Страница 14 из 54
– Они общались? – так и подпрыгнула Вета.
– Нет, разумеется. Сама знаешь, Гарин терпеть не может тех, кто не похож на картинку из глянцевого журнала.
Вета предпочла не заметить очередной выпад. К тому же, как ни грустно сознавать, но на этот раз Боря сказал правду.
А между тем за разговором они уже подошли к длинной пятиэтажке на окраине города. Громова вяло удивилась: раньше была уверена, что Гарин с семейством обитает как минимум в особняке с видом на парковую зону.
Лифта не было, и ребята начали пешком подниматься по лестнице. Вета шагала со ступеньки на ступеньку и думала о том, за какой из этих дверей жил Артур. Вдруг на третьем этаже она ощутила что-то: будто волна безысходного горя сочилась по площадке от одной из квартир. Девочка присмотрелась и заметила на коврике у двери несколько мелких искусственных цветков, выпавших, должно быть, из венка. Зажала себе ладонью рот, чтобы не вырвался стон, бросилась догонять друга.
– Пришли, – сказал Борис, останавливаясь перед квартирой на четвертом. – Думаю, никого нет дома. Какой бы у Нелюбиной не был никудышный отец, а все равно наверняка сейчас носится по городу, старается отыскать дочку. Предлагаю начать с соседей…
Но Вета уже надавила на кнопку звонка. Он пугающе резко прозвучал за дверью, потом еще и еще раз. Но никто не спешил им открывать, только прибежала с верхнего этажа небольшая дымчато-серая киска, начала суетливо тереться о ноги ребят и жалобно мяукать.
– Смотри-ка, Ингина кошка, видел ее на фотках, – удивился Шварц. – Как-то она странно себя ведет!
Кошка в самом деле вела себя необычно, она как будто отталкивала ребят от квартиры, упиралась лапками в их колени, мяукала все громче и пронзительней.
– Я же говорил, что дома никого нет, – минуту спустя подвел итог Боря. – Так что, я звоню соседям?
– Подожди! – замахала на него руками Вета. Как раз в этот момент ей послышался какой-то шорох за дверью, и она принялась звонить с удвоенной энергией. Даже пару раз стукнула кулаком, потом развернулась, чтобы хорошенько поработать пятками…
Но тут дверь рывком распахнулась. На пороге стояла немного сутулая девушка с хмурым и неприветливым лицом. Темные кудрявые волосы ее сильно смахивали на мочало, широкие брови сердито хмурились, глаза сузились в щелки, и, казалось, она с трудом удерживала веки открытыми. Похоже, настойчивые звонки разбудили ее.
«Наверно, это сестра Инги, – подумала Вета. – Хотя нет, Борька вроде сказал, что она была единственным ребенком в семье…»
– Привет, Инга! – подал в этот момент голос Борис. – Ты, оказывается, дома? А тебя все обыскались!
Девушка посмотрела на него недоумевающим взглядом и попыталась захлопнуть дверь у ребят перед носом.
«Да ведь она Борьку теперь не узнает!» – сообразила Громова. И поспешила вмешаться:
– Мы вообще-то из школы, Инга. Я учусь в параллельном классе, но только с этого года, поэтому ты меня, наверное, еще не видела. А это – мой друг. Мы зашли узнать, как у тебя дела. Ты ведь сегодня не была на занятиях, да и вчера тоже…
А про себя Вета подумала:
«Что за ерунду я несу? Сейчас спросит, почему пришла я, а не кто-нибудь из ее одноклассников. Да еще какого-то подозрительного друга с собой привела…»
Но Инга молча посторонилась, разрешая им переступить порог. Любезнее выглядеть при этом она не стала.
Серая кошечка постаралась за компанию проникнуть в квартиру, но это ей не удалось. Едва она оказалась в коридоре, как Инга подсунула босую ступню под пушистый животик и с силой отшвырнула кису обратно на площадку. Та с жалобным воплем врезалась в дверь напротив. Вета вскрикнула, а Борис поморщился.
– Вообще-то мне некогда принимать гостей, – резким, неприятным голосом произнесла Инга. – У меня все хорошо, просто отлично, ясно вам? Можете рассказать об этом в школе, если кому интересно…
– Постой, но что с тобой случилось? – воскликнула Вета, испугавшись, что та вытолкает их следом за кошкой. – Где ты сегодня ночевала? Твой папа уже знает, что ты вернулась домой?
– У меня все хорошо, – как заведенная, твердила девушка. – Даже замечательно. Какое вам дело, где я была? Я вас знать не знаю.
Вета тем временем не отводила взгляда от Ингиной одежды. На той были грязные до невозможности джинсы и еще влажный свитер, который, кажется, так и сох на хозяйке. К рукаву прицепились съежившиеся на воздухе рыжие водоросли. В густых волосах Нелюбиной было полно ила и песка.
– Что ты на меня так смотришь, девочка? – спросила Инга. – Тебе нравится мое платье? – добавила с легкой ноткой кокетства в голосе. Растянула руками подол свитера и сделала неуклюжий пируэт.
«Да она с ума сошла!» – догадалась Вета и попятилась, заодно ухватив Борю за рукав куртки.
– Слушай, а ты собираешься на похороны Артура Гарина? – вдруг спросил Шварц. Он явно не заметил пассаж про платье.
– Какие такие похороны? – изумленно протянула Инга.
– Как это – какие? – еще больше удивился Борис. – Разве ты не в курсе? Вы ведь вроде соседи.
Инга вдруг расхохоталась – будто ворона закаркала.
– Да ладно вам меня разыгрывать! – сквозь смех проговорила она. – Артур умер? Придумайте что-нибудь посмешнее. Да я видела его только сегодня! Мы отлично поболтали.
– Пойдем отсюда! – Вета, уже не таясь, схватила друга за руку и потащила за собой. – Она не в себе, ты что, не видишь? – сказала уже на площадке, когда за их спинами с грохотом захлопнулась дверь.
– Наверное, надо что-то сделать? – спросил Борис, растерянно потер лоб. – Позвать кого-нибудь на помощь?
– Мы сейчас пойдем в школу и расскажем в учительской, что Инга Нелюбина вернулась домой. Может, ее отец тоже там. А насчет всего остального, то мы свое дело сделали. Помнишь, что сказал советник Эвалонг? Мы должны появиться рядом с Ингой, они увидят ее и организуют возвращение для всех нас. Так что теперь уже скоро.
Сказала – и сердце сжалось в комочек. А вдруг все произойдет быстрее, чем она успеет еще раз повидаться с родителями? Прежде чем соберет на память какие-нибудь фотографии, скажет папе и маме, что всегда очень любила их? Но как все-таки здорово, что дело сделано, Ингу они нашли!
Назад решили идти тоже через парк – так быстрее всего добираться до школы. Правда, уже темнело, в такое время родители строжайше запрещали Вете ходить в парк.
«Ничего! – храбро думала девочка. – Во-первых, я не одна. А во-вторых, сейчас не вечер, просто тучи набежали. И в конце-то концов, ну не может так много всего случиться лишь за пару дней».
Увы, очень скоро выяснилось, как сильно она заблуждалась на этот счет.
Ребята благополучно миновали самую темную и густо заросшую дубами и кленами часть парка, от нее вышли к озеру, на широкую аллею, освещаемую низкими фонарями. Фонари уже горели, хотя шел всего пятый час дня. Возможно, их просто забыли погасить с ночи, но это было очень кстати: черная туча залепила небо так плотно, что сделалось совсем темно. Накрапывал мелкий дождь, и народу в парке почти не осталось.
Вдруг Борис схватил ее за руку и воскликнул:
– Чувствуешь, какой ужасный запах?
Вета шмыгнула носом – она была немного простужена. И тоже ощутила жуткий, отравляющий все вокруг запах мертвечины. Казалось, он шел отовсюду. Не сговариваясь, ребята перешли на бег. Но отделаться от вони никак не удавалось.
А потом за спиной Вета услышала звяканье и топот, словно лошадиные копыта били подковами о камни. Оглянулась – никого. Теперь топот был как будто впереди. А может, они сами стучали обувью о гравий? Огромным усилием воли она заставила себя остановиться. Борис, которого она по-прежнему крепко держала за руку, протащил ее за собой несколько метров, потом замер на месте.
– Что?! – спросил он, задыхаясь.
– Убегать бессмысленно, – выдохнула девочка. – Нужно понять, что происходит, откуда опасность. Может, мы зря…
И в этот миг она снова услышала топот. Казалось, кто-то невидимый кружил вокруг них.