Страница 4 из 5
Еще вчера на площади Диего сразу же отметил ее прелестный вид, утвердившись в мысли, что настоящие древесные ведьмы всегда имеют редкостную красоту.
В какой-то момент Катарина сильнее прижалась к нему и подняла призывный взор.
– Вы такой сильный, мне совсем не страшно с вами, – проворковала она.
Диего все прекрасно понял, чего она хотела, и, естественно, отказываться не стал.
Неумолимо склонившись к ее лицу, он быстро нашел ее губы, обхватив затылок широкой ладонью, и прижал девушку к себе. Поцелуй показался ему долгим и сладко-упоительным. Он отметил, что Катарина совершенно не умеет целоваться, но очень жаждет показать ему свою опытность. Опять же, не желая разочаровывать ее, Диего немного ослабил напор своих губ. Запустив свою ладонь в ее распущенные волосы, он принялся очень осторожно, словно лаская, прикусывать и целовать ее пухлую нежную губку, показывая, что поцелуй может быть и другим. Он чувствовал, что такая нежность ей точно понравится. Через несколько секунд Катарина и сама ответила ему такими же легкими поцелуями, обхватив его торс руками.
Искушенный в любовных играх и повидавший в своей жизни множество женщин, Диего был сражен ее пылкостью и неопытностью. Ее сладость, невинность и желание угодить ему сильно взбудоражили его существо. В какой-то момент он понял, что надо немедленно остановиться, пока не случилось того, о чем бы он впоследствии пожалел.
Резко разжав объятия, он отстранился от девушки и упал на спину, прикрыв глаза, и приказал ей:
– Довольно этих нежностей, Катарина. Я устал и хочу спать. Ступай на свою кровать.
– Но я только хотела… – начала она.
– Возможно, в другой раз. Пойди от меня! – уже зло добавил он, чувствуя, что еще немного, и его желание будет не остановить.
Глава III. Соблазн
К полудню следующего дня Диего был крайне зол.
Похоже, эта девица, заметив его влечение к ней, вознамерилась соблазнить его во что бы то ни стало. Она подолгу призывно смотрела ему в глаза, томно вздыхала, сама прижималась к его груди, сидя впереди в седле. В общем, использовала на полную мощь свое женское кокетство. Она даже стала улыбаться ему так соблазняюще и открыто, что Диего окончательно оторопел.
Да, он и вчера отмечал прелесть ее юного тела и яркую красоту лица, но сегодня с ней было невозможно находиться рядом. Она умело возбуждала в нем темные алчные желания. Он чувствовал, что скажи он Катарине призывное слово, как она сама бросится к нему на шею, желая продолжения.
Однако Диего помнил о своей миссии. И знал, что, несмотря на все ее призывные речи, жесты, он будет делать все по-своему. Оттого теперь злился, ибо устоять перед чувственным призывом, исходящим от Катарины, было совсем не просто.
Она точно была ведьмой, думал он, когда они скакали по неширокой дороге, ведущей через поля. Раз она так умело соблазняла, он от ее близости постоянно пребывал в возбужденном лихорадочном состоянии. Естественно, он не показывал Катарине этого и не поощрял, когда она якобы нечаянно сама прижималась к нему, заявляя, что так ей удобнее ехать. Это бесило Диего неимоверно. Разумно и хладнокровно думать о деле, когда эта девица так себя ведет, было почти невозможно.
Он всегда все решал с холодной головой и спокойным сердцем. Это касалось и интимных интрижек с женщинами. Но сейчас ему казалось, что эта девица вертит, как хочет, его желанием. И это ему было не по душе.
Дабы немного оградить себя от ее чар, де Лотарго посадил девушку на лошадь позади себя. Привязал ее веревкой к своему поясу, чтобы она ненароком не свалилась от быстрой скачки. Так было гораздо спокойнее двигаться в сторону Картахены. Эта соблазнительница находилась сзади в седле и ее прелести не возбуждали его взора.
Вечером они остановились за хорошую плату в доме у одного из местных торговцев. Благо в спальне, которую Диего занимал вместе с Катариной, была отдельная комнатка для прислуги. Именно в нее он и отправил девушку спать, чтобы она не маячила перед его носом и в то же время была под присмотром. В ту ночь он нормально выспался.
После полудня следующего дня инквизитор Арагонский и его свита остановились в одном крупном селении, чтобы дать отдых лошадям и поесть. Катарина намеренно уселась в таверне напротив Диего, всю трапезу не спускала с него горящего призывного взгляда и томно вздыхала. Она то и дело как бы невзначай проводила пальцами по вырезу платья, оправляя тесьму на выпуклой груди, пытаясь привлечь внимание де Лотарго. Поняв еще позавчера ночью, что Диего привлекает как женщина, Катарина все эти два дня лезла вон из кожи, пытаясь соблазнить де Лотарго. Это был единственный способ получить свободу, а возможно, даже саму жизнь.
Однако все это время с того поцелуя инквизитор вел себя сдержанно и никак не проявлял своего интереса или влечения к ней. Даже сейчас, сидя напротив, он молча поглощал баранину и, прищурившись, как-то хитро взирал на девушку. Катарина искренне не понимала, отчего он более не клюет на нее призывные действия, но все равно продолжала свою атаку на него.
За обедом Хуан и Андрес обсуждали, по какой дороге лучше направиться дальше до Картахены. По их словам, оставалось всего два дня пути. Девушка поняла, что надо действовать решительнее.
На ее удачу вечером они остановились на ночлег прямо у полноводной реки. До ближайшей деревеньки ехать было далековато, а лошади уже устали. День стоял жаркий, оттого прохлада ночи не пугала путников.
Расположившись на большой поляне у костра, мужчины наловили на мелководье рыбин на ужин и решили запечь их на огне. Уже почти стемнело, когда Диего заявил, что хочет охладиться после жаркого дня, и направился к реке. Катарина тут же встрепенулась и громко спросила его:
– Могу я пойти с вами, мессир? Я бы тоже ополоснула ноги.
Окинув подозрительным взглядом девушку, Диего молча кивнул, и Хуан развязал веревку на ее талии. Инквизитор направился вальяжным шагом к реке, а Катарина, оставив свой плащ у костра, поспешила за ним. Когда они достигли берега, она быстро скинула легкие кожаные туфли и неглубоко вошла в воду, как будто споласкивая ноги. Бросая призывные долгие взоры на инквизитора, она надеялась, что после всех ее действий де Лотарго сам подойдет к ней и предложит то, что ей надобно.
Но этого не происходило. Диего начал медленно раздеваться, складывая одежду на большой камень у воды. Время шло, а он как будто не обращал на нее внимания. Катарина начала нервничать. Неужели он был слишком строгим инквизитором и не хотел воспользоваться ситуацией, когда красивая девица оказалась в его власти?
– Думаю, тебе следует отвернуться, Катарина, – заявил властно Диего, когда на нем остались лишь короткие подштанники и рубаха.
Она быстро отвернулась, кусая губы и лихорадочно соображая, что ей делать. Второй такой возможности у нее могло не быть, понимала она.
Услышав всплеск, Катарина стремительно обернулась и увидела, как де Лотарго мощно поплыл вдоль берега, наслаждаясь прохладой воды. Она прошлась взглядом по его мускулистым рукам и широким плечам, выступающим над водой, и в ее голове созрел безумный план.
Она колебалась недолго. Когда решимость в ее существе достигла наивысшей точки, Катарина быстро обернулась, отмечая отсвет костра и едва различимые фигуры двух мужчин. Она понимала, что, возможно, Хуан и Андрес увидят ее позор, но была готова к этому.
Выйдя из воды, девушка и остановилась на берегу. Она начала стремительно развязывать шнуровку на груди платья.
– Мессир! – окликнула она Диего, который в эту минуту уже плыл обратно к берегу из глубины.
Быстро скинув платье на песок, Катарина осталась в одной рубашке, доходившей до колена. Де Лотарго остановился, встав в воде вертикально, и вода была ему по пояс. Он смотрел на нее, и девушка, дернув широкую горловину, уронила последнюю вещь к своим ногам, оставшись обнаженной.
Когда она сбросила с себя последние покровы и осталась совершенно голой, Диего с шумом втянул в себя воздух. Ее белое тело с округлыми бедрами, высокими небольшими грудями и узкой талией было изящным и совершенным творением. Длинные красивые ноги, тонкая шея, черные блестящие волосы, все вызвало в его существе трепет.