Страница 3 из 3
– Как тебе это удалось? – спросила Люба. – Почему они не кидаются на тебя за то, что ты села со мной рядом?
Лиля хмыкнула:
– Хочешь узнать, как я заработала свой авторитет? Очень просто, детка. Дралась, как бешеная кошка.
– Дралась..?
– Ну да. Я с этими придурками с пятого класса учусь. И первый год был славной битвой. Но опять же, мне не привыкать: дома чёрти что творится. Иногда, не поверишь, приходилось отстаивать свой суверенитет со сковородкой в руках.
Люба ошалела и не удержалась:
– У кого… отстаивать?
– У мамкиных ухажёров, ясное дело. Так, подожди… а что, они на кого-то кидаются, кто с тобой рядом садится?
– Нет. Потому что никто со мной не садится. Ну, только если учительница скажет.
– Не поняла, чё за тёрки? На каком основании?
– Они считают, что это я тогда настучала родителям на вписку у Маховцева.
– А это не ты?
Люба осуждающе посмотрела на подругу.
– Вот оно что… Я не знала.
Лиля после того скандала пропала на несколько дней, но как выяснилось, её вовсе не наказали, просто она была занята.
– Маму не слишком интересует, – сказала она, – где и с кем я тусуюсь, если дома дети не орут и не мешают ей со своими ухажёрами общаться… Короче, говоришь, это не ты настучала.
– Нет! Но мне никто не верит. И… – голос её предательски дрогнул, – жить не дают.
– Ясно. Суд Линча. Без следствия.
Лиля скрестила руки на груди и осуждающе посмотрела на Канева, но тут прозвенел звонок. На следующей перемене Любина соседка вытащила главного хулигана на разговор в коридор, и он вернулся оттуда хмурым. Вот это номер! В Любиной душе зажёгся огонёк надежды.
Но на следующий день Лиля не пришла в школу, и всё вернулось на круги своя. Однако, у Любы появилась идея. Сначала она тлела слабой искоркой: страшно было обдумывать её всерьёз, но время шло и ничего не менялось. Стоило Лиле появиться в классе, как все становились паиньками, но потом защитница исчезала – и одноклассники нападали ещё злее. Канев, правда, в атаках больше не участвовал – просто игнорировал Любу – но девочки бесились, обвиняя её в том, что она прячется за спину оторвы Лили.
И Люба решилась. Однажды вечером, дождавшись папу с работы, она сказала:
– Я хочу пойти в секцию единоборств.
Он уронил ложку в суп, расплескав его по белой скатерти.
– Что-что? Кажется, я ослышался?
Люба покраснела, но решительно замотала головой.
– Я хочу научиться постоять за себя.
– У тебя для этого есть брат, – поспешно напомнила мама, заметив, как напряглись мышцы на папином лице.
– Младший, – отпарировала Люба. – Кто воспримет его всерьёз?
– А от кого тебе нужно защищаться? – уточнил папа, мрачнея на глазах.
Люба пожала плечами, хотя внутри её трясло:
– Мало ли что, я ведь из музыкалки вечером возвращаюсь. Пока светло, но скоро в это время будет уже темно…
Мама посмотрела на папу, в её глазах мелькнуло сомнение, что, может быть, это не такая уж глупая идея. Но папа отмахнулся:
– Ерунда! Здесь безопасно. Центральные улицы Адлера, освещение хорошее.
– Пап… пожалуйста! – взмолилась Люба шёпотом, но напрасно.
Папа только взбесился:
– Чёрта с два моя дочь будет кататься по татами с парнями! Пусть Сеня тебя встречает из музыкалки. Десять лет каратэ занимается, пусть кто-то попробует не принять его всерьёз!
Люба ушла к себе, не поужинав. Слёзы душили её. Неужели совсем ничего нельзя с этим поделать?!
Она так горячо молилась Иисусу и Богородице, чтобы её оставили в покое… Конечно, с христианской точки зрения, физическое насилие – это плохой выход, но иного Люба не видела. Да и не собиралась она никого калечить – только отпугнуть.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.