Страница 34 из 59
— А если не выпьет?
— Рано или поздно жажда возьмёт верх и вампиру придётся убить человека, неважно, днём или ночью. Но изначально проклятье работает так, что вампиризм проявляется только в полночь. Так охотиться легче и безопаснее.
Она замолчала, и Джон пока не стал просить её продолжить. На самом деле описание поведения голодного вампира напомнило ему столь знакомую жажду алкоголя… Он невесело ухмыльнулся и задумался. В целом всё выглядело вполне логично: и странная походка Гилины, и то, что она вышла ночью, и эта жуть, охватившая его при виде девушки… И всё же ему до последнего не хотелось верить, что вампирша — это она. Что она, пусть и вынужденно, убивала людей. Ну не могла такая милая, скромная, невинная девушка делать столь ужасные вещи…
— И если вампир укусит человека, он не обратит его… своим ядом? — поинтересовался Джон.
— Да нет у вампиров никакого яда, — закатила глаза Кара, коротко рассмеявшись. Он даже чуть обиделся: ну откуда ему, самому обычному человеку, знакомому с магией крайне поверхностно, знать все подробности? — Если вампир укусит человека, то просто выпьет всю его кровь, вот и всё. — Она пожала плечами, будто говорила о каких-то элементарных вещах, например, как пожарить картошку на костре.
— Но мы можем как-то понять, что Гилина проклята, прямо сейчас, днём?
— Да, обычно проклятие оставляет какой-то след, — задумалась девушка, скрестив руки на груди. — Может, глаза разного цвета… хотя мы бы заметили это сразу… или какой-нибудь знак на теле… Слушай, ты же пялился на неё вчера весь вечер, может, заметил что-нибудь подозрительное?
— Во-первых, я не пялился, — вспылил Джон, чувствуя, что краснеет. Вообще-то он всё-таки пялился, но совсем чуть-чуть. Красивая девушка ведь, просто радость для глаз. — А во-вторых, нет, не заметил.
— Да, по-моему, на той части её сисек, что не прикрыта платьем, действительно не было ничего, — хмыкнула Кара и встала. — Что ж, у нас есть ещё день, чтобы убедиться в правдивости твоих предположений. И, будем надеяться, наша дорогая вампирша осталась довольна ночной охотой…
***
«Кара. Меня зовут Кара», — твердила она себе, мысленно пробуя на вкус это имя.
Немного странно было воспринимать себя так, но она постепенно привыкала.
Каре не очень хотелось задерживаться в этой деревне, она желала как можно быстрее преодолеть этот нелёгкий путь от Резерфорда до Конвея и поскорее сделать то, что нужно было сделать. Однако она понимала, что обязана удержать Джона во что бы то ни стало. И если он просил её помочь разобраться с вампиршей, то она должна помочь. Его доверие многое значило для Кары. Так что придётся сейчас искать Гилину и расспрашивать её, а заодно попытаться разглядеть на её теле какие-то знаки, говорящие о проклятии. В конце концов, не существует такого проклятия, которое не оставляло бы какого-либо отпечатка.
Она встретила девушку на первом этаже: видимо, Гилина встала уже давно, потому что заспанной или растрёпанной вовсе не выглядела, волосы её были осторожно уложены в косу, а карие с зелёными крапинками глаза весело светились. Если она и ходила куда-то ночью, то это вряд ли сильно на ней сказалось. Однако Кара помнила все последствия проклятия вампиризма, в том числе и полные провалы в памяти в дневное время суток.
Гилина несла в руках большое ведро, наполненное водой, от которой шёл едва заметный пар.
— Доброе утро, госпожа, — улыбнулась девушка, когда Кара приблизилась к ней.
— Лина… можно же тебя так называть? — Получив в ответ кивок, она продолжила: — Слушай, нужно поговорить… это касается вампира, который не даёт вам спокойно жить.
— Простите, я хотела сейчас немного ополоснуться, — Гилина кивнула на ведро, — но потом я с радостью выслушаю вас, ваше благородие.
— О, нет, не называй меня так, — рассмеялась Кара. — Вступив в сестринство Шабаша, я отказалась от всех титулов, так что прибереги их для Джона. А я для тебя — просто Кара. И, кстати, с купанием я тоже могу тебе помочь.
Это был неплохой шанс хорошенько изучить её и найти знак проклятия… И заодно попытаться выяснить, кто мог бы наложить это самое проклятие и кому бедная девушка могла так насолить.
Ещё вчера, за ужином, Кара почувствовала присутствие некой магической искорки и через некоторое время смогла определить, что искорка исходила от Валомира. Но теперь её вдруг начали одолевать сомнения. Это же простой деревенский парень, вряд ли в полной мере осознающий свой талант… А Гилина — его невеста, так что проклятие наложил точно не он. Хотя Кара и не могла быть полностью уверена. Из-за того, что с ней недавно произошло, её магическое чутьё сильно ослабло.
Они с Гилиной дошли до комнаты девушки — небольшой, но уютной. Большую её часть занимала кровать, а на полу возле неё уже стояла деревянная бадья, куда дочь старосты и вылила воду из ведра. Впрочем, бадья и так была почти полна. Гилина тут же быстро сняла с себя простое домотканое серое платье, нижнюю сорочку, распустила волосы и забралась в воду.
И пока Каре не удалось найти на её прекрасном юном тельце ничего, что было бы похоже на знак проклятия.
Она молча подала Гилине мыло и набрала чистой воды в ковшик, чтобы помочь смыть пену с кожи и волос. Молча наблюдала, как девушка водила кусочком мыла по рукам, плечам, шее… При этом щёки её были розовее, чем летний закат. Кара усмехнулась — стеснение Гилины её умиляло.
— Помочь? — предложила она.
Девушка молча кивнула и, протянув ей скользкое серое мыло, повернулась к ней спиной. Хорошенько намылив всю спину, Кара осторожно провела пальцем вдоль позвоночника Гилины, отчего та едва заметно задрожала, но ничего не сказала.
Молчание затянулось.
Наверное, стоило спросить у неё что-то и попытаться вывести разговор на тему проклятия… может, узнать что-то о Валомире и его даре, в частности то, как часто он его использует… Кара задумалась. С этой девушкой надо быть аккуратнее: одно неверное слово — и никаких полезных сведений от неё не дождёшься.
— А когда состоится ваша с Валомиром свадьба? — как бы невзначай поинтересовалась Кара, присев на корточки возле бадьи и убирая влажную прядь с плеча Гилины. — Мы с Джоном с радостью бы посетили вас в такой счастливый день.
— Мы пока не решили, — чуть покраснела Гилина. — Да и денег для пира нужно подкопить… Мой отец-то ведь староста, придётся всю деревню приглашать. — Она едва заметно усмехнулась.
— Ну, а сам жених тебе как? — Кажется, их девичья светская беседа вполне задалась. — Ты его любишь? — И Кара погладила Гилину по округлому плечу, будто в знак поддержки.
— Ну… Его мне родители выбрали…
— И что, совсем не нравится?
Гилина отчего-то промолчала, и это можно было трактовать двояко: если нравится, то смутилась, замялась, не захотела говорить о том, что чувствует… А если нет, то всё и так понятно.
— А относится он к тебе хорошо?
— Ну… — Гилина чуть повела плечами, и Кара вновь слегка погладила её. — Он иногда бывает… чересчур настойчив. Но я себя в обиду не даю.
А вот это уже интересно… В голове у Кары уже рисовалась вполне знакомая картина: девушка отказывает мужчине, владеющему магией, и тот от обиды проклинает её… Она знала множество мужчин, и большинство из них были порывисты, безрассудны, обидчивы, порой глупы и жестоки… Хотя Валомир с первого взгляда не создавал такого впечатления, он вполне мог в глубине души затаить злость на невесту и проклясть её. Может, он и жениться не собирался вовсе, а просто хотел разок поиметь её на сеновале и отказаться от свадьбы — мол, девка порченная, ещё и легкодоступная, не нужна мне такая. Так что чёрт его знает.
— Это хорошо, что не даёшь, — кивнула Кара. — Держи его в узде, моя дорогая.
Когда Гилина закончила купаться, Кара принесла ей большое белое полотенце, и девушка обернула в него волосы. Тогда-то ведьма и увидела на её шее два маленьких красных пятнышка, похожие на следы от укуса комара или клопа… Но это явно были не укусы. Кара пригляделась, напрягла своё магическое чутьё (главное, чтобы Гилина не заметила блеснувшее в глазах золото) и теперь уже точно разглядела знак вампирского проклятия.