После перемещения в книгу я усыновил злодея

Глава 34. Угроза

К тому времени как Шэнь Юй вошел в забронированную комнату ресторана с воодушевленным руководителем филиала, его двоюродный брат уже с нетерпением ожидал их.

Шэнь Жун, одетый в строгий черный костюм, сидел лицом к двери, положив одну руку на стол, а в другой держа телефон.

Когда он услышал звук открывающейся двери, то поднял взгляд и холодно посмотрел на вошедших.

Несмотря на то, что на лице Шэнь Жуна не было никакого особого выражения, Шэнь Юй все еще чувствовал, что глаза его кузена были похожи на вонзающиеся в него ножи.

Шэнь Юй: «...»

С этим человеком будет трудно иметь дело.

Хотя молодой человек не знал, какое отношение к Шэнь Жуну исходило бы от первоначального владельца тела, но в соответствии с его высокомерной и безразличной природой, не было бы неправильно поддерживать равнодушное выражение лица.

Поэтому Шэнь Юй без выражения посмотрел на Шэнь Жуна.

Дядя Чжан, который катил инвалидное кресло, казалось, понимал мысли молодого хозяина. Он остановился у двери и не спешил продолжать движение.

Руководитель, вошедший в комнату, вскоре почувствовал тяжелую атмосферу и с недоумением нахмурился.

Кузены смотрели друг на друга долгое время, прежде чем Шэнь Жун под молчаливой просьбой руководителя отделения компании неохотно встал и медленно подошел к Шэнь Юй, прежде чем наконец остановился и снисходительно посмотрел на вновь прибывшего.

Как раз в тот момент, когда Шэнь Юй посчитал, что Шэнь Жун незамедлительно вернется на место, он увидел, как тот выдавил странную улыбку.

– Пожалуйста, брат Юй, – Шэнь Жун наклонился и жестом указал на стол.

Шэнь Юй вежливо улыбнулся в ответ и позволил дяде Чжану завести его в помещение.

Отдельная комната была не только большой по размеру, но и роскошной по своему оформлению. Общий вид и старинные фрески хорошо продуманы. Даже воздух наполнен особой приятной атмосферой.

Однако обеденная зона в комнате была небольшой: перед прямоугольным столом из красного дерева было только четыре места. Поэтому руководитель вызвал официанта принести еще один стул и сел в одиночестве в конце стола.

Шэнь Юй сидел рядом с Тан Ли, а дядя Чжан специально сел рядом с Шэнь Жуном. Что касается двух телохранителей, то руководитель филиала организовал их пребывание в соседней комнате.

С тех пор, как он сел на место, взгляд Шэнь Жуна не покидал Тан Ли, но внимание ребенка было полностью сосредоточено на Шэнь Юй, и он даже не взглянул на разглядывающего его.

Шэнь Жун в течение долгого времени ошеломленно пялился на Тан Ли, и в его горле застряло много слов.

Через некоторое время он посмотрел на Шэнь Юй.

– Брат Юй, на этот раз ты серьезен?

Шэнь Юй был занят перекладыванием овощей на тарелку Тан Ли, но когда услышал вопрос, то поднял голову и посмотрел на улыбающееся лицо Шэнь Жуна. В замешательстве он нахмурился.

– Серьезен в чем?

Глаза Шэнь Жуна вновь устремились в сторону Тан Ли и продолжали смотреть на его недружелюбное выражение лица.

– Я слышал, что ты намерен воспитать этого ребенка в качестве наследника семьи Шэнь.

В конце предложения Тан Ли неожиданно посмотрел на Шэнь Жуна.

На его лице не было никаких эмоций.

Но даже так Шэнь Юй, пробывший с Тан Ли так долго, мгновенно почувствовал всплеск тяжелой ауры, исходящей от тела ребенка.

Шэнь Жун не уклонялся от взгляда Тан Ли. Он оглянулся с улыбкой на лице и вдруг хлопнул в ладоши.

– Ах! Теперь, когда я думаю об этом, когда брат Юй не принимал чего-то всерьез? Он также очень серьезно относился к вопросу с Сяо Тин.

Как только это было произнесено, атмосфера за обеденным столом внезапно стала еще более напряжённой.

«Сяо Тин», упомянутая Шэнь Жуном, – это мисс Ду, Ду Пинтин.

Этот парень все еще хранит обиду.

Лица Шэнь Юй и Тан Ли были не очень благодушными. Дядя Чжан безучастно смотрел на Шэнь Жуна. Один лишь руководитель схватился за волосы, его взгляд безучастно блуждал между родственниками.

В это время братец продолжил:

– Разве я в чем-то не прав, брат Юй?

Как только голос затих, изначально неподвижный Тан Ли внезапно поднялся из-за обеденного стола.

Стул неприятно заскрипел о деревянный пол. В комнате, где тишина была почти ощутимой, этот скрип прозвучал очень пронзительно.

Внезапное действие Тан Ли потрясло Шэнь Жуна и руководителя. С удивлением они уставились на мальчика.

Глаза Тан Ли были полны трудно скрываемого отвращения. Он слегка прищурился и посмотрел прямо на Шэнь Жуна. Темная аура вокруг него почти обволокла все его тело.

Как только ребенок собирался сделать шаг, Шэнь Юй внезапно протянул руку и схватил его за запястье.

– Каштан, – позвал Шэнь Юй.

Тан Ли застыл. Машинально он развернулся к Шэнь Юй, и гнев в его глазах рассеялся с видимой невооруженным глазом скоростью.

– Что не так? – подняв уголки губ, улыбнулся Шэнь Юй. – Ты хочешь выйти в туалет?

Долгое время Тан Ли молчал. Казалось, он спокойно оценивал настроение Шэнь Юй. И с облегчением заметил, что произнесенные сейчас Шэнь Жуном слова не возымели на него абсолютно никакого действия.

– Да, – кивнул Тан Ли и затем подтвердил, – я хочу сходить в туалет.

Шэнь Юй улыбнулся и погладил голову Тан Ли.

– Пусть дядя Чжан отведет тебя туда.

Когда управляющий услышал его слова, то сразу же встал и вывел мальчика из комнаты.

Только когда молодой человек услышал, как дверь комнаты за его спиной захлопнулась, улыбка на лице Шэнь Юй исчезла. Он холодно посмотрел на Шэнь Жуна.

– Чего ты хочешь?

Кузен не ожидал, что Шэнь Юй будет настолько прямолинеен. Растерявшись на пару секунд, он притворился невиновным.

– Брат Юй, я просто шучу. Не принимай все всерьез.

Вспомнив кое-что после паузы, он лукаво ухмыльнулся.

– Кроме того, по сравнению с тем, что ты сделал девять лет назад, моя шутка на самом деле ничего не значит.

Столкнувшись с улыбающимся лицом братца, Шэнь Юй вообще не мог улыбаться:

– Кажется, ты все еще думаешь об этом.

Лицо Шэнь Жуна исказилось, казалось, он не мог поверить словам Шэнь Юй.

– Если бы ты был на моем месте, ты бы смог легко это забыть?

– Да, – ответил Шэнь Юй.

Шэнь Жун был безмерно удивлен, услышав мгновенный ответ. Затем, как капля черных чернил, падающих в чистую воду, ирония быстро распространилась по его лицу.

– Тебе так подходит твое имя. Ты бескорыстен в своей работе и не стесняешься в своих эмоциях, – Шэнь Жун с фальшивой улыбкой снисходительно поднял руку. – Так что же для тебя значит Сяо Тин? Была ли она бесполезным приобретением или трофеем, чтобы хвастаться передо мной?

– Ни то, ни другое, – твердо ответил Шэнь Юй. – Для тебя она предатель в ваших отношениях. Для меня она также предатель в наших отношениях.

Шэнь Жун подавился своими словами.

– Шэнь Жун, – Шэнь Юй произнес имя брата, – будь то для тебя или для Ду Пинтин, я сделал все возможное. Все мы взрослые. И должны научиться быть ответственными за свой выбор. Пожалуйста, оставь в стороне свое мнение, что весь этот мир будет помогать жертвам.

«...» Шэнь Жун молчал. Точнее, он был шокирован хорошо подвешенным языком Шэнь Юй.

Ему никогда и не снилось, что у того когда-нибудь будет такой красноречивый рот.

Это огромное отличие от ранее молчаливого Шэнь Юй.

Шэнь Юй, управляя инвалидной коляской, объехал вокруг стола и приблизился к Шэнь Жуну. Он улыбнулся и похлопал кузена по плечу. Он медленно наклонился к его уху и произнес:

– Я могу тебя терпеть, но не оспаривай мой выбор.