Страница 8 из 13
Конечно, надо было подумать об этом до того, как я принялась себя трогать перед ним, но все его действия так сбивали меня с мыслей, что я не успевала заранее к ним подготовиться.
А теперь я чувствую себя законченной трусихой.
– Проси, – в третий раз повторил он, но уже мягко. – Ничего не бойся, Агния. Я не причиню тебе зла. Я не стану пользоваться нашей связью при людях, и все, абсолютно все, мы будем согласовывать вместе. Сейчас тебе нужно лишь попросить.
Его слова заметно успокоили меня, и я смелее взглянула на мужчину.
– Мы оба нуждаемся друг в друге, – убеждал меня Рейнер. – Я нуждаюсь в тебе так же, как и ты во мне. Выбор только за тобой.
Желание наконец пересилило, и я решила броситься в омут с головой. Все равно я уже почти свыклась с мыслью, что мне придется покинуть эту компанию. Почему же не попробовать если все так сложилось?
– Прошу Вас, сэр… – неуверенно начала я, сложив руки в молитвенном жесте. – Позвольте мне служить Вам. Позвольте стать для Вас самой послушной, самой расторопной и самой исполнительной…
Я запнулась, забыв кем мне нужно стать.
Сабой? Нижней? Рабыней? Игрушкой? Личной шлюшкой?
– Прислужницей, – подсказал он и сам схватил мою вершинку.
– Прислужницей, – повторила я, и Рейнер скрутил мне вершинку.
Приятная боль пронзила мне грудь, и я искренне застонала. Между бедер я вновь наполнилась влагой, и сдержаться было уже невыносимо.
– Позвольте исполнять все Ваши желания, – продолжала я, – и позвольте получить мое первое наказание.
На последнем слове Рейнер так сильно скрутил мне вершинку, что я крикнула изо всех сил, но мужчина вовремя закрыл мне рот рукой.
Жар мужской ладони поглотил мой крик. Тогда Рейнер скрутил вершинку в другую сторону, вызвав в моем теле дрожь.
На этот раз я выгнулась и запрокинула голову. Руками я машинально взялась за его руку, чтобы смягчить его движения.
Как же это горячо! С ума сойти! А ведь это только начало.
– Руки за спину, – приказал он. – Сцепи их в замок. Хоть раз разомкнешь их – и твоя разрядка оттянется на десять минут. Разомкнешь ещё раз – на двадцать. Если все поняла, отвечай: да, сэр.
– Да, сэр, – как можно внятнее произнесла я ему в ладонь и снова вскрикнула.
Рейнер потянул вершинку на себя и опять скрутил.
– Сэр, – всхлипнула я ему в ладонь, честно сдерживая руки в замке, – пожалуйста… больше не могу…
– Кончаешь только с моего разрешения, – напомнил он. – Встань и подойди к моему столу. Ляг грудью вниз и изъяви желание познать своего Господина. И никакой пошлости, Агния!
Я послушно кивнула, еле соображая. Затем поспешно поднялась и на трясущихся ногах подошла к столу. Легла грудью, повыше задрала юбку и попросила:
– Пожалуйста. Я хочу познать моего Господина!
Рейнер тут же возник сзади меня, торопливо снял с себя брюки и упёрся каменной плотью мне между ягодиц.
– Ты заставила меня ждать четыре дня, – упрекнул он, наматывая мои волосы на кулак. – но все же я буду с тобой очень мягок для начала.
Пробравшись пальцами мне между складочек, он тщательно растер влагу, раскрыл меня для себя и медленно ввел свою плоть, помогая себе рукой.
Я блаженно закрыла глаза.
Вот это мужчина! Какой он широкий и сильный.
Рейнер притянул меня к себе за волосы и снова закрыл мне рот, а затем стал двигаться во мне. Плавно, но требовательно, он вбивал меня в столешницу, не давая моим крикам выйти наружу.
Его рука вернулась к моим вершинкам, но теперь он их не скручивал, а приятно перекатывал и вытягивал вперёд.
От удовольствия я заскребла ноготками по столу, а когда обнаружила там листы бумаги, то сжала их в ладошках.
Рейнер наклонил меня вперёд и стал входить в меня все глубже, заполняя собой до отказа. Его горячее дыхание волнами обжигало мне висок, а ладонь уже откровенно душила.
Но я почти не замечала дискомфорта. Эмоциональная эйфория уносила меня далеко за пределы моего тела.
– Сэр… можно? – вовремя вспомнила я, понимая, что больше не выдержу ни секунды.
– Кончай, – позволил он.
Ещё один глубокий толчок, сопровождаемый небольшой интимной болью, и Рейнер снова сжал мне вершинку. До боли. До накала всех нервов.
Я жалобно и протяжно застонала, а разрядка заполнила каждую клеточку моего сознания.
Тогда Рейнер поднял мне одну ногу и уложил мое бедро и колено на стол, ещё больше раскрыв меня. Грубыми и резкими толчками он стал пользоваться мной, как ему хотелось, пока я была достаточно податливой и расслабленной.
Я заскулила, от нехватки воздуха, а слезы брызнули из моих глаз. Лихорадочно сжав его ладонь, я постаралась показать, что мне нечем дышать.
Но Рейнер лишь плотнее сжал меня и застыл.
– Терпи, – прошипел он, наслаждаясь своей разрядкой. – Ещё секунду.
Пульс бил у меня в висках, голову сдавило, но в следующую секунду Рейнер убрал ладонь и позволил мне отдышаться.
– Что ж, Агния, – довольно выдохнул он. – Теперь начнем твое полноценное воспитание…
Глава 12
– Тише, Агния, – довольно улыбаясь Рейнер стирал салфеткой следы слез на лице девушки. – Тебе же было хорошо?
Агния послушно закивала, как кукла, и Рейнер улыбнулся ещё шире. Но тут же вспомнил свои правила и строго спросил:
– Как нужно мне ответить?
– Да, сэр, – шмыгнула девушка, а ее грудь дернулась от резкого выдоха. – Мне было очень хорошо.
Рейнер погладил девушку по щеке.
Идеально.
Что может быть лучше вышколенной, но при этом совсем неопытной сабочки? Вот она: на все готовая, ещё не тронутая другими Доминантами и не испорченная их правилами.
Агния – мягкая как пластилин. Ей не нужно ничего объяснять, стоит только отдать приказ в нужной форме, и она уже с поволокой в глазах и торчащими вершинками исполняет его.
Страстная, смелая, ненасытная.
Рейнер был уверен, что Агния по натуре окажется ненасытной. В ней чувствовалась эта огненная душа, страсть, отдача делу с головой, и самое приятное, что Агния совсем не стеснялась. Были моменты робости, но это не та робость, которая превращает девушку в ханжу.
Агния робела от первого опыта, но точно не от своей наготы или тех вещей, что с ней делал Рейнер.
И почему он раньше ее не взял? Как мог столько терпеть?
Рейнер знал Агнию. И знал, что она интересуется миром БДСМ. Их первое заочное знакомство произошло, когда она заказала ему неправильные билеты.
Рейнер был снобом, и такое обращение он посчитал оскорбительным для себя. В тот день, когда он прилетел эконом-классом, после того суматошного полета с орущими детьми, храпящими пассажирами и борьбой за подлокотники – ведь ему досталось место посередине, Рейнер очень захотел придушить эту нерадивую сотрудницу, которая так с ним обошлась.
Он был настроен серьезно – потребовать от брата увольнения этой нерасторопной курицы.
Однако перед встречей с братом, он сначала поговорил с Рихардом, и друг заставил его изменить свое мнение.
Рихард показал ему Агнию в толпе руководителей, и Рейнер тут же оценил эту фарфоровую куколку. Худенькая со спортивными ножками и крепкими ягодицами, с молочной кожей, которая будто светилась изнутри, бездонными темными глазами и такими же темными локонами. Она стояла в провокационно обтягивающей юбке-карандаш, на экстремально дерзких и высоких шпильках и экстравагантной блузке с кружевами.
Ее попка в тесной юбке так и просила хорошей порки. Ее ножки обещали задушить в объятьях даже самое крупное мужское тело – ведь они были такие длинные и гибкие. Тонкая шея и худенькие запястья молили заковать их и больше никогда не отпускать.
– Красивая, – только и выдохнул Рейнер, очарованной эстетикой этой уверенной в себе особы, – жаль, что не в Теме.
– Не в Теме, – согласился его друг Рихард, – но, скажу по секрету, очень хочет попробовать.
– Ты серьезно? – Рейнер взглянул на Агнию с ещё большим интересом, уже прикидывая какую бы он потребовал с нее первую клятву.