артефакты не сработают. Шаманша пожала плечами, проверила, легко ли вытаскивается кинжал их потаенных ножен на руке, быстро спрыгнула с коня и решительно пошла вперед. Йонгу что-то кричал вслед, пытаясь преодолеть невидимую преграду. Но впервые женщина не предала значения его словам. Она забралась по полугнилой лесенке к двери, и, словно на казнь, вошла в домик.
- Здравствуй, мама.
О духи пресветлые, как же давно хотелось это сказать. Как же, оказывается, хотелось взрослой женщине хоть раз в жизни почувствовать себя возлюбленным чадом. Вся детская боль, всё взрослое отчаяние выплеснулось и соединились с обреченностью в такой мощный ментальный щит, что Васта-Арлена не смогла через него пробиться.
Кейлех окинула взглядом скудное убранство. Лавка у печки, стол с разложенными травами, перемешанными со снедью, придвинутый к столу со стороны двери табурет, грязный пол. И женщина, обряженная в крестьянскую бедную одежду, совсем не выглядела заговорщицей, покушающейся на первых людей королевства. Весь ее лоск спал, и выглядела вдовствующая королева скорее испуганной и затравленной.
Но все-таки она долго была королевой.
Надменная улыбка прогнала страх и растерянность. Плечи распрямились, и женщина царственно уселась на скрипящую грязную лавку, слегка кивнув головой.
- Здравствуй, дочь, что у тебя нового?
Кейлех села на трехногий табурет. Что ж, надо поддерживать этот фарс.
- Я скоро умру. Я видела своего приемника.
Вот этого Васта-Арлена не ожидала. Она застыла, приоткрыв от и сжав руки на груди.
- Возможно, мама, ты сегодня убьешь меня. Довершишь начатое.
- Кейлех, я не хотела…
- Ты хотела, - спокойно и уверенно произнесла шаманша. – Ты хотела выжить любой ценой. Даже ценой моей жизни. Неужели власть этого стоит?
Королева чуть наклонила голову и скривилась.
- Влаааасть, - протянула она, смакуя каждую букву этого слова, - Власть пьянит, сводит с ума, делает счастливой. Она как наркотик. Власть возносит до Богов. А власть в Замке, это нечто. Тебе покоряется невидимое, ты начинаешь управлять теми, кто раньше не мог и помыслить себя рабом.
- Как мной?
Васта-Арлена набрала в грудь воздуха, запнулась, и прикрыла глаза, будто что-то хотела сказать, но передумала.
- Дорогая моя дочь, нами всегда кто-то управляет: родители, мужья, правители, традиции, Боги… даже твои любимые духи. Те, кто хоть раз урвал себе кусок райского наслаждения – правом повелевать – никогда не откажется от этого добровольно.