Страница 41 из 42
Они хотели, чтобы Стив Маккуин присутствовал на свадебной вечеринке, поэтому Дэгс прикрепил галстук от смокинга к его ошейнику, предварительно искупав его и вычесав.
До сих пор ему удавалось не давать псу сожрать галстук.
Ещё ему удалось не дать ему броситься в океан.
Несмотря на то, что хаски время от времени скулил на Дэгса за то, что тот портил ему собачьи радости, Стив Маккуин вёл себя практически прилично.
Конечно, один раз из него уже вырвался безумный лай, когда он ясно выразил свою глубокую неприязнь к чайкам, а также намерение лично разделаться с каждой из них, как только церемония закончится.
Стив Маккуин также со счастливым лаем бросился на эту женщину-полуфейри и попытался вскарабкаться на её платье, прежде чем Дэгс оттащил его назад и немного «поговорил» с ним.
Хаски также хотел лично поприветствовать каждого из более чем ста гостей, а это означало обнюхать их с головы до ног, чтобы составить о них своё мнение. Стив Маккуин, казалось, проявлял особый интерес к оборотням, что, возможно, не должно быть таким уж удивительным.
Что ещё больше удивило Дэгса, так это то, что пёс, казалось, не чувствовал в них никакой угрозы и никакого естественного подчинения по отношению к ним; вместо этого он относился к ним со своего рода собачьим любопытством.
Честно говоря, Дэгс полностью намеревался позволить своей собаке повеселиться.
Как только они преодолеют эту часть церемонии.
Он окинул взглядом шеренгу людей со своей стороны увитой розами арки.
Это была совсем не маленькая свадебная вечеринка.
Жених уже стоял там, конечно же.
Рядом с ним стоял Борген, Странник, который встречался с той женщиной-полуфейри, Джулс.
Рядом с ним стояли Девин, крупный альфа-оборотень, встречающийся с рыжеволосой ведьмой, и Вик, ещё один оборотень, в котором было что-то от коренного индейца, и который был родом из той же части Юго-Запада, что и люди Дэгса.
В тот единственный раз, когда они общались, они немного поговорили о жизни в резервации.
Рядом с Виком стоял некромант Джейми, за ним был чернокнижник, которого Дэгс не знал.
Другой Странник, Монту, ближе всех стоял к самому Дэгсу.
Именно Монту только что искоса поглядывал на Дэгса из-за того, что тот разговаривал со своим псом.
Немного выдохнув, Дэгс посмотрел на собравшихся.
Большинство мест уже было занято.
Гости были из всех слоёв общества, не говоря уже о нескольких видах сверхъестественных существ, как будто со всего Лос-Анджелеса — сотрудники элитного БДСМ-клуба на Сансет, большинство, если не вся стая оборотней Студио-Сити, несколько человек из Маджестик Студио, которые работали с волками в качестве каскадеров, большая часть ковена Лос-Фелис, и даже горстка обычных, не голливудских людей из Лонг-Бич, центра Лос-Анджелеса, Венеции и даже Брентвуда.
У матери невесты тоже были друзья на этом мероприятии, видимо, ещё с тех пор, как она жила в этом измерении, когда Алексис была маленькой.
Дэгс всё ещё смотрел поверх толпы, когда заиграла музыка.
Он расправил плечи и сцепил руки перед собой, когда подружки невесты начали идти по усыпанному лепестками роз проходу между сиденьями.
Они расстелили на песке толстый белый ковёр, но женщины всё равно предпочли идти босиком.
Полуфейри первой прошла по проходу, лучезарно улыбаясь гостям. На ней было бледно-фиолетовое платье, подходящий в тон лак для ногтей на ногах и висячие серьги, а в руках она держала букет из крошечных белых роз и фиолетовых цветов.
За ней шла ведьма Габриэла.
На ней было платье того же фасона, только бледно-розовое.
Женщина-оборотень Барб шла следом за Габриэлой, одетая в бледно-жёлтое платье. За ними последовали ещё три женщины, одетые в разноцветные платья в том же стиле, но сейчас Дэгс искал её, ту, ради которой он сюда пришёл.
Феникс вышла последней, одетая в бледно-зелёное платье.
Она шла босая, как и остальные, с бледно-зелёным лаком на ногтях и нефритовым браслетом на щиколотке. Она вплела кусочки нефрита в волосы вместе с цветами и несла букет из маленьких белых роз и папоротников.
На мгновение его сердце перестало биться.
Дыхание у него тоже перехватило, когда он увидел, как его девушка-кинозвезда плывёт по проходу. Она выглядела потусторонней и даже более неземной, чем женщина-фейри до этого. Он почувствовал боль в груди, когда увидел, что все взгляды в этом месте сосредоточились на ней, не в силах оторваться.
Она была безупречна.
Не просто красивая… она излучала свет, от которого у него до сих пор перехватывало дыхание.
Тот тяжёлый, отупляющий страх и боль, которые он игнорировал последние несколько дней, с тех пор как Светоносная появилась на пороге его дома, требуя встречи с Феникс, вернулись резкой, изнуряющей волной. Он позволил себе забыть, пока всё это происходило. Он позволил себе временно стереть знание о том, кем и чем он был.
Теперь всё это снова нахлынуло на него.
Он не должен быть с ней.
Он правда никак не должен был быть с ней.
У его ног залаял Стив Маккуин.
Этот звук вытащил Дэгса из его головы достаточно надолго, чтобы он смог понять, куда свернули его мысли. Он взглянул вниз на Стива Маккуина и обнаружил, что хаски пристально смотрит на Феникс, высунув язык в собачьем оскале, пока он приветствовал одного из своих самых любимых людей.
Он снова залаял, возможно, потому, что она никак не ответила ему.
Затем Феникс повернулась и, дойдя до конца прохода, громко прошептала:
— Я вижу тебя, Стив Маккуин! Я вижу тебя!
Пес заскулил, издав ещё один радостный лай.
— Ладно, мой сладенький… Я знаю. Я поглажу тебя позже, хорошо? И почешу за ушками.
Стив Маккуин радостно залаял, как будто понял каждое слово.
Все в первых рядах засмеялись, включая мать невесты, которая сидела на ближнем к проходу стуле, одетая в бледно-голубое платье и золотые босоножки.
Затем музыка изменилась.
Нанятый кем-то струнный квартет заиграл «Свадебный Марш».
Все замолчали.
Большинство людей повернули головы, чтобы посмотреть на дорожку.
Даже Дэгс обернулся, невольно заинтересовавшись.
Он наблюдал, как высокая Светоносная шла по устланному ковром проходу, и её худые руки покоились поверх белоснежного платья. Странные символы, которые покрывали её руки в виде неземных татуировок, слабо светились в тусклом свете под навесом, гармонируя с её глазами и бледными голубыми прядями в волосах.
Она шла босиком, как и её подружки невесты, цепляясь за руку ещё более высокого мужчины с широкими плечами и прямыми чёрными волосами, мало отличающимися от волос Дэгса.
Теперь он выглядел совершенно иначе.
Высокий Странник, отец невесты — с гладко выбритым красивым лицом, стрижкой, вероятно, за триста долларов, не говоря уже о смокинге, дорогих часах, итальянских туфлях, бриллиантовой булавке, золотом кольце, золотых запонках и белой розе на лацкане — теперь выглядел как высокопоставленный чиновник.
Он был похож на сенатора.
Или, возможно, на генерального директора компании из списка Fortune 500.
Трудно было поверить, что это тот самый чувак, которого они нашли в обрисованном граффити и полном мусора заброшенном зоопарке, в котором слегка пахло кошачьей мочой. У мужчины, которого они нашли, были растрёпанные до плеч волосы, борода трёхнедельной давности, вонь трёхнедельной давности и одежда, которая выглядела так, словно он не снимал её по меньшей мере то же количество времени.
Он больше походил на животное, чем на человека.
На самом деле, когда Дэгс впервые увидел его, он подумал, что Странник, Юрген, должно быть, какой-то мутировавший медведь-оборотень.
Сейчас же Юрген улыбался, сжимая руку дочери на своей руке, держа её так, словно боялся, что она может исчезнуть, если он отпустит её хотя бы на мгновение.
Взгляд Дэгса снова обратился к Алексис — к невесте, Последней из Светоносных, женщине, которая заявилась на порог его дома, чтобы наорать на него в восемь утра, когда он страдал от одного из худших похмелий, которое у него когда-либо было.