Страница 81 из 150
Современные христиане перестали замечать это противоречие, так как совершенно оторвались от истоков. Их верования слились с верованиями язычников и перестроились на сверхъестественные представления о происхождении Мессии. Это прекрасно понимали первые христиане, они считали Иосифа настоящим отцом Иисуса. И Матфей, и Марк сообщают нам имена его братьев: Иаков, Йосеф, Иуда и (Шимон) Симон (Матфей, 13:55–56. Марк, 6:3), а в протоевангелии от Иакова сообщаются и имена дочерей — Мельха и Эсха.
Сам евангелист Матфей, стараясь снять противоречия, утверждает, что Иисус был только первенцем, рожденным чудесным образом:
24. Встав от сна, Иосиф поступил так, как повелел ему Ангел Господень, и принял жену свою,
25. И не знал Ее, как наконец Она родила Сына Своего первенца, и он нарек Ему имя: Иисус.
Из этого следует, что были и другие дети. Таким образом, идея вечной девственности матери Иисуса не находит в Евангелиях никакого подтверждения. Сама католическая церковь признала догму о "непорочном зачатии" только в 1854 г при папе Пие IX. К слову, если исходить из имен детей Иосифа и Марии, то Иисус не был даже первенцем, ибо первенцу давали имя деда по линии отца а значит первенцем был Иаков…
Мы немного забежали вперед и тем нарушили последовательность изложения… Вернемся же к тексту Евангелия от Матфея:
18. Рождество Иисуса Христа было так: по обручению Матери Его Марии с Иосифом, прежде нежели сочетались они, оказалось, что она имеет во чреве от Духа Святого.
19. Иосиф же муж Ее, будучи праведен и не желая огласить Ее, хотел тайно отпустить Ее (гл.1).
На первый взгляд в этом месте Евангелия имеется противоречие: хотя указывается, что Иосиф и Мария только обручились, и все дальнейшие события происходят "прежде нежели сочетались они", Иосиф называется мужем Марии. Но противоречия здесь, как ни странно, нет. Действительно, по еврейскому законодательству, с момента обручения — передачи кольца женщине в присутствии двух свидетелей, она считается замужней женщиной, хотя не переходит в дом мужа, а остается в доме отца до назначенного срока. Несмотря на это, первые же строки Евангелия вступают в противоречие с Израильской действительностью и, что самое главное, с еврейским религиозным правом, которому скрупулезно следовали евреи того времени и следуют по сей день.
Во-первых, имя. Можно с натяжкой согласиться с именем Иисус как греческим вариантом еврейского имени Иешуа, однако уже одно это однозначно указывает, что автор Евангелия — житель диаспоры, который давно оторвался от еврейской реальности. Далее. Христос — вовсе не имя, а термин означающий "помазанник", прилагательное от греческого слова "хрио" "умащать". Другими словами, Христос — это тот, кто формально облечен в результате ритуального действия (изливанием масла "елея" на голову) самым высоким жреческим или царским достоинством. В Евангелии от Марка, например, выражение "Иисус Христос", встречается только единожды, в главе 1, в ее прологе: "Начало Евангелия Иисуса Христа, Сына Божия." В остальной части Евангелия Марк везде говорит Иисус, а не Христос, и даже употребляет обычные для современников обращения: учитель, наставник. Более того, даже в соответствии с Евангелием, Иисус никем и никогда помазан не был, стало быть, даже по Евангелию нет оснований называть его Христом.
Для эмигранта, утратившего связь с родиной и говорящего на греческом языке, термин "Христос" имел совершенно определенный обрядовый смысл: помазанию в языческом мире удостаивались даже статуи и изображения богов, не говоря о жрецах. Но постепенно термин утратил свое первоначальное значение и стал восприниматься как новое имя божества. Таким образом, человека, родившегося в Израиле в религиозной еврейской семье, просто не могли назвать таким именем! В соответствии с обычаем, его должны были назвать Иешуа бен Йосеф. Хотя, с точки зрения еврейского права, этого могло и не произойти. И вот почему…
По Евангелию, Иосиф был праведен. Матфей это подчеркивает специально, ибо Мессия, разумеется, не мог родиться в неправедной семье. В то же время его праведность Евангелием не только не подтверждается, но и полностью опровергается! Ведь по иудейской религии быть праведником — это значит строго следовать заповедям Торы и буквально выполнять все ее требования. По законам же Торы, независимо от того, хотел или не хотел Иосиф отпустить Марию, он не мог это сделать тайно. Он обязан был ее "огласить", ибо сокрытие греха — то же, что соучастие в нем. В голове праведника такая мысль просто не могла родиться. Будучи же "оглашенной", Мария вряд ли вышла бы замуж… В этом случае рожденный ею ребенок, по еврейским законам, считался бы незаконнорожденным, и все дальнейшие истории, описанные Евангелием, просто не могли в Израиле произойти. Так незаконнорожденный (мамзер) не мог вместе со всеми детьми изучать Тору в религиозной школе и, тем более, посещать Храм в Иерусалиме. Кстати, не могло быть иудея-праведника Иосифа, и у него не могло быть жены Марии — это не еврейские имена. Уж если да, то речь идет о Йосефе и Мириам.
В религиозном законодательстве существует определенный порядок действий в случае, когда муж заподозрит неверность жены, а именно: жена, заподозренная мужем в неверности, является "сота" — свернувшая с пути. В этом случае Тора дает возможность мужу, не желающему развода, выяснить истину, приведя ее в Храм и подвергнув ее, с ее согласия, определенной законом процедуре (Мишна 9, Тосефта 15, Вавилонский Талмуд 49). Но Мария являлась женой Иосифа лишь формально. В подобном случае жених мог использовать в суде прецедент, носящий название "открытая дверь". Жених, заключивший брачный договор, полагая, что его невеста невинна, а затем обнаруживший, что это не так, мог требовать изменения условий брачного договора, а в некоторых случаях (аналогичных евангельскому) требовать его немедленного расторжения без выплаты оговоренной компенсации. Не зависимо от своей праведности, у Иосифа не могла даже зародиться мысль о том, чтобы тайно отпустить свою жену. Как можно было "тайно" отпустить домой официально обгьявленую женой девушку, не исполнив при этом всех определенных законом для таких случаев действий?
Не менее интересно дальнейшее развитие событий. К сомневающемуся праведнику явился во сне ангел и сказал: "Иосиф, сын Давидов! не бойся принять Марию, жену твою; ибо родившееся в Ней есть от Духа Святого;" (Матфей, 1:20). Сомневаюсь, что верующего иудея могло успокоить такое заявление ангела, ибо "дух" (на иврите "руах") — слово, обозначающее сущность женского рода, так что в этом случае вмешательство "духа" Бога в качестве того, кто зачал, полностью исключается. Скорее всего, Иосиф счел бы это заявление ангела проделками сатаны и немедленно "огласил" свою неверную супругу, и на этом все и закончилось бы.
Интересно само по себе и обращение ангела к Иосифу: "Иосиф, сын Давидов!" Неужели ангел не знал, что Иосиф был сыном Иакова, как утверждает в этом же Евангелии сам евангелист Матфей, и что у евреев принято было обращаться к человеку не по родовому имени, а по имени его отца; явившийся к Иосифу ангел должен был сказать: "Йосэф, бэн Йаков!", иначе Иосиф мог подумать, что пришли не к нему, а к кому-то другому. Для большей убедительности ангел мог обратиться к Иосифу и так: "Йосэф, бэн Иаков, отрасль Давидова!", или что-то в этом роде. Ангелу следовало бы перед визитом изучить "родословие" Иосифа. Как он мог так опростоволоситься? "Успокоив" таким образом Иосифа, ангел объявил, что Мария:
21. Родит же сына, и наречешь Ему имя: Иисус; ибо Он спасет людей своих от грехов их (Там же, гл. 1).
Чудеса да и только! Оказывается можно спасти людей от их грехов, даже если сами люди не приложат никаких усилий для их искупления, даже если они, осознав свою греховность и раскаявшись, не вступят на путь праведности? Правда, на этот раз хотя бы в имени ангел не ошибся, т. к. Иисус — это греческая форма еврейского имени ИеЪошуа, что означает — "Бог спаситель".