Страница 28 из 436
Современный читатель, конечно, улыбнется — ему-то ясно, что никакой прожектор не способен разогнать космический корабль. Даже легкий воздушный змей не сдвинется с места, если его поместить в луч самого мощного современного прожектора. Это верно. Однако важен принцип — французские фантасты абсолютно точно предсказали новое физическое явление, не известное ученым.
История на этом не закончилась, фантасты сказали только первое слово. Второе было сказано в 1913 году, когда русский писатель Б.Красногорский опубликовал фантастическую повесть "По волнам эфира", где описал первый космический парусник. Огромное, из очень тонкого материала, полотнище разворачивают в космосе. Это — парус. Он тут же наполняется ветром. Это — солнечные лучи. Конечно, их давление ничтожно, но ведь площадь паруса огромна, куда там до него бом-брамселям и стакселям чайных клиперов!
Прошли десятилетия. В шестидесятых годах были изобретены лазеры, и фантасты сразу вспомнили об идее Ж. ле Фора и А.Графиньи. Действительно, если обычный прожектор не сдвинет с места и комара, то сверхмощный лазер способен даже многотонный звездолет разогнать до субсветовой скорости! Это и происходит в рассказе Г.Альтова "Ослик и аксиома". Рассказ был опубликован в 1966 году, и фантаст, как обычно, оказался на несколько лет впереди науки. Пять лет спустя к той же идее пришел и советский физик А.Канторовиц — он предложил использовать лазеры для выведения на орбиту тяжелых искусственных спутников. А еще через два года группа физиков из Института имени П.Н.Лебедева дополнила эту идею конкретными расчетами. О рассказе Г.Альтова, конечно, никто из них не вспомнил… Как и о приеме — "отделить функцию от объекта".
На морях парусники сменились пароходами. В космосе, похоже, будет наоборот — изживут себя ракеты, и настанет век путешествий под парусами. В паруса будет "дуть" свет Солнца или лазера, стоящего на Земле. И прозвучит команда "Поднять стаксель!". А смелые мужчины, уже описанные фантастами, будут любить прекрасных женщин. Потому что это так романтично…
Что ж, космический корабль без человека мы видели. Космический корабль без двигателя мы себе представили. А вот есть у человека такие свойство — вредность. Или скупость. А еще — зависть. Да мало ли у нас замечательных качеств, к которым хорошо подошел бы прием "отделить функцию от объекта". Попробуйте сделать это — для начала в воображении…
ПОСТРОИТЬ МОДЕЛЬ
Вселенная — очень сложная штука. Говорят даже, что бесконечно сложная. Да что Вселенная: обычный самолет разве прост? Или корабль? Все в этом мире сложно, и потому, когда ученые или инженеры берутся за разгадку тайны или за новую конструкцию, они создают модель того, что собираются исследовать. Для простоты. Упрощают сложное, чтобы понять, как оно устроено.
Казалось бы, при чем здесь развитие воображения? Разве нужна фантазия, чтобы придумать модель? Представьте себе! Попробуйте соорудить модель такой, сравнительно простой, вещи, как, скажем, чайник, и сами убедитесь — без фантазии ничего не выйдет…
Ученые моделируют природу, чтобы понять ее. Инженеры строят модели технических устройств. А фантасты? Многие фантастические произведения — это мысленные модели общества или мира, физически и биологически отличного от земного прототипа.
Моделируя миры, фантасты часто пользуются идеями частной и общей теорий относительности, которые выглядят фантастическими даже если не изменять их с помощью приемов фантазирования. Хотите пример, который редко приводится в популярных изданиях? Вы, верно, думаете, что, если масса и размеры какого-то тела постоянно увеличиваются, то и площадь его поверхности должна расти? Верно, говорит теория относительности, — но до некоторого предела. А потом все идет наоборот! Масса растет, размеры растут, а поверхность… уменьшается! При достаточно большой массе система может вовсе исчезнуть! На основе этого вывода общей теории относительности советский физик М.А.Марков предположил, что может существовать мир, находящийся на самой грани исчезновения для внешнего наблюдателя. Воспринимается такой мир как элементарная частица с массой в миллионную долю грамма и размерами, в миллиард миллиардов раз (!) меньшими, чем размер электрона. Между тем, такой объект "фридмон" может заключать в себе целую Вселенную с галактиками, звездами, планетами.
Нужна фантазия, чтобы придумать такую странную модель? А ведь в фантастической литературе подобные идеи появились даже раньше, чем была сформулирована общая теория относительности! В 1912 году Р.Кеннеди в романе "Тривселенная" утверждал, что атомы — это замкнутые вселенные со всеми свойствами той единственной огромной Вселенной, которая открывается нам в мире звезд и галактик.
Фантастическая модель опередила научную…
Фантастические модели тесно связывают друг с другом микромир и мегамир.
Проникнуть к границам Вселенной можно, двигаясь вглубь атома (прием "наоборот": если нужно двигаться в даль Вселенной, отправляйся в противоположном направлении — в глубь атома!). Бомбардируя элементарные частицы, мы изменяем свойства квазаров в нашем же мире. А для того, например, чтобы справиться с палестинским террором, может быть, и нужно-то всего-навсего — подвергнуть бомбардировке электронные оболочки в атомах скандия… Так получается из фантастической модели Вселенной, и, не исключено, что это — не простая игра воображения.
Есть в фантастике произведения, герои которых не только рассуждают о тайне какой-нибудь черной дыры, но даже проходят "сквозь" нее. Именно таким путем попадают в другие вселенные персонажи романа П.Андерсона "Время: нуль" (1971 год). Между тем, в науке точно такая же модель появилась только через два года — предложил ее советский астрофизик Н.С.Кардашев…
После того, как человечество столкнулось с экологическим кризисом, после того, как люди поняли (впрочем, точно ли — поняли?), что вмешиваться в природные процессы неразумно, фантасты задумались: что может произойти, если мы начнем не только вырубать леса, но и передвигать планеты? А если мы научимся не только передвигать планеты, но даже… менять законы природы?
Чтобы разобраться в этой проблеме, фантасты строят модели, и разве у них есть иная возможность понять суть дела? Вот первая модель. Она утверждает, что, если мы научимся менять какие-нибудь законы природы, то только потому, что будем пользоваться другими законами, нами еще не познанными: среди законов природы могут быть такие, которые регулируют познание и изменение других законов. Вселенная в этой модели представляется чрезвычайно стабильной системой, исправляющей все, что может "испортить" в ее механизме человек. Эта ситуация метафорически описана в повести А. и Б.Стругацких "За миллиард лет до конца света" (1976 год).
Вторая модель утверждает, что законы природы не появились сами по себе, это следствие астроинженерной деятельности разумов — не одного, но многих сразу. В "Новой космогонии" (1971 год) С.Лем исследует ситуацию, когда современные законы природы являются результатом "игры" сверхцивилизаций.
Если бы создаваемые модели мира ограничивалась только формальными изысканиями в области фантастического конструирования, их ценность для литературы была бы невелика. Фантаст логически последовательно создает ситуацию, настолько парадоксальную, что мысль читателя не может бездействовать. Вы или откладываете книгу в сторону (если вообще не желаете дать себе труд подумать), или начинаете мысленно возражать автору. А ему того и надо!
Я рассказал о том, какими бывают фантастические модели, но не объяснил, как такие модели строить. А очень просто! Вы уже знаете почти десяток приемов фантазирования. Вы уже знаете прием "изменить неизменяемое". Знакомы с приемом вынесения. Значит, воображаемые модели вы строить умеете, даже если еще не подозреваете об этом. Вот рецепт. Возьмите, скажем, российскую Думу. Отыщите самое неизменное ее свойство. Отделите от объекта. Пусть Дума останется без самого главного, самого неизменного… А потом используйте приемы. Получится не просто фантастический парламент. Уверяю вас, среди множества созданных вами моделей окажется и такая, о какой потом будущие политики скажут: "да как же мы раньше не догадались?" И не могли догадаться — какое у политиков воображение…