Страница 13 из 27
Оставляю следы от пальцев на упругих округлостях и медленно с хлюпающим звуком оттягиваю, вытаскивая эрегированный ствол, чтоб следом резко с влажным шлепком насадить обратно и так раз за разом проскальзывая внутри.
– Говоришь трахари есть? – задыхаюсь, глядя на то, как по ее телу побежал табун мурашек. – Ты че мне заливаешь в уши? – луплю её по заднице и, спиной прижав к стене, нагибаюсь к призывно твердым торчащим соскам с темно-розовыми маленькими ореолами. – Я че, слепой по-твоему и не вижу, что у тебя секса давно не было?!
Ни ответа, ни стона, вновь ничего. Пустота. Она головой, будто не со мной. Тело в моём распоряжение, а до мозгов добраться не могу.
Будто, в доказательство моим мелькавшим мыслям, резко выгибается дугой и, глубже насадившись на напряженный член, жадно закатывает глаза. Ногтями цепляла за кожу на моих плечах и, бурно начала содрогаться в оргазме, наряду с тем, пока я, удерживая за обнаженные бедра девчонки, на скорости вбивался в мокрую промежность приближая себя к разрядке. Горячие стенки влагалища кольцом туго обхватывали твердый узловатый с воспаленными венами ствол и жаркой волной безостановочно сокращались на мне. Легкие горят и сердце пустилось вскачь, когда вынул орган, и рукой энергично задергал по всей длине взад-вперед, а налитой саднящей головкой настойчиво терся об пульсирующий клитор и проезжался по величине размера между скользкими половыми губами, извергаясь на голый лобок.
Спустя время успокоившись, неохотно поставил девчонку на ноги. Раскрытыми ладонями уперся по бокам от ее головы в кирпичную кладку и, склонившись, открыто заглянул в ярко-изумрудные с лихорадочным влажным блеском безучастные глаза. Обводил рассеянным взглядом лицо, восстанавливал учащенное хриплое дыхание, размышляя о том, что придется эту стерву ломать, пока сама не сдастся.
Глава 11
С усилием воли мне пришлось отступить от стены и сделать шаг в сторону, когда девчонка не глядя, оттолкнула от себя внешней стороной ладони желая подставить лицо под струи воды. Замер на месте, не двигался, оставаясь стоять за её спиной. Стеклянным взглядом с каким-то больным нездоровым удовлетворением исследовал и обволакивал голое желанное тело. С помрачением окидывал в крошечных стрингах мягкие изгибы бедер, нереально тонкую талию, плоский живот и сексуально выпирающие ребра. Ослепляли и туманили разум плавные движения фурии. Стоило, ей низко нагнуться, виляя передо мной раскрытыми сверкающими голыми ягодицами, и медленно спустить вниз по длинным ногам лоскут нижнего белья, как в ту же секунду пробудила во мне извращенный инстинкт обладать ей, маниакально присвоить себе и напрочь потерять способность твердо соображать.
Шумно выпустил горячий воздух из легких и, оказавшись со спины к ней вплотную, прижал набухшую головку члена к теплой дырке. Пальцами касался шеи, груди, в круговую поглаживал острые прохладные соски и, несильно толкался восставшим пульсирующим стволом внутрь.
Молча отстраняется вперед, разрывая наш контакт и, принимается отбиваться левой рукой, когда тотчас упрямо схватил за запястье её правой и грубо дернул на себя. Пулей врезалась спиной мне в грудь, мгновенно теряя контроль над собственным частым неровным дыханием.
– Дай передохнуть! – на удивление сдержанно просит, но следующие слова девчонки мгновенно смазывают впечатление от её дружественного тона, вызывая во мне одно раздражение. – Ты недавно откинулся что ли?
Убираю руку с её налитой груди и, пальцами властно коснувшись заостренного женского подбородка, запрокидываю голову распущенной девицы назад, чтоб беспрепятственно уставится в колючие глаза тёлки.
– Скажи мне, откуда в тебе берется это дерьмо? – сверлю ее пытливым взглядом и, вскоре в ответ получаю презрительную ухмылку.
Девчонка темечком упиралась мне в грудь и, сощурено из-за потока льющейся из лейки на нас прохладной воды, бесстрастно вглядывалась в меня.
– А что, я такого спросила? – равнодушно хмыкает.
Спешно провожу пальцами по линиям пухлых губ и, нырнув в чувственный приоткрытый рот, указательным с силой надавливаю на её грязный язык.
– Ну да… Извини. Я совсем забыл, что разговариваю с сукой! – за руку ее и откидываю от себя на выход из душевой.
– Да и ты ничем не лучше, животное! – с пренебрежением в металлическом тоне прилетает в обратку.
Повесив вниз голову, сплевываю проточную воду и, неохотно развернувшись к ней, вскидываю исподлобья пронизывающий тяжелый взгляд.
– Мы это уже проходили, – глядя в выразительные зеленые глаза. – Ты меня чмыришь, я тебя в ответ чпокаю. Такой расклад вполне меня устраивает. Ты мне мат, я тебе член в рот, – растягиваю притворную полуулыбку и, отплевываясь в сторону, демонстративно выставляю большой палец вверх.
– Свинья… – с продирающей улыбкой язвительно фыркнула и воодушевленная тем, что последнее слово осталось за ней, скрылась за матовой стеклянной перегородкой.
Парадокс заключался вот в чем. Как бы, эта стерва не пускала пыль в глаза и не доказывала, что презирает меня, но, как только стоило оказаться ей в комнате, она не отрывая оценивающий пристальный взор от силуэта за стеклом, следила за каждым моим движением. Лежа на диване с початой бутылкой бухла в одной руке и, с закинутой второй за голову, задумчиво болтала носком ноги. Цедила маленькими глотками красное вино и, не скрывая своего интереса, задерживала внимание на мокром смуглом теле.
Вскоре, довольно быстро очутившись возле этой заразы, резко навис над ней и, грубо дернул на себя за тонкую лодыжку.
– Я же говорю… живооотноее… – цыкнув, скривилась вероятнее от легкой боли, которую причинил.
Пальцами обручем сжал запястье, парализуя и, недовольно вырвал из рук бутылку Тигнанелло (прим. автора: ti amo Italia) элитного пойла, которое она прибухивала.
– Дак, ты, поэтому не сводишь с меня глаз? – отставил спиртное на пол.
– Окстись товарищ! Слишком больно будет приземляться на землю.
– Ниче… я привыкший. Перетерплю.
На этих словах она стрекозой слетает с дивана, защищаясь от моих наглых рук, на куражах вцепившись с новой силой за её талию, чтоб перед собой нагнуть стерву раком. Психованная в запале борется со мной не на шутку, еще больше раззадоривая меня.
– Мудак! – задыхается она, приходя в ярость. – Как же ты меня бесишь! – режет слух или ездит мне по ушам, в схватке я не сильно задумывался.
– И это я тоже слышал! – развязно съязвил.
В боевом приеме нырком резко обхватываю тонкую талию, заключая за спиной свои руки в замок, а эта дрянь дрожит и, обессиленная на последнем издыхании выворачивается змеей, ебанув меня по горбу.
– Была бы бутылка, и ей бы уебала сучара!
– Я нисколько не удивлен, – падаю ничком на кожаный диван, удерживая в руках на себе нежное тело.
Прохладная вода каплями медленно стекала с мокрых волос девчонки на лицо и плечи. Оба одновременно застыли. Смотрим друг другу в глаза и молчим. Играть в молчанку у нас получалось лучше всего. Спустившись взглядом на раскрытые губы и голую призывно торчащую грудь, провел руками по впалому животу, заползая большими пальцами под колыхающиеся от моих поползновений сиськи. Она двинулась первая. Раскрытыми бедрами проехалась пару раз влажной промежностью по члену взад-вперед. Соблазняюще ерзала по возбужденной твердой плоти, разогревая нас двоих. Привстала и, грациозно выгибаясь кошкой в спине, устремилась вверх по рельефному торсу напрямик к моей голове. Неожиданно для нее выбросил руку и сурово сдавил горло, на полпути остановив её. Жёстко скинул с себя, без труда догадавшись о желаниях девицы, шедшей по тонкому льду. Мой увесистый удар по ягодице и хриплое разъяренное шипение психованной.
– Не заслужила ты, – прозвучал мой холодный ровный голос.
– Будто ты что-то заслуживаешь… – с заминкой отозвалась.
А сучку-то еще больше распалила моя выходка!
– Я – да… – цепанул её сзади за шею и намертво скрутив, поставил перед собой на четвереньки. – Я – твой яд… – со спины медленно шепчу ей в ухо. В захвате настойчиво удерживал и, шумно облизывая языком маленькую ушную раковину, вдавливал её голову в коричневый диван. – Чувствуешь, как я отравой растекаюсь по твоим венам?