Страница 25 из 78
- Я тоже об этом думала, но тут получается тришкин кафтан. У бриттов сильный флот, но катастрофически не хватает пехоты. Если они пошлют добавочную дивизию в Норвегию, то её придётся снимать с фронта во Франции. А для нас то на то и выходит: немцам будет тяжелее в Норвегии, но легче во Франции.
- А если взглянуть на это с другой стороны: в Бельгии, Голландии и Франции война идёт в основном сухопутная. Вермахт там по любому победит, а вот в Норвегии англичане, имея подавляющее преимущество на море и получив дополнительную пехоту, смогут удержать Тронхейм и Нарвик, а это контроль над северной и центральной Норвегией. Гитлер с этим никогда не смирится и там откроется настоящий фронт на суше и на море, так как для него в этом случае могут возникнуть проблемы с поставками шведской руды.
- Логично,- кивает Оля,- тогда будет лучше, если мы французам сольём информацию о немецких планах во Франции, а англичанам- в Норвегии. И тоже в виде донесения агента из немецкого генштаба, мол, Гитлер принял решение оккупировать Норвегию, но окончательная дата ещё не назначена. Но самое позднее 15 апреля, так как потом ночи будут слишком короткими, а скорее всего до 7 апреля из-за начала новолуния.
'Хм, Черчилля цитирует, голова'.
- Решено,- трясу кистями, занывшими от длительного 'разговора' знаками.
- Я в 'бункер',- в голос отвечает супруга.
Глава 5.
Москва, Большой Ржевский переулок д.11
5-й дом Реввоенсовета.
28 февраля 1940 года, 19:00.
- Женя, что с тобой? На тебе лица нет,- Марианна Толстая с порога, стряхнув шубу с плеч на пол, бросается к мужу.
- Всё хорошо, Маня,- бодрится Шиловский.
- Я же вижу.
- Просто устал немного, шесть часов длилась проверка.
- Тебя допрашивали в НКВД?- глаза жены расширились от страха.
- Нет-нет, сегодня старших офицеров Генерального Штаба возили в ВИЭМ на кафедру к профессору Лурии.
- Вас проверяли на этом его ужасном приборе, полиграфе?
- А ты, Маня, откуда о нём знаешь? Хотя понятно, об этом даже в газетах, говорят, писали. Да, и на нём тоже.
- А это не больно?- Толстая пытается хоть что-то разглядеть в непроницаемых глазах мужа,- электричество всё-таки...
- Не больно, совсем ничего не почувствовал,- рассмеялся он,- надеваешь на руку перчатку, от которой идёт множество проводов в прибор и ничего не происходит. Полиграф, кстати, был наиболее приятной частью проверки. Отвечай себе на вопросы типа: вас зовут Евгений Александрович Шиловский? Вы знакомы с Эрнстом Кёстрингом?...
- Кто это?- пугается Марианна
- Немецкий военный атташе в Москве. Это было легко. Потом вопросы стали потруднее: когда в последний раз вы бывали в Новодевичьем монастыре? Вам нравятся стихи поэта Садовского? Ну и тому подобные... А лаборант при этом смотрит не на тебя, а на табло своего прибора и что-то записывает в клетки огромной таблицы. Потом перчатки сняли и пошли вопросы на сообразительность, например, даётся несколько картонных фигур и надо выяснить которая из них лишняя или показывают на секунду пять предметов, а потом просят в самом конце экзамена их перечислить...
- Ненавижу такие вопросы,- сжимает кулачки Марианна.
- ... С этим я тоже более или менее справился, но самое трудное задание было для меня такое: дают несколько страниц машинописного текста и ставят задачу по головному телефону, мол, читай текст вслух и при этом подчёркивай каждую встреченную букву 'А', а также зачёркивай каждую букву 'Е'. Через минуту новый приказ- 'А'- зачёркивай, 'Т'- подчёркивай. И приказы эти идут всё быстрее и быстрее...
- Зачем же так людей мучить?- всхлипывает Толстая.
- Полагаю, хотят понять хороша ли у тебя память, способен ли ты не терять голову в трудной обстановке, ещё что-то есть, наверное, чего я не понял. Видимо чистку в Генштабе хотят устроить основательную после известных событий.
- Шапошникова тоже проверяли, Женя?
- Нет, Бориса Михайловича не проверяли,- вздыхает Шиловский,- поговаривают, что уходит он из Генштаба.
* * *
- Мне всё же, господин Чаганов, непонятно,- мой собеседник, пожилой поджарый джентльмен с редкими рыжеватыми волосами, насмешливо улыбнулся, обнажив жёлтые крупные зубы,- на какой основе мы будем строить наши торговые отношения? В особенности после того, что ваша страна натворила в Финляндии. Не думаю, что в Северной Европе остались деловые люди, готовые пойти на сотрудничество с Советской Россией. Зачем это нам?
'Так что же ты здесь делаешь, зачем пришёл на встречу со мной'?- мелькает мысль, когда переводчик заканчивает фразу.
- Я понимаю ваш озабоченности, господин Валленберг,- опережаю Коллонтай, готовую начать полемику,- но, поверьте, они беспочвенны. Все капиталовложения, сделанные в Финляндию, вне зависимости от национальной принадлежности инвестора будут гарантированы новым правительством. Советский союз не собирается лишать Финляндию независимости, но и не собирается терпеть у власти в ней людей, связанных с прежним агрессивным режимом. Мы видим Финляндию нейтральной демократической страной, с территории которой никогда не будет исходить военная угроза для СССР.
- Ваша армия останется в Финляндии, господин Чаганов?
- Красная Армия постепенно будет выводиться из Финляндии по мере стабилизации обстановки и в конечном итоге там останется ограниченный контингент на территории нескольких арендованных военных баз, в основном на островах Финского залива и в Заполярье. Вы, господин Валленберг, спросили у меня зачем Швеции торговать с Советским Союзом? Вы видимо считаете, что эта торговля более выгодна для нас, чем для вас, хотя именно Швеция, а не СССР имеет экономику, ориентированную на экспорт. Я вам скажу парадоксальную вещь, наша страна хочет наладить с вами торговые отношения, чтобы Швеция продолжала оставаться нейтральным государством.
- Поясните пожалуйста вашу мысль, господин Чаганов.
- Хорошо, предлагаю вам рассмотреть один из возможных вариантов развития ситуации в Европе. Допустим, что в скором времени германская армия захватит Данию и начнёт войну с Англией в Норвегии. Таким образом, Германия сможет этими двумя ударами поставить под контроль основные морские торговые пути Швеции на севере и юге. Гитлер сможет диктовать вам свою волю, что кому продавать, по какой цене и в каких количествах. В любом случае вы лишитесь доходов от торговли с западными странами, а это как-никак 40 процентов вашего экспорта и 60- импорта. Ваша страна станет сателлитом Германии, а не нейтральным государством. Возможность же торговать ещё и с нами позволит вам стоять на двух ногах, а не на одной и не подчиняться диктату Гитлера. Так давайте не дожидаться неизбежного, а уже сейчас начинать работу над торговым соглашением. В нашей стране вы найдёте то, чего вам не хватает и в чём вам не поможет Германия: нефть, пшеница, удобрения. Наш рынок сможет легко поглотить всю продукцию вашего машиностроения, любые объёмы железной руды. Мы сможем через свою территорию обеспечить транзит ваших товаров в Европу и Америку...
- Заманчивое предложение,- мой собеседник стряхивает пепел сигары в хрустальную пепельницу,- но пока я вижу два препятствия на пути реализации этого плана. Во-первых, наше общественное мнение сейчас резко настроено против русских и во-вторых, мало кто из банкиров захочет выдать вам торговый кредит, по крайней мере на тех условиях, что вы получили от Германии.
- Общественное мнение- это, конечно, серьёзно, господин Валленберг. Однако если социал-демократическое правительство, которое имеет большое влияние на профсоюзы, проявит политическую волю и с вашей помощью правильно сориентирует редакторов крупнейших газет, то всё может быстро поменяться. Я слышал, что профсоюзы сейчас рассматривают вопрос об отмене своего же постановления о бойкоте немецких товаров, несмотря на категорическое неприятие германского национал-социализма. Мне кажется, что шведское общество в достаточной степени прагматично, чтобы сделать нужный нам с вами выбор...