Страница 98 из 155
Можно предполагать, что в состав южноуральских савроматов вошла часть загадочных исседонов, территория которых, а тем более археологическая культура, нам пока почти не известны. Исседоны жили по соседству с массагетами, «напротив», возможно, к северу от них (Геродот, I, 201). Вероятно, их прямые предки скрываются среди носителей одной из культур конца эпохи бронзы, возникших на базе андроновской культурной общности. Где бы ни жили эти ранние исседоны — к востоку или северу от своих соседей массагетов, — они как отдельное самостоятельное племя или, скорее, большая группа племен не занимала степные районы Южного Приуралья.
Свидетельства Геродота (IV, 22, 23) о восточных скифах, отделившихся от царских и поселившихся в каменистой и неровной стране, послужили для некоторых исследователей основанием поместить этих скифов-отщепенцев в предгорных районах Южного Урала. Еще В.Ф. Миллер видел в восточных скифах не отщепенцев, а часть основной орды царских скифов, древнейшим местопребыванием которой, по его мнению, были предгорья Урала[885]. Близкой точки зрения раньше придерживался Б.Н. Граков. Он рассматривал заволжские и приуральские погребения как памятники племен скифского происхождения, появившихся здесь в результате скифской миграции[886].
Однако по свидетельствам Геродота определить страну скифов-отщепенцев трудно. Недаром одни ученые помещали их в Приуралье, другие — значительно восточнее, вплоть до верховий Иртыша[887]. Поэтому я смотрю отрицательно на попытку связать хотя бы какую-то часть южноуральских кочевников со скифами-отщепенцами.
Вероятно, в среде южноуральских савроматов находились некоторые из племен, чьи имена позднее стали известны греко-римским писателям. В первую очередь и вполне определенно можно говорить об аорсах. Центр их во II в. до н. э. находился в Северном Прикаспии. Это, надо полагать, и были верхние аорсы Страбона, часть которых составляли аорсы предкавказских равнин. Именно в южноуральской среде савроматов очень рано вызревают черты общесарматской прохоровской культуры IV–II вв. до н. э. Она распространилась со второй половины IV в. до н. э. и в степном Поволжье, южные районы которого, безусловно, в конце I тысячелетия до н. э. были заселены аорсами.
Если я прав, определяя основную массу диагональных погребений как погребения роксолан, то родоначальников роксоланского союза следует искать где-то на Урале или даже восточнее, ибо древнейшие диагональные погребения V–III вв. до н. э. стали теперь известны в бассейнах рек Урал и Илек и в низовьях р. Сыр-Дарья.
Глава шестая
Особенности общественного строя савроматов
Родо-племенной строй савроматов отличался от общественного устройства пастушеских племен эпохи бронзы. Подвижные группы воинственных савроматов постоянно добровольно или насильственно включали в свой состав новых членов. Родо-племенные отношения степных скотоводов сохранились, однако резкий рост производительных сил, вызванный широким употреблением железа и переходом к кочевому и полукочевому скотоводству[888], продвинул савроматов на новую ступень общественного развития.
В результате крупных племенных передвижений и постоянных войн, конкретная история которых нам не ясна из-за отсутствия надежных письменных источников, состав родовых групп сильно изменился. Очевидно, уцелевшие в этих войнах старые родовые группы эпохи бронзы перемешались с новыми родами, о чем ярко свидетельствует примесь андроновского антропологического типа в памятниках Поволжья, а также иной характер погребальных памятников в отдельных могильниках савроматского времени.
В начале савроматской эпохи еще были живучи традиции эпохи бронзы. Видно, не случайно ранняя быковская группа савроматских погребений, принадлежавшая бедному роду, обнаружена на кладбище носителей срубной культуры. Население хоронило здесь своих умерших на старом родовом кладбище, соблюдая некоторые старые традиции. Так, захоронения здесь устраивали в насыпях; ставили туда очень бедный инвентарь; иногда покойникам подгибали ноги; продолжали лепить посуду, еще очень близкую по технике производства и особенно по форме местным сосудам срубной культуры. Подобные примеры могут быть умножены, но я специально остановился на быковских курганах, которые мы исследовали полностью, получив поэтому наиболее яркую картину.
Интересную курганную группу представляют «Царские могильницы» у с. Горная Пролейка (рис. 5, 1). Небольшие курганы с каменными насыпями, принадлежавшие рядовому населению, сосредоточены около двух больших каменных курганов, под которыми, вероятно, были погребены родовые старейшины. И.В. Синицын наблюдал во всех раскопанных каменных курганах удивительно однообразный и устойчивый погребальный обряд с элементами, свойственными обряду андроновской культуры (каменные насыпи, западная ориентировка)[889]. Здесь хоронила своих покойников единая семейно-родовая группа, скорее всего, восточного происхождения. Среди небогатого инвентаря обнаружено медное зеркало, судя по составу металла и форме, также южноуральского происхождения (рис. 12, 5).
В большинстве случаев, когда раскапывают целиком или почти целиком курганный могильник, обнаруживают компактные группы погребений савроматского времени. Их можно рассматривать как погребения одного рода или частей его, состоявших из отдельных семей.
Если с этой точки зрения подходить к каждой исследованной курганной группе, то можно сделать вывод, что в начале железного века в составе населения степей Поволжья и Приуралья произошли значительные изменения по сравнению с эпохой бронзы. Население как будто бы уменьшилось или, вернее, рассредоточилось по всей степи, заняв и ее глубинные, маловодные районы. Родовые группы стали меньше и в их составе резче выступают социальные и имущественные различия. Одни группы, например, быковская, состоят из довольно однообразных «бедных» погребений, принадлежавших небогатому роду или семье. Другие группы оставлены богатыми савроматами, как, например, более поздние курганы могильника Пятимары I и курганы у с. Покровка на р. Илек. Чаще всего в курганных группах погребения различаются по размеру и по разной степени оборудования могил, по богатству погребального инвентаря одного и того же времени. Следовательно, в большинстве случаев наблюдается процесс не столько разделения родовых групп на богатые и бедные, сколько выделения из состава одной семейно-родовой группы людей, занимавших особое общественное положение и обладавших большим материальным богатством, чем их сородичи.
В савроматском обществе род продолжал составлять основу общественного порядка, однако влияние на общественный строй прежних уз родства постепенно ослабевало. Возникает частная собственность, проявляются различия в богатстве и усиливается обмен, как между родственными племенами, так и далеко за пределами савроматской территории. Создается возможность пользоваться чужой рабочей силой, т. е. складываются условия для возникновения классовых противоречий[890].
Вследствие подвижного образа жизни савроматов, да и по ограниченности археологических и тем более письменных данных, мы не можем определить четкие границы расселения отдельных родов и племен. Судя по топографии могильников и специфическим погребальным признакам на определенной территории, можно все же сделать вывод, что отдельные родо-племенные образования занимали довольно ограниченные районы степей, где протекали большие или мелкие реки, а их постоянные кочевья ограничивались пространством приблизительно от 100 до 400 км[891]. Отдаленные откочевки, вероятно, предпринимали наиболее могущественные роды или богатые семьи, обладавшие большим количеством скота.
885
Миллер В.Ф. Осетинские этюды, т. III, стр. 122.
886
Grakov B. Monuments de la culture scythique…, стр. 61.
887
Mi
888
Смирнов К.Ф. Производство и характер хозяйства ранних сарматов. — СА, 1964, № 3 (в печати).
889
Синицын И.В. Археологические памятники у с. Пролейки. — Ученые записки СГУ, т. XLVII, вып. исторический. Харьков, 1956, стр. 207–232.
890
Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения, т. 21, стр. 26.
891
Смирнов К.Ф. Производство и характер хозяйства…