Страница 48 из 62
Про обстоятельства её смерти я благоразумно промолчала.
— Вот как. Странно мне казалось, что она переживет всех нас. Впрочем, мы скоро с ней встретимся, — прошептала она и вновь закашляла.
Я заволновалась, вдруг смерть решит забрать мою собеседницу раньше, чем она расскажет мне о Маргарет. Судя по всему, её здесь уже ничего не держало, а болезнь медленно подтачивала и без того хрупкую связь между телом и душой.
— Так что с шантажом?
— Письма изменились. Выродку угрожали. Он приходил к ней просил подчиниться, но… За что она любила его? Он бессовестно пользовался этим, а еще чувством вины, терзавшим сердце матери.
— Вы знаете его имя?
— Нет. Он всегда приходил к ней неожиданно и без свидетелей. Думаю, ему нравилось мучить её, и не ошибусь, если скажу, что он был как-то замешен в шантаже. Я никогда не осуждала Маргарет, она его мать и потому любила своё дитя, но…
— Как он выглядит? — простонала я, понимая, что разгадка в очередной раз ускользала от меня. Его имя могло помочь найти и чужака, и раскрыть карты этого мерзавца.
— Всего однажды я видела его, но тогда он был совсем мальчишкой, рыжим и наглым мальчишкой.
Мы замолчали. Я шагнула назад, отпустив прутья решетки, и вытерла вспотевшие руки об юбку. Мне стало невыносимо душно. Страх приливной волной накатил на сознание. Вдруг это очередной выверт чужака, и мое попадание в тюрьму часть плана, и сейчас рядом со мной не смертница, а талантливая актриса.
— Почему ты молчишь, девочка?
— Для замкнутого человека Маргарет оказалась на редкость болтлива, — холодно произнесла я. — Быть может, вам заплатили за этот спектакль?
Женщина глухо рассмеялась, и кашель вернулся. Даже при таком освещении я видела на её губах кровь. Чахотка? Болезнь бедных. В Тетисе из-за соприкосновения с Землёй оказалось много разных недугов. Сильный целитель спокойно уничтожит очаг в лёгких, если те не полностью заражены, а вот обычный доктор подобного не сможет.
— Считай это исповедью. А верить или нет, решишь сама, — заметила она и демонстративно отвернулась.
Эта беседа выбила из колеи. Только у меня появилась возможность ускользнуть от смерти, как в один миг всё изменилось. Убийство Маргарет до этого момента уже не беспокоило, ведь я собиралась, так или иначе сбежать. И вот опять в мою жизнь вмешались высшие силы. Кто же вы мистер Райн? Конечно, у вас чужое имя, а историю рождения вы попытались скрыть, но я почти уверена, что вы замешаны в смерти матери. А что если вы сами убили мать? Если верить словам этой женщины, то вы были ещё тем мерзавцем, а значит вполне могли отправить её за грань.
Опять одни вопросы! Что же это такое происходит? Сколько можно? Почему Блэкхард еще не заявился сюда, или же он бережёт свою репутацию? Меня выкинули, как ненужную вещь?
Неожиданно гомон, который шёл от общих камер утих, и я услышала тяжелые шаги и перезвон. О, я уже успела познакомиться с этой милейшей женщиной, которую все называли ключницей. В некотором роде она заведовала крылом для дам и являлась здесь царицей. Именно она впихнула меня в мой новый обитель с такой силой, что я рассадила ладони в кровь об каменный пол, ее комплекция позволяла сделать и не такое. Даже простое коричневое платье не могло скрыть то количество жира, которое держалось на костях мисс Лендер.
— Верлен, приготовься! — зычный бас ключницы, разнёсся по коридору. Но её предупреждение не помогло, всё-таки эта женщина внушала не только отвращение, но и страх. Люди такого сорта всегда получали удовольствие от чужого унижения, а здесь Лендер была госпожой. При её приближении я невольно отступила назад, чем вызвали довольную ухмылку на полных губах.
— Не дури! — предупредила она, громко звеня ключа и открывая замок. — А то мигом позову констебля Форена.
Тоже весьма занятная личность. Из рассказов здешних обитательниц поняла, что он промышлял мелким шантажом родственников тех, кто оказался в его владениях. Например, мог угрожать не принести еды, или запереть в каменный мешок. Существовало тысячи способов выманить деньги у любящей жены или детей, и он совершенствовал своё искусство изо дня в день.
— Вперёд, — приказала толстуха, а для верности еще пихнула в спину. — Шагай.
— Допрос? — скупо поинтересовалась я.
— Посетитель, Верлен.
Окрылённая надеждой на приход Блэкхарда я ускорила шаг, за что получила гаденький смешок в спину.
— Ишь, как заторопилась.
Но мне было плевать на её слова и шутки других женщин. Какого же было моё разочарование, когда я увидела визитёра.
Глава 22
Преподобный Бейли в нетерпении постукивал пальцами по слову божьему, которое положил на стол, не замечая своего неуважительного отношения к святому писанию. Судя по тому, как он легко чувствовал себя здесь, то ему не раз приходилось бывать в тюрьмах. Возможно, Александр успел отпустить грехи ни одной сотне убийц, которые закончили свой путь либо на виселице, либо на плахе. Опять же недавно он сам гостил в Управлении Правопорядка за драку, но думаю, что его держали наверху, дав время остудить голову в более комфортных условиях.
— Аннета, — радостно выдохнул он, и тут же вскочил, опрокинув табурет.
Я только через силу улыбнулась, но вышло видимо как-то не так, потому что преподобный нахмурился.
— Аннета, у вас все в порядке? — с беспокойством спросил он. Не знаю, что на меня подействовало больше сам вопрос или тон, которым его задали. Мне почему-то показалось, что преподобный единственный человек в мире, понимающий меня. Переживания до этого момента задвинутые куда-то в глубину души вырвались на свободу.
Уже в следующий момент я оказалась в объятиях Александра, заливая слезами чёрный сюртук, а Бейли, как ребёнка баюкал меня, приговаривая, что всё будет хорошо. Глупое сердце слушало его голос, слова и верило, а разум, уступивший в этой борьбе, молчал. Наверное, мы бы так и стояли, если бы ключница громко не высморкалась, сбрасывая наваждение. Тут же тёплые, сильные руки Александра разжались, и он шагнул назад. На щеках мужчины выступил предательский румянец. Реакция мужчины на произошедшее вызвала невольную улыбку. Быть может один из обетов у Бейли целибат?
— Аннета, прошу вас, — он указал на ближайший табурет. За эти мгновения я успела вернуть себе присутствие духа и потому села на него с достоинством королевы. Александр тяжело вздохнул, видя, что мисс Верлен вновь надела доспех.
— Выйдите! — повелительно произнес он, обращаясь к моей надсмотрщице. Та лишь фыркнула и сказала:
— Не положено.
— Выйдите! — в голосе Александра зазвучала сталь, и я невольно подняла на него глаза. Этот образ мне ещё не доводилось лицезреть. Если раньше это был благочестивый преподобный, радеющий за судьбу паствы, или же юнец, только что вошедший во взрослый мир, то теперь передо мной стоял мужчина, знающий свою силу. Чем-то неуловимо он напомнил мне Блэкхарда. Наверное, непоколебимой уверенностью в том, что ему должны подчиняться. Интересно в Блэкстоуне хоть кто-нибудь не носит масок?
— Не положено, — повторила ключница.
— Что именно вам не положено? — в голосе Бейли прозвучали нотки досады. — Ну?
— Неприлично оставлять женщину наедине с мужчиной, — нравоучительно произнесла мисс Лендер. Толстуха издевалась над святым отцом, и кажется Александр это только что осознал. В его глазах загорелся огонёк ярости, и он безуспешно попытался его спрятать, чуть опустив веки и благочестиво улыбнувшись.
— Вы что же говорите мне, что я лишу чести мисс Верлен? — вкрадчиво спросил он.
— О! — махнула она толстой лапищей. — С этим вы опоздали!
Кого именно она имела в виду мы поняли, но если я мысленно засмеялась, то Александр… С Бейли сегодня творились странные вещи, будто ко мне на свидание пришёл совершенно чужой человек. Вот и сейчас произошло то, что я никак не могла объяснить. Вокруг святого отца взметнулся поток, либо он был одарённым и тщательно скрывал это, либо у него есть какой-то артефакт, настроенный на душевное состояние владельца. И в этот раз показалось, что наносное с него слетело, и я увидела истинное лицо Александра. В голове тут же родились новые вопросы.