Страница 10 из 13
Знал и промолчал?
Властный характер супруга и его решение не задавать вопросов по этому поводу приводят в замешательство. Я не могу понять и найти объяснения его молчанию.
Измена?
Почему он решил, что ребенок был не от него? Это настолько глупо и непонятно, что меня раздирает от несправедливости. Неужели Миша действительно считает, что я могла гулять за его спиной?
Без причины поставил на мне клеймо неверной женщины и обвинил.
Поднимаюсь из кресла и направляюсь на кухню, наливаю стакан холодной воды и залпом его осушаю, затем споласкиваю лицо и глубоко дышу.
Нужно успокоиться. Взять себя в руки.
Миша даже не представляет, что отцом этого малыша был он. А когда узнает? Супруг так сильно хотел детей, что не допускал мысли, что я могла избавиться от беременности без его согласия. Не сомневаюсь, что он был бы против аборта. Уверена, что захотел бы сохранить ребенка.
Теперь я и сама ощущаю вину за то, что сделала это необдуманно и без его совета. Но уже нет смысла мучить себя угрызениями совести. Время не вернуть, как и не родившегося малыша.
В момент, когда я принимала тяжелое решение, мне казалось, что карьера важнее. С материнством еще успеется, впереди годы. Сегодня я бы никогда не сделала такой выбор. Но жизнь учит нас, дарит опыт, и ошибки, совершенные в прошлом, заставляют многое осмыслить и сделать выводы.
Святых не существует. И, возможно, я не являюсь идеальной женой, но измена?
За что?
Обвинения и подозрения Миши кажутся такими бессмысленными и несправедливыми.
Разве я заслужила быть преданной?
Размышления прерывает пиликанье телефона:
– Кристюш, звоню тебе, чтобы пожелать успешного пути и шикарного отдыха, – весело щебечет Аня, не замечая моего настроения. – Передавай привет Эйфелевой башне, налегай на круассаны и не забудь прикупить какую-нибудь шикарную дизайнерскую вещицу, столько работаешь – обязательно себя побалуй. Миха пусть тоже старается ублажить свою красотку. Короче, жарких ночей и всего-всего… – заканчивает свою речь, которая напоминает больше тост на свадебном застолье.
– Ань, я не улетела, дома осталась, – отвечаю уставшим голосом.
– Почему? Что-то случилось? У Миши очередной аврал и он отложил поездку? – делает предположение.
– Нет.
– Крис, говори, – тяжело дышит.
– Он изменил мне, – чеканю слова, которые рвут душу на части.
Аня молчит. Мы обе не знаем, что сказать друг другу.
– С той коровой из клуба, да? – оживает.
– Видимо, да.
– Вот скотина! Как чувствовала, что нужно было подойти к нему, может, не осмелился бы шляться с потаскухой и лыбиться, как начищенный самовар. Урод!
– Не нужно его оскорблять, Ань. Это решение мужа. Значит, хотел это сделать, твоя активность вряд ли бы его остановила.
Гнев и обида подруги понятны, но я осознаю, что ее фееричные словечки и унижение Михаила не помогут решить сложившуюся ситуацию.
– Козел он, Кристин. Самый настоящий ко-зли-на, – выдает по слогам, игнорируя просьбу. – И что будешь делать? Он где? Надеюсь, уже вымаливает прощения, валяясь в ногах?
– Улетел в Париж.
– Я хренею-ю-ю-ю, – возмущение подруги возрастает. – Послушай, а чего тебе дома сидеть? Мы с Тамарой едем на вечеринку к Козловскому, дом отстроил себе ого-го какой, помнишь рассказывала. Раз уж не Париж, так хотя бы это. Давай с нами.
– Нет, мне сейчас не до развлечений. Сама понимаешь, – тяжело вздыхаю.
– Ну да, нужно ведь посидеть, погоревать, слезы в три ручья запустить. Давай, собирайся, съездим на пару часиков, а потом к тебе, будем решать, как жить дальше.
– Аня, – пытаюсь закончить разговор.
– Через час буду, ничего не знаю. Прорыдаться ты всегда успеешь. Пока, – слышу гудки на другом конце провода.
Да уж. И ведь не отвяжется.
Ехать совершенно не хочется, видеть общих знакомых и придумывать ответ на вопрос, где же Миша, тем более.
Наверное, после того как муж покинул дом, прямиком направился к Оксане и пригласил ее подменить жену в путешествии. А что? В постели она давно заняла мое место, почему бы и в отпуске не составить компанию? – накручиваю себя.
Не понимаю.
Категорически не укладывается в голове, почему Миша решился на измену.
Это месть? Желание ответить подлостью на то, чего я не совершала?
Что его не устраивало настолько, что решился пойти налево?
Как вообще посмел уложить Оксану в постель?
И встал же член, захотел.
В сексе у нас никогда не было проблем, Мише я позволяла всегда и все, исполняя даже самые извращенные желания. Более того, получала от этого удовольствие и сама.
Половая жизнь была регулярной, супруг достаточно темпераментный в интиме и ему нужно часто и много, тем не менее я никогда ему не отказывала, и он, как мне казалось, всегда был удовлетворен. Возбуждался, получал удовольствие, постоянно твердил, что я горячая и наша совместимость в сексе – это нечто.
Чувства?
Звучит самонадеянно, но я не верю, что он любит Оксану. Его отношение отчетливо показывает, что относится к девушке с неприкрытой грубостью, считает себя выше, лучше и достойнее большего. А она так… игрушка для члена.
Разнообразие? Рутина? Скука?
Или все же месть?
Желание ужалить, причинить боль и унизить меня?
Тогда о какой любви он говорит, если Мише ничего не стоит меня растоптать. Размазать, как букашку.
Бесконечные вопросы сводят с ума, но ответов у меня на них нет. Как и на то, рассказывать ли Михаилу правду о злосчастном аборте. Если семья рухнула, какой смысл бередить прошлое? Известие о том, что ребенок был от него, только разозлит мужа. Он еще больше возненавидит. Не спустит мне того, что такое решение приняла сама, не удосужившись посоветоваться. Устроит тяжелый развод с мытарствами и кучей проблем.
Миша лидер и привык, что все значимые вещи случаются с его позволения, одобрения и разрешения. Сможет ли он успокоиться, узнав правду?
Звонок в дверь отрезвляет.
Черт. Аня.
Она действительно приехала.
Нехотя открываю и вижу ее расфуфыренную в пух и прах.
– Собралась? – смотрит на меня изучающим взглядом. – Нет, Крис, так не пойдет. Джинсы? – морщит нос.
Около двадцати минут она бурчит мне что-то на ухо, попутно штудируя мой шкаф на предмет подходящей шмотки для выхода, и через еще полчаса мы выезжаем.
– Тамарка уже ждет. Выше нос, как там Скарлетт говорила? Об этом подумаешь завтра, – пытается меня приободрить.
– Да уж. Завтра я планирую съезжать, некогда заниматься размышлениями.
В доме у Козловского шумно и многолюдно. Гостей внутри столько, как будто собрались отмечать свадьбу, а не новоселье. Вижу много знакомых лиц и убеждаюсь, что приехала зря. Сейчас начнутся разговоры и вопросы, на которые я не желаю отвечать.
Вот и нужно мне это?
Выпью бокал шампанского и поеду домой, – решаю про себя.
Приветствую хозяев и направляюсь к столику, где разливают игристые напитки. Аня и Тома скрываются в уборной, чтобы припудрить носик, а я тем временем раздумываю, как бы под шумок вызвать такси и незаметно улизнуть.
Официант подает бокал с ледяным французским шампанским, и я его благодарю. Делаю глубокий глоток и снова мыслями возвращаюсь к мужу.
Где он сейчас?
С кем?
– Шикарно выглядишь, Кристина, впрочем, как всегда, – слышу позади знакомый голос с хрипотцой. Оборачиваюсь и замечаю Константина.
– Ты? – удивленно на него смотрю? – Вот уж не ожидала встретить на этой вечеринке.
– Правда? А я мечтал тебя увидеть, – его глаза жадно меня сканируют….
Глава 11. Оксана
Я остаюсь сидеть на обочине, наблюдая, как машина Михаила исчезает из вида. Внутри бурлит смесь различных эмоций: не скажу, что надеялась на его вежливость и благосклонность, но все же верила, что не бросит с разбитым коленом прямо на дороге. Хамло.
Черт, какой же Миша грубый! В то же время его натура притягивает меня, вызывает трепет и чувства. Знаю, что Михаил достаточно хлесткий и резкий, но полагаю, что наполнение у мужчины куда более глубокое – есть в нем и горячее сердце, не самое каменное, и умение сострадать, и уважение к женщинам, и многое, что он не склонен открыто демонстрировать, чтобы не показаться уязвимым.