Страница 90 из 150
43. Вы слышали, что сказано: "люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего".
Но и это исключение по сути своей курьезно. Не знал Писания Матфей, нет такой заповеди ни в Пятикнижии Моисея, ни у пророков! Наоборот, в книге Левит, в главе 19 эта заповедь изложена так:
17. Не враждуй на брата твоего в сердце твоем;
Есть вторая ее часть, которая раскрывается в стихе 18 и полностью отвергает саму возможность ненависти к своему врагу:
18. Не мсти и не имей злобы на сынов народа твоего, но люби ближнего твоего, как самого себя. Я Господь.
За примерами далеко ходить не нужно. В Талмуде, Тосефте и Сифрей, обсуждению этой заповеди уделяется много места. В частности рассматривается следующий казус, если нужно срочно выполнить два действия:
а) помочь разгрузить осла своего друга, или
б) помочь нагрузить осла врага, то второе действие нужно выполнить раньше первого. Почему? Для того, чтобы избежать искушения бросить врага без помощи! Все это следует сделать именно так, а не иначе во исполнение заповеди Господа: "И если найдешь вола врага твоего, или осла его, заблудившегося, — приведи его к нему. Если увидишь осла врага твоего упавшим под ношею своею, то не оставляй его: развьючь вместе с ним" (Исход, 23:4–5).
Оплошал евангелист… Если бы это было единственной его ошибкой! К Иисусу, который только что произнес проповедь о буквальном соблюдении закона народу и ученикам — с ними он собирается отправиться на другой берег "моря", в "Землю Гергесинскую" — обращается один из учеников: "Господи! позволь мне прежде пойти и похоронить отца моего." Что отвечает ему Иисус? "Иди за Мною и предоставь мертвым погребать своих мертвецов" (Матфей, 8:21–22).
Диалог, надо сказать, фантастический. Во-первых, не ищите на исторических картах того времени "Гергесинскую землю" на берегу моря, ибо ни моря, ни земли под таким названием попросту не существовало! Матфей и все остальные евангелисты, называют почему-то морем пресноводное Генисаретское озеро, (всего 11 км. в ширину и 20 км. в длину), которое и в то время, и по сей день называется одинаково — озеро Кинерет. А на месте евангельской "Гергесы" в те времена находился город Сусита, входивший в состав Десятиградия. Но главное не в этом, а в ответе — в нем полное пренебрежение к сыновним чувствам и к тем самым заповедям, за исполнение которых сам он только что так ратовал! В еврейском обществе, где почитание родителей — одна из десяти основных заповедей, где долг старшего сына участвовать в похоронах своего отца возведен в закон и ритуал, такой ответ просто невозможен. Если бы проповедник любого ранга произнес в данной ситуации аналогичную фразу, от него отвернулись бы все! И это было бы еще полбеды — могли и камнями забросать… Как трактует этот вопрос иудаизм? Тора приравнивает почитание родителей к почитанию Самого Всевышнего. В главе 20 книги Исход (Шмот) написано:
Почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе.
Книга Левит (Ваикра), в главе 19 дополняет эту заповедь следующим указанием Господа:
2. Объяви всему обществу сынов Израилевых и скажи им: святы будьте, ибо свят Я Господь, Бог ваш. Бойтесь каждый матери своей и отца своего, и субботы Мои храните. Я Господь, Бог ваш.
В заповедях Торы проводится параллель между почитанием родителей и благоговением перед Всевышним. Талмуд объясняет: родители создают тело ребенка, а Всевышний дает ему душу; вклады эти равнозначны, так как при отсутствии любого из них человек существовать не может. Потому-то почитание родителей приравнивается к соблюдению субботы (ибо нельзя чтить Господа, не соблюдая святости субботы).
Похороны родителей очень важный момент в жизни верующего человека. Старший сын обязан участвовать в этой церемонии. На нем лежит обязанность прочесть над ними заупокойную молитву кадиш. Этому обряду придается большое значение. Традиция говорит: даже тот, кто увидел похоронную процессию, должен присоединиться к ней и пройти хотя бы четыре шага, в противном случае он уподобляется насмехающемуся над беспомощностью другого. Что уж говорить о похоронах своего отца! Кроме обязательного участия в похоронах, сын должен был соблюсти семидневный траур. Так что после слов Иисуса, не только скорбящий сын покинул бы незадачливого учителя, но и все слышавшие этот ответ разошлись бы по домам…
Несуразность описанного события на этом не кончается. Матфей пишет, что ученик обратился к Иисусу со словами: "Господи! позволь мне…" У верующего еврея даже в горячечном бреду не могла зародиться мысль отождествить Господа с живым человеком. Для еврея провозгласить себя или кого-либо другого Богом значило совершить преступление, караемое немедленной смертной казнью! Даже за менее тяжкое преступление, за провозглашение чего-либо от имени Бога, полагалась смертная казнь: "Но пророка, который дерзнет говорить Моим именем то,
чего Я не повелел ему говорить, и который будет говорить именем богов иных, такого пророка предайте смерти" (Второзаконие, 18:20). Здесь, видимо, сыграло злую шутку плохое знание языка. Скорее всего, Матфей пользовался какими-то более ранними записями на иврите или арамейском, где эта фраза начиналась с обращения "адони", что в переводе означает "господин мой", но отнюдь не "Господи". Это тем более странно, что далее, в главе девятой, описывая чудо исцеления "расслабленного", Матфей говорит, что сам Иисус называет себя "Сыном Человеческим" именно для того, чтобы "вы знали, что Сын Человеческий имеет власть на земле прощать грехи…" И далее: "Народ же, видев это, удивился и прославил Бога, давшего такую власть человекам" (Матфей, 9:6–8). Кстати, словосочетание "бен адам" не что иное, как просто — "человек", хотя в подстрочном переводе оно означает "сын человеческий". Каждый читающий Евангелия смело может сделать вполне оправданную подстановку, т. е. везде в тексте вместо "Сын Человеческий", читать — "человек", и Евангелия начнут звучать совершенно иначе.
Далее, в злополучной восьмой главе Матфей описывает следующий эпизод: на "Гергесинской" земле Иисус встретил двух бесноватых и решил изгнать из них бесов.
30. Вдали же от них паслось большое стадо свиней.
31. И бесы просили Его: если выгонишь нас, то пошли нас в стадо свиней.
32. И Он сказал им: идите. И они вышедши пошли в стадо свиное. И вот, все стадо свиней бросилось с крутизны в море и погибло в воде.
33. Пастухи же побежали и, пришедши в город, рассказали обо всем, и о том, что было с бесноватыми.
Ничуть не лучшее знание Израиля проявил евангелист Марк в прологе главы 5. Он рассказывает о деяниях Иисуса на другом берегу Кинерета: "И пришли на другой берег моря, в землю Гадаринскую".
Можно подумать, что это какая-то другая страна, но нет, как только Иисус сошел на берег, навстречу выскочил все тот же бесноватый из "гробов", а неподалеку паслось уже упомянутое Матфеем пресловутое стадо свиней.
Евангелист в ст. 13, уточняет, что свиней в стаде "было около двух тысяч". Представить себе пасущееся под надзором пастухов двухтысячное стадо свиней в Израиле, в стране, где свинья считается животным в высшей степени нечистым?! В Галилее даже в наши дни немногочисленные свинарники строят на помостах, чтобы не допустить осквернения святой земли нечистыми животными. Если бы свиное стадо действительно бросилось в воды озера, весь Израиль остался бы без воды, так как единственный источник водоснабжения оказался бы оскверненным. Правоверные евреи предпочли бы умереть от жажды, но не пить нечистую воду!
Такой миф мог зародиться только в эллинистическом мире, где действительно существовал подобный обряд очищения. В частности. в Элевсине бросали в море свиней, "обремененных" всеми грехами членов общины.