Страница 18 из 82
— Это мои условия, — подчеркнула Лори. — Могу я получить более конкретный ответ, чем «наверное»?
— Хорошо, как скажете, — сдалась Арья.
— Есть еще одно ограничение, о котором вы должны знать, — добавила Лори. — По закону об ответственности и переносе данных о страховании здоровья граждан, запрещается разглашать данные о беременности пациентки в течение пятидесяти лет после ее смерти. Это конфиденциальная информация. Я хочу быть уверена, что вы это понимаете. Мы не скажем о беременности даже родственникам жертвы, хотя об этом будет написано в нашем заключении, которые они смогут запросить.
— Да-да, я знаю, — заверила Арья.
— Ну и хорошо, — ответила Лори. — Давайте быстренько разберемся с шеей и мозгом, чтобы закончить.
Дальше они действительно работали быстро и не нашли никаких сюрпризов. Ни отека, ни набухания мозга не обнаружилось. Лори по-прежнему восхищалась навыками Арьи, хотя сама стажерка была тем еще подарочком.
Ближе к финалу аутопсии Лори заметила, что Арья вроде бы торопится — верный способ напортачить. Избежать неприятностей вроде ненужных разрезов и проколов инструментами можно только в том случае, если проводить вскрытие вдумчиво и кропотливо. Лори обратила на это внимание стажерки, но та проигнорировала ее тревоги и заявила, что всегда осторожна.
После того как Арья промаркировала последнюю банку с образцом, Лори стянула перчатки со словами:
— Вы хорошо справились, доктор Николс. Это было отличное судебное вскрытие, и на меня произвела впечатление ваша техника. Теперь, прежде чем надиктуете отчет, помогите, пожалуйста, Марвину навести порядок и убрать тело в холодильник. А мне нужно подняться к себе в кабинет.
— Извините, у меня нет времени, — сказала Арья. Как и начальница, она стянула перчатки, но, в отличие от Лори, бросила их прямо на прикрытое тело.
— Что вы сказали? — переспросила Лори, хотя прекрасно все расслышала.
— Говорю, у меня нет времени, — повторила Арья, которая уже шла от стола к двери в коридор. А потом бросила через плечо: — К тому же это не моя работа И я хочу попробовать перехватить Дэвида Голдберга, пока он не ушел.
Ошеломленная Лори проследила, как за Арьей захлопнулась открывающаяся в обе стороны дверь, и покачала головой, не веря в подобное легкомыслие.
— Я сама помогу тебе, — сказала она, снова оборачиваясь к Марвину, который слышал их обмен репликами.
— Да не надо, доктор Монтгомери, — ответил тот. — Уверен, вам и так есть чем заняться. И Винни тут, вместе мы запросто перенесем тело на каталку.
— Ты уверен? — спросила Лори. Раньше у нее было правило помогать санитарам после вскрытий.
— Не вопрос, — заявил Марвин.
— Прошу прошения за поведение доктора Николс, — сказала Лори. — У нас в бюро не место дискриминации, хоть по половому признаку, хоть еще по какому, и я не буду такое терпеть.
— Думаю, тут дело в другом, — заметил Марвин, собирая банки с образцами, чтобы вынести их из зала для вскрытия. — Впрочем, я ничуть не удивился. Слышал, у пары наших ребят уже были с ней стычки.
Лори хотела поскорее вернуться к себе в кабинет, и все же выделила время, чтобы подойти к столу Джека: нездоровое любопытство взяло верх. Тело девочки с извлеченными из него органами распростерлось на блестящей столешнице из нержавеющей стали. Джек благодаря своим блестящим навыкам тоже, по сути, уже заканчивал, хоть и начал куда позже Лори.
— Похоже, любимая стажерка Чета — что-то вроде самонаводящейся пушки, — сказал Джек.
— Это еще мягко сказано, — отозвалась Лори. — Пожалуй, не припомню стажеров неприятнее. Судя по всему, она не любит мужчин; во всяком случае, так она заявила Марвину. Но хватит пока о ней. Что ты выяснил об этом теле?
— Как раз то, чего я боялся, — вступил в разговор Лу. Он так и стоял возле стола Джека до самого горького финала. — Никакой это не несчастный случай, и бедная малышка не просто так оказалась в ванне с кипятком. Вранье это.
— Вот именно, — подтвердил Джек. — У нее ожоги третьей степени почти по всей поверхности тела за исключением лодыжек и ступней. Она не падала в ванну, скорее уж ее туда сунули головой вниз.
— Какой ужас, — вздрогнула Лори. Ей постоянно приходилось видеть, на какие зверства способны порой люди, и это было одним из тяжелых аспектов деятельности судебного медика.
— Я и не хотел, а заметил, как сбежала твоя помощница, — проговорил Джек. — Давай, просвети уже нас, что тут случилось.
— Позже поговорим, — сказала Лори. Вернулся с каталкой Винни, а ей не хотелось, чтобы ее мнение об Арье Николс стало всеобщим достоянием. — Сейчас мне нужно вернуться к себе в кабинет. Наверняка все уже обзвонились. Ты когда домой собираешься?
— Чем скорее, тем лучше, — ответил Джек. — Я весь в предвкушении: и Уоррен, и Флэш написали мне, что придут сегодня на баскетбольную площадку.
— Ну что за невезуха, — полушутя заявила Лори. Теперь, когда погода наладилась, Джек снова стал играть в баскетбол куда чаще и дольше, чем она предпочла бы, потому что тревожилась, как бы он не получил травму. В прошлом такое уже несколько раз случалось. — Я тоже постараюсь поскорее уйти с работы. Нам нужно о многом поговорить, поэтому, пожалуйста, не задерживайся на площадке. И не переломай руки-ноги.
— Слушаюсь, капитан, — отозвался муж и, дурачась, отдал честь.
Глава 8
8 мая, 17:35
Как Лори и предполагала, Шерил уже ушла домой, но перед этим оставила подробную записку обо всех звонках, которые поступили за время отсутствия начальницы. Усевшись за стол, Лори проглядела список. Два звонка касались утреннего заседания комитета здравоохранения, а еще с ней пыталась связаться та самая дама, член городского совета от Бронкса. Время уже подходило к шести, поэтому Лори решила, что до утра никому из них перезванивать не стоит.
А вот другие звонки, по ее мнению, ждать не могли, особенно сообщение от главной кадровички Твайлы Робинсон насчет нескольких сотрудников, которых та собиралась уволить. Лори давно распорядилась, чтобы главы всех отделов сообщали ей о грядущих увольнениях, прежде чем предпринимать какие-то действия в этом направлении. Выяснилось, что у Твайлы есть более чем веские основания избавиться конкретно от этих работников, и вообще она вела себя весьма сдержано. Лори безоговорочно одобрила ее решения.
Разобравшись с неотложными делами, Лори занялась поисками номера телефона доктора Карла Хендерсона. Записывая его, она думала, что тот вряд ли понадобится, но раз уж на вскрытии Керы Якобсен выяснилось нечто из ряда вон выходящее, Лори сочла, что правильно будет сдержать обещание и сообщить об этом Хендерсону. Еще она намеревалась расспросить его об Арье Николс, поскольку не понимала, как быть с упрямой стажеркой, пусть даже удалось пробудить в ней интерес к судебной медицине. Безрезультатно перерыв ящик рабочего стола, Лори обнаружила листочек с номером прямо сверху, на уголке блокнота для записей.
Слушая гудки, она воспроизводила в памяти облик доктора Хендерсона, каким он запомнился ей по нескольким совещаниям в Нью-Йоркском университете. Вскоре после того, как завершились тщательные поиски кандидата и Карла приняли на работу, декан медицинского факультета университета официально представил их друг другу. В сознании остался образ загорелого худощавого мужчины со светло-каштановыми волосами, беззастенчиво щеголеватого. Но даже такая заметная внешность блекла по сравнению с его общительностью, веселым нравом и остроумием. Коротко говоря, Карл произвел на нее впечатление.
— Хендерсон слушает, — раздался на том конце линии баритон, который Лори отлично помнила по предыдущему разговору. Легкий акцент, свойственный представителям высшего общества, наводил ее на мысли об отце, Шелдоне.
— Извините, что побеспокоила, — сказала она. Дело шло к шести, и Лори знала, что в это время многие уже отдыхают. Она вполне могла вообразить своего собеседника в одном из старых элегантных нью-йоркских клубов с коктейлем в руках.