Страница 74 из 150
И у Пилата происходило все не так, как описано у Матфея. Виня Иисуса в том, что тот де подбивает народ не платить подать императору "называя Себя Христом Царем", собравшиеся потребовали предать его смерти. Пилат без лишних церемоний, по-солдатски прямо спросил Иисуса: "Ты Царь Иудейский?".
Получив уклончивый ответ Иисуса: "ты говоришь", — правитель объявил собравшимся, что никакой вины не нашел "в Этом Человеке". Но собравшиеся "книжники и старшины народные" настаивали на своем, он де и народ возмущает, да и учит не тому, чему надо бы, "начиная от Галилеи до сего места". Узнав, что Иисус из Галилеи, "из области Иродовой, послал Его к Ироду, который в эти дни был также в Иерусалиме".
Ирод так давно хотел видеть нового чудотворца, что очень обрадовался этой встрече "и надеялся увидеть от Него какое-нибудь чудо". Но Иисус, вопреки ожиданиям, чудес Ироду показывать почему-то не стал и на многие вопросы его не ответил, а вот "первосвященники же и книжники стояли и усильно обвиняли Его". Не дождавшись от Иисуса ни чудес, ни откровений, Ирод, сначала вдоволь "насмеявшись над Ним", одарил его "светлыми одеждами" и отправил его обратно к Пилату. Это так понравилось правителю, что Пилат и Ирод, невзирая на прежнюю вражду, стали друзьями.
Далее начинается полная несуразица. "Пилат же, созвав первосвященников и начальников и народ, сказал им: вы привели ко мне Человека Сего, как развращающего народ; и вот, я при вас исследовал и не нашел Человека Сего виновным ни в чем том, в чем вы обвиняете Его; и Ирод также: ибо я посылал Его к нему, и ничего не найдено в Нем достойного смерти; итак, наказав Его отпущу". По каким-то причинам, Пилату "нужно было для праздника отпустить им одного узника", и он хотел, чтобы освобожден был именно Иисус. Но "весь народ" настойчиво требовал смерти Иисуса и освобождения некоего Вараввы, посаженного в темницу за "произведенное в городе возмущение и убийство".
Трижды Пилат "возвышал голос", желая отпустить Иисуса, "Какое же зло сделал Он?" — вопрошал правитель собравшихся, но те " продолжали с великим криком требовать, чтобы Он был распят; и превозмог крик их и первосвященников". Пилат сдался. Наместник римского императора, прокуратор Иудеи, распорядитель жизни и смерти всех людей, населяющих обширные земли Иудеи, уступил. Он отпустил убийцу Варраву, а ни в чем не повинного Иисуса "передал в их волю". Лука здесь, в противовес другим Евангелиям, утверждает, что с этого момента Иисус был передан в руки "первосвященников, книжников и старшин народных", и дальнейшую судьбу его вершили уже они.
Лука утверждает, что по пути на Голгофу Иисус обратился с пламенной речью к сопровождающему его на казнь народу, причем не ко всему, а только к женщинам, "которые плакали и рыдали о нем", и произнес знаменитое пророчество, начинающееся словами: "дщери Иерусалимские! не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и о детях ваших". Об этом эпизоде не говорится больше ни в одном Евангелии, это и неудивительно, ведь только двумя строчками выше, весь народ, "все множество их", настойчиво требовало его смерти. Добились своего и вдруг разрыдались? Довольно странная реакция.
Придя на место, "называемое Лобное, там распяли Его и злодеев, одного по правую, а другого по левую сторону". Народ, сопровождавший его на казнь и весь этот путь рыдавший о нем, не только прекратил рыдать и плакать, а тут же начал насмехаться над ним и злословить: "других спасал, пусть спасет Себя Самого, если Он Христос, избранный Божий". Надпись на кресте, дается у Луки в другом варианте, причем говорится, что она была сделана на трех языках: греческом, латинском и еврейском. По Луке, не оба разбойника "злословили его", один осудил своего товарища за недостойное поведение и обратился к Иисусу с просьбой: "помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое! И сказал ему Иисус: истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю".
Лука ни словом не обмолвился о землетрясении, о всеобщем воскресении праведников и массовом выходе их из гробов, зато последние слова Иисуса были совершенно иные. Иисус, говорит Лука, "возгласил громким голосом: Отче! в руки Твои предаю дух Мой", после чего и умер.
После этого. некто (Лука ничего не говорит о его общественном положении, и о том, что он был учеником Иисуса), именем Иосиф, "член совета, человек добрый и правдивый, не участвовавший в совете и в деле их, из Аримафеи, города Иудейского, ожидавший также Царствия Божия", выпросил у Пилата "Тела Иисусова, и сняв Его, обвил плащаницею и положил Его в гробе, высеченном в скале, где еще никто не был положен", о том, что этот гроб принадлежал лично Иосифу, Лука не говорит ничего. "День тот был Пятница, наступала Суббота".
Суббота прошла спокойно. Лука ничего не говорит о страже, выставленной у могилы Иисуса, видимо, никто из предавших его смерти, не опасался, что ученики его выкрадут тело из гробницы. По Луке, все было обыденно: рано утром, в первый день недели пришли к гробнице женщины, "неся приготовленные ароматы", чтобы, согласно обычаю, обмыть и обрядить покойника. Но камень гробницы был отвален, и тела там не оказалось… Никакого "великого землетрясения", оказывается, не было, да и "ангела с неба" тоже. Но вот когда недоумевающие женщины вышли из пещеры, "вдруг предстали перед ними два мужа в одеждах блистающих". Лука не уточняет, что это были за мужи, но судя по тому, что женщины испугались, это все же были ангелы. Они и сказали, что не стоит искать "живого между мертвыми", что Иисус воскрес.
Петр, услышав это, побежал к гробнице убедиться лично, что тела там нет. Так оно и было, "наклонившись" он "увидел только пелены лежащие, и пошел назад, дивясь сам себе происшедшему". Самое удивительное заключается в том, что он вообще удивился. Как будто и не говорил Иисус апостолам, что "Сын Человеческий", то есть он, будет распят и через три дня воскреснет. Апостолы никак почему-то не хотели поверить, и воскресшему Иисусу пришлось являться им целых два раза, чтобы они, наконец, в этом убедились. По Луке, это происходило так: вначале Иисус явился не апостолам, а неким двоим, из которых один был неизвестно откуда взявшийся Клеопа. Иисус прошел вместе с ними целых шестьдесят стадий, от Иерусалима до деревни Емманус. На их сомнения о миссии Иисуса, последний прочел им целую лекцию "начав от Моисея, из всех пророков изъяснял им сказанное о Нем во всем Писании", и все это для того, чтобы доказать этим двум "как надлежало пострадать Христу и войти в славу Свою". Какая жалость, что эти разъяснения Иисуса не сохранились для потомков, это намного упростило бы работу всех защитников христианства, ибо все Евангелия полностью противоречат тому, что говорили пророки о приходе Мессии!
Затем Клеопа со своим спутником возвращается в Иерусалим и находит всех апостолов вместе, а также и "бывших с ними". Во время их рассказа о случившемся с ними в пути появляется сам Иисус. Смутившимся апостолам Иисус говорит: "посмотрите на руки Мои и на ноги мои; это — Я сам; осяжите Меня и рассмотрите; ибо дух плоти и костей не имеет, как видите у меня. И сказав это, показал им руки и ноги". Этого апостолам оказалось недостаточным, они все еще продолжали сомневаться. Тогда он спросил: "есть ли у вас здесь какая пища?". Пища нашлась, это были остатки печеной рыбы и сотовый мед, "и взяв ел перед ними". В заключение, он сказал им: "вот то, о чем Я говорил, еще быв с вами, что надлежит исполниться всему, написанному о Мне в законе Моисеевом и в пророках и псалмах". После этого, он "вывел их из города до Вифании и, подняв руки Свои, благословил их". "И когда благословлял их, стал отдаляться от них и возноситься на небо". Проводив Иисуса, апостолы "возвратились в Иерусалим с великой радостью, и пребывали в храме, прославляя Бога".