Страница 91 из 155
Напомню, что у савроматов заволжских степей открыты две основные формы трупосожжений на месте: подкурганное сожжение на древнем горизонте и обожжение трупа в грунтовой могиле (рис. 58). Обе формы известны и в эпоху бронзы на Волжском правобережье, в Куйбышевском и Волгоградском Заволжье. В Южном Приуралье, включая бассейн р. Бузулук, савроматских трупосожжений заметно больше, а их формы разнообразнее. Здесь же обнаружено одно достоверное трупосожжение на стороне (группа Пятимары I, курган 5), т. е. такое, какие были у андроновцев.
Наконец, господствующие формы грунтовых могил на всей территории волжско-уральских савроматов раннего периода мало чем отличаются от форм срубно-андроновских погребений. Прежде всего, нужно назвать обширные прямоугольные, иногда почти квадратные могилы, характерные для наиболее знатных представителей родов срубно-андроновского и савроматского населения, а также овальные и реже круглые могилы. Очень близки между собой и плоские деревянные перекрытия, состоящие из поперечно положенных в виде накатника стволов, плах, горбылей, досок или хвороста, часто прикрытых сверху еще травой. Как было отмечено в главе о погребальном обряде, в богатых погребениях савроматского времени открыты различные деревянные прямоугольные сооружения, построенные вокруг могилы на древнем горизонте и имитирующие жилища. Почти тождественные сооружения мы встречаем над некоторыми погребениями срубной культуры Саратовского Поволжья. Особенно близки савроматским (рис. 8, 2) деревянные сооружения, устроенные над погребениями с трупосожжениями в кургане G 2 у с. Меркель (Макаровка)[818] и у с. Одоевщина[819]. В обоих случаях эти наземные сооружения из дубовых стволов, полустволов и горбылей образовывали квадратную раму, каждая сторона которой состояла из нескольких бревен, лежащих параллельно, иногда на разных уровнях. Первоначально это, вероятно, были постройки в виде сруба с отвесными или наклонными к центру стенками — нечто вроде усеченной пирамиды. Почти аналогичную картину наблюдал И.П. Горизонтов в кургане переходного времени у Саратова[820]. Очень близки описанным выше сооружениям срубной культуры сооружения из березовых стволов в савроматских курганах у сел Усатово (Экхейм) и Боаро (Бородаевка) (рис. 7, 1, 2, 4).
Интересны надмогильные деревянные прямоугольные сооружения, обнаруженные Н.Я. Мерпертом в Куйбышевском Заволжье, в курганах срубной культуры у сел Ягодное и Кайбелы[821]. Они, как и савроматские, были устроены над могилами на древнем горизонте и выходили далеко за пределы контуров могил, а их плоские накатники состояли из бревен, положенных в два слоя вдоль и поперек. В ряде случаев их укрепляли или поддерживали столбы. Близкую картину представляли надмогильные сооружения в больших савроматских курганах у г. Ленинск на р. Ахтуба и даже в некоторых курганах на р. Илек, особенно в группе Пятимары I (см. главу III). В кургане 23 у с. Кайбелы, откуда происходят описанные выше трупосожжения, центральное погребение 38 находилось в большом почти квадратном (3×3,5 м) срубе, состоявшем из двух венцов толстых дубовых бревен[822]; сверху он был сплошь перекрыт горбылями. Этому сооружению очень близко сооружение кургана 8 могильника Пятимары I (рис. 25).
В савроматском кургане Елга бревенчатый накат обрамлял грунтовую могилу кольцом. Так же, по кругу, располагались бревна в насыпи известного Комаровского кургана 5 в Самарской луке, сооруженного над погребением срубной культуры с захоронением коня с костяными псалиями[823].
Наконец, бревенчатая рама, перекрытая сверху дубовыми плахами, над могилой срубной культуры у с. Горная Пролейка (вторая группа урочища Бердеевская гора, курган 2, погребение 1)[824] почти тождественна сооружению на древнем горизонте савроматского погребения V в. до н. э. в кургане 5 у слободы Владимировская на Дону.
Некоторые поволжские погребения срубной культуры, где отдельные черты обряда сходни с савроматским, напоминают большие савроматские могилы типа Блюменфельдского кургана А 12 по форме могилы и пышности захоронений. Примером может служить погребение в кургане 11 у с. Скатовка на левом берегу Волги в Саратовской обл.[825] Как и в Блюменфельдском кургане, здесь вырыли большую грунтовую прямоугольную яму (3×4,5 м), ориентированную в широтном направлении; мощный бревенчатый накатник был сооружен из 16 толстых бревен, положенных поперек могилы; несколько покойников были положены на травянистую подстилку; в погребении поместили необычайное для других погребений этого времени количество жертвенных животных (черепа и кости ног двух коров и трех овец) и богатый погребальный инвентарь, в том числе оружие (деревянный лук и кремневые наконечники стрел в кожаном колчане). Основной покойник этой могилы лежал на левом боку лицом и грудью вниз со слегка подогнутыми ногами головой на северо-восток, причем сопровождавшие его костяки детей лежали в вытянутом положении на спине головами на юго-запад. В головах у главного покойника лежал кусок серой глины, что также заставляет вспомнить черту савроматского обряда — положение в могилу кусков мела или белой глины. Близки скатовскому погребению по обширности могил с мощным деревянным перекрытием и богатству инвентаря погребения у с. Краснополье с костяными псалиями (курган 2, погребение 4), у с. Новая Молчановка (курган 1, погребение 3)[826] и ряд богатых погребений могильника у г. Энгельс.
Таким образом, в деталях захоронений знатных людей из племен срубной культуры и савроматов Волги мы видим много общего, что свидетельствует о сходстве их представлений о загробной жизни.
До сих пор мы говорили о тех отдельных элементах погребального обряда у племен степной бронзы, преимущественно срубной культуры Волги, которые находят или частичное, или полное соответствие в погребальных обычаях савроматов. Эти соответствия могут показаться случайными, ибо они разрознены. Возможно, некоторые из них действительно случайны, что можно будет подтвердить или отвергнуть только после накопления нового археологического материала. Однако закономерность и генетическая связь большинства из этих сходных явлений станет более убедительной, если мы обратимся к выделенным выше переходным погребениям, которые в основном уже отражают новый обряд. Показательно, что в деталях обряда или в инвентаре сохраняются многие пережитки предшествующей эпохи, а некоторые погребения по обряду почти не отличаются от погребений срубной культуры (см. главу II).
Среди переходных погребений, как и среди погребений с сильно скорченными костяками конца эпохи бронзы, преобладают впускные в курганы срубной культуры. Вероятно, население, которому принадлежали эти впускные могилы, сохраняло еще связь с древними родовыми кладбищами. Наиболее выразительная группа таких погребений (всего 11) обнаружена в первой Быковской группе курганов, значительная часть которых возникла в эпоху срубной культуры и связана с поселениями той же культуры, предварительно исследованными в 1955 г. Т.Б. Поповой и Н.В. Трубниковой[827]. Характерна западная ориентировка погребенных, у которых подогнуты ноги; покойники чаще всего положены на спину или на правый, реже на левый бок; в могилах обычны кости барана, угольки, изредка меловая посыпка дна (рис. 2, 4–7; 3, 1–3). Значительная часть этих могил лишена инвентаря; поставленные иногда в могилы глиняные горшки типологически и по характеру глины и обработки сходны с сосудами срубной культуры (рис. 62, 5, 6).
818
Синицын И.В. Археологические раскопки на территории Нижнего Поволжья, стр. 73, рис. 46.
819
Орехов В.Ф. Раскопки двух курганов при с. Одоевщине…, стр. 134, рис. 3.
820
Горизонтов И.П. Раскопки кургана близ г. Саратова. — Труды СУАК, вып. 24, 1908.
821
Мерперт Н.Я. Материалы по археологии Среднего Заволжья, стр. 47, 70, рис. 15, стр. 71; он же, Из древнейшей истории…, стр. 90, 91, рис. 5; стр. 93, 95–98, рис. 7, 7А, 8, 1.
822
Мерперт Н.Я. Из древнейшей истории…, стр. 95.
823
Алихова А.Е. Курганы эпохи бронзы у с. Комаровки, стр. 91, 92, рис. 34, 35.
824
Синицын И.В. Археологические памятники у с. Пролейки. — Ученые записки СГУ, т. XLVII, вып. исторический. Харьков, 1956, стр. 218.
825
Синицын И.В. Археологические исследования Заволжского отряда (1951–1953 гг.). — МИА, № 60, 1959, стр. 166–169, рис. 59.
826
Синицын И.В. Археологические исследования Заволжского отряда (1951–1953 гг.), стр. 157; он же, Древние памятники в низовьях Еруслана (по раскопкам 1954–1955 гг.). — МИА, № 78, 1960, стр. 130.
827
Попова Т.Б. Памятники срубной культуры…, стр. 269–281.