Страница 84 из 228
Позднескифские стены из рваного камня не уступали по прочности стенам античных городов. При хорошей подгонке и промазке камней они представляли собой мощную преграду для неприятеля.
Общественные здания открыты только при раскопках скифской столицы. Их архитектура свидетельствует о знакомстве скифов с античной строительной техникой.
Примером может служить большое парадное сооружение с двумя портиками (табл. 50, 1), построенное в III в. до н. э. напротив главных (южных) ворот Неаполя и оформлявшее въезд в город (Карасев А.Н., 1951, с. 167–169; 1953, с. 82). Цоколь портиков был облицован положенными насухо рустованными квадрами. Прямоугольные столбы завершались известняковыми дорическими капителями. Вероятно, в портиках стояли статуи, бронзовые и мраморные. Судя по найденному там же мраморному постаменту с греческой надписью, при въезде в город стояла конная статуя царя Скилура.
Для позднескифских общественных сооружений особенно характерен мегарон — тип здания, состоящего из большого зала и сеней. Четыре таких здания (табл. 50, 3–6) раскопаны в Неаполе (Шульц П.Н., 1971а, с. 135, 136, рис. 2). Особо выделяется большое, очевидно, культовое здание А в северной части городища (табл. 50, 6). Оно существовало со II–I вв. до н. э. по II–III вв. н. э. Большой зал его имел размеры 13×7 м. В центре находился круглый глинобитный очаг, окруженный столбами. Крыша была черепичной, стены оштукатурены и украшены декоративной росписью, выполненной во фресковой технике. Роспись главного зала полностью реконструирована (Яценко И.В., 1960). Фрески датируются первой половиной II в. н. э. Они исполнены греческим художником в канонах боспорских декоративных росписей и имеют вместе с тем черты, широко распространенные в росписях зданий европейских римских провинций. Фресковая роспись общественного здания, открытая в скифской столице, чрезвычайно важна для представления о декоре зданий Северного Причерноморья вообще. Здание А с фресковой росписью античного типа во II в. н. э. было использовано скифами как святилище. В нем обнаружено около 200 граффити, процарапанных острием по сухой штукатурке, поверх росписи, очень низко от пола (табл. 51, 31). Граффити, судя по сюжету (сочетание изображений людей и лошадей с тамгообразными знаками), имели культовое, магическое значение (Дашевская О.Д., 1962).
В Неаполе открыто еще несколько культовых зданий. Интересно пригородное здание Е (табл. 50, 5) I в. до н. э. — I в. н. э. с прямоугольным жертвенником в центре, окруженным четырьмя столбами, поддерживавшими кровлю со свето-дымовым отверстием; в здании обнаружены антропоморфные примитивные глиняные статуэтки, а также яма, наполненная костями барана (Маликов В.М., 1961; Шульц П.Н., 1969, с. 120 сл.). Культовыми местами на поселениях поздних скифов Крыма иногда служили подобные ямки, в которые клали жертвенное мясо (барана) и сосуд.
В двух пещерах в отвесной скале Ак-Кая близ Белогорска высечено множество тамгообразных знаков. Пещеры могли быть местными святилищами (Соломоник Э.И., 1959, № 57, 58). Попутно отметим, что накопилось много данных о применении тамгообразных знаков поздними скифами (Соломоник Э.И., 1959; Драчук В.С., 1975). Наличие у крымских скифов ряда сложных знаков, совпадающих со знаками на памятниках сарматской культуры, свидетельствует о заимствовании.
Для жилой архитектуры крымских скифов типичны каменные строения — чаще всего небольшие одноэтажные здания, состоящие из одного или нескольких помещений (табл. 50, 2, 7-14), прямоугольные, но обычно с отклонениями (некоторая трапециевидность плана, кривизна стен, закругленность углов). Жилые здания строились из рваного грубо обколотого камня на глиняном растворе, иногда верхние части стен выкладывались из сырцового кирпича. Некоторые здания частично углублены в землю (или скалу). Полы были глиняные и часто с зольными прослойками (для утепления и гидроизоляции). Дома имели глинобитные или камышовые крыши, изредка — из античной черепицы. Кровля поддерживалась деревянными столбами. Изнутри стены обмазывались глиной, а в самых богатых домах облицовывались цветной штукатуркой. Дома отапливались глиняными или каменными очагами. Встречаются вмазанные в пол глиняные жаровни для выпечки лепешек. Наиболее богатое трехкомнатное здание II в. до н. э. (табл. 50, 8) открыто в южной части городища Неаполь (Карасев А.Н., 1953, с. 79–82). Общие размеры его в плане 20,40×6,50 м. Каменный цоколь сложен в основном из необработанного камня. С внешней стороны в кладку введены массивные обтесанные блоки, на верхней плоскости которых сделаны неглубокие прямоугольные вырубки для вертикальных балок деревянного каркаса здания. На цоколе были возведены стены из сырцовых кирпичей. Крыша была черепичная, пол земляной. В двух жилых комнатах, западной и средней, сохранились незначительные остатки овальных очагов из мелкого камня. Восточная комната была парадной. Ее сырцовые стены покрыты цветной штукатуркой, не уступающей по качеству античной, преимущественно красной, а также желтой, белой, зеленой, синей, черной и расписной (Шульц П.Н., 1957, с. 70, 71, рис. 5). Мотивы орнамента последней заимствованы из стенной росписи здании античных городов Северного Причерноморья.
Свои особенности имеют каменные дома II в. до н. э. — I в. н. э. в северо-западном Крыму. Все они построены на греческом культурном слое. Дома чаще всего многокомнатные, иногда двухэтажные. Нижний ряд часто возводился в виде двух панцирей из плоских поставленных на ребро больших камней с забутовкой из мелкого камня, а последующие ряды — из камня средней величины на глиняном растворе. В хозяйственных помещениях по углам сделаны секторные или прямоугольные загородки из каменных плит.
Особенно хорошо представленные на городище Чайка (Карасев А.Н., 1963, 1965; Яценко И.В., 1970, 1983) жилые кварталы отличаются тем, что жилищно-хозяйственные комплексы, состоящие из трех-четырех помещений, пристроены к оборонительной стене. Непосредственно к ней примыкает одно из помещений каждого комплекса. Комплексы отделены друг от друга поперечными по отношению к оборонительной стенами. Полы чаще всего находились ниже уровня улицы, и в дома приходилось спускаться по каменным лесенкам из двух-трех ступенек. Жилые комнаты имели глинобитные полы, а кладовые и подсобные помещения — каменные вымостки. Прослеживаются перестройки скифских помещений: уровень дневной поверхности постепенно поднимается, происходит значительная перепланировка. Некоторые помещения превращаются в подвальные, их дверные проемы закладываются камнем.
Для Южно-Донузлавского городища в более позднее время чрезвычайно характерно использование ранних жилищ путем пристройки новых стен к еще сохранившимся старым (Дашевская О.Д., 1967). То же наблюдается и на Беляусе, причем сначала, во II в. до н. э., скифы просто используют для жилья помещения греческих усадеб (в том числе и башни), затем производят перепланировку этих помещений, а позже, с I в. до н. э., застраивают внутренний двор усадьбы, превращенный ими сначала в огромный зольник.
Для строительства позднейших каменных домов Неаполя (II–III вв. н. э.) вторично использовался тесаный камень более ранних построек в кладке степ из рваного камня (Карасев А.Н., 1953). Это чаще всего однокомнатные полуподвальные, а также двухкомнатные здания.
Юрты бытовали на позднескифских поселениях Крыма с III в. до н. э. по I в. н. э. Две юрты III в. до н. э. раскопаны в Неаполе. Их диаметр 2,20-2,30 м. Глинобитный пол был окаймлен поставленными на ребро плоскими камнями, а снаружи — сырцовыми кирпичами (Карасев А.Н., 1950, с. 182, рис. 5).
Юрта Кара-Тобе I в. н. э. диаметром 3,60 м имела подобное же устройство. За ее ограждением прослежены два ряда наклонных углублений для шестов, что позволяет предполагать двойное перекрытие (Шульц П.Н., 1941, с. 274, 275). К тому же времени относится юрта на селище, примыкающем к Южно-Донузлавскому городищу (Дашевская О.Д., 1967, с. 69, рис. 20). Каркас ее состоял из прутьев, обмазанных глиной. Этот примитивный тип жилища является, видимо, пережитком кочевого образа жизни. Юрта воспроизведена в нишах неапольского склепа 9 (см. ниже) и в росписи боспорского склепа Анфестерия (Ростовцев М.И., 1913–1914, табл. LI).