Страница 22 из 155
В 1927 г. местным землеустроителем был раскопан один из курганов в урочище Лапасина близ того же с. Любимовка, а вещи были доставлены в Саратовский музей (№ 1147, рис. 15, 3). Среди них имеются каменный овальный алтарик на четырех ножках, тождественный алтарику из хут. Крыловский (рис. 15, 1д), и горшочек грушевидной формы с плоским дном, узким горлом и оригинальным налепным орнаментом. Подобная форма сосуда, как мы отметили выше, типична для поволжских погребений V в. до н. э. Горшки тождественных форм, но без орнамента, известны в других приуральских погребениях, датированных по наконечникам стрел ранним V в. до н. э.
Менее определенна дата савроматского коллективного трупосожжения в кургане у с. Осьмушкино (рис. 15, 2). Обряд трупосожжения, совершенного на месте, чаще всего встречается у савроматов V в. до н. э. В могиле найдены только меч и две стеклянные бусины. Меч имеет антенное навершие, характерное для акинаков V в. до н. э., а по ширине клинка и перекрестью в виде сломанного под тупым углом бруска он ближе стоит к савроматским мечам раннего IV в. до н. э. Глазчатая бусина датируется широко, но чаще бусины этого типа встречаются в погребениях раннепрохоровской культуры. По-видимому, это погребение относится к концу V в. до н. э.
В бассейне южного Урала и его притоков выделяются наиболее интересные группы погребений с богатым инвентарем. Одни из них отличаются рядом особенностей погребального обряда и инвентарем, которые почти совпадают с обрядом и инвентарем приуральских погребений VI в. до н. э. (у пос. Черниговский, у с. Преображенка и у Биш-Обы под Орском), и могут быть отнесены к рубежу VI–V вв. до н. э., в крайнем случае — ко времени не позднее первой половины V в. до н. э. Другие содержат комплексы наконечников стрел и иные признаки, получившие свое развитие в IV в. до н. э., в период формирования прохоровской культуры, а поэтому, вероятно, относятся ко второй половине V в. до н. э.
Из погребений, расположенных в районе Оренбурга по берегам р. Урал, мы можем с уверенностью отнести к V в. до н. э. шесть савроматских могил. Среди савроматских погребений на Бердинской горе наиболее ранним является погребение с конем в кургане 5 (рис. 16, 3). Погребение датируется комплексом стрел, железным акинаком с волютообразным навершием и горшком грушевидной формы. Особенно интересны стрелы, характерные для V в. до н. э., среди которых выделяются наконечники с выступающей втулкой и массивной трехгранной сводчатой головкой. Они появились еще в VI в. до н. э., судя по находкам в курганах у с. Преображенка (Елга) и у пос. Черниговский, и еще ярче представлены в погребениях рубежа VI–V вв. до н. э., таких, как у с. Сара и в урочище Мечет-Сай (см. ниже).
В урочище Бис-Оба у пос. Благословенский к одной хронологической группе относятся курганы 1, 2, 7 и 8. В кургане 8 представлены две наиболее характерные для V в. до н. э. формы бронзовых наконечников стрел: массивные трехлопастные сводчатые с выступающей и внутренней втулками и острыми, низко опущенными шипами (рис. 15, 5б). Здесь же найдены обломок каменного жертвенника круглой или овальной формы, с плоским дном, возможно, без ножек (рис. 15, 5в), железный двудырчатый псалий (рис. 15, 5г) и черепки грубого лепного горшка грушевидной формы (рис. 15, 5а). Обломок жертвенника по форме и материалу (серый песчаник) тождествен обломку жертвенника из Комаровского кургана (рис. 75, 11). То же можно сказать и о стрелах с выступающей втулкой из обоих курганов. Бисобинский курган был правильно датирован Б.Н. Граковым по стрелам периодом в пределах V в. до н. э.[224] В ограбленном кургане 2 найдены лишь обломки горшка, который по форме, составу глины, цвету и обработке поверхности (рис. 65, 17) идентичен горшку из кургана 8. Покойник в кургане 2 подвергся действию огня. По обряду обожжения трупа Б.Н. Граков отнес это погребение к началу прохоровской культуры[225]. Однако подобный обряд существовал на всем протяжении савроматского времени. Находки горшков дают нам право хронологически сблизить оба описанных погребения, присоединив к ним и погребение 2 в кургане 1, тождественное погребению кургана 2 по форме могильной ямы (овальная) и обряду сожжения или обожжения покойника, истоки которого уходят в глубь эпохи бронзы.
Б.Н. Граков склонен всю группу бисобинских погребений отнести к позднему времени блюменфельдской культуры[226], ссылаясь, кроме отмеченного огненного ритуала, на находку в кургане 7 большого бронзового зеркала с широкой пластинчатой ручкой (рис. 15, 4а). Действительно, зеркала этого типа известны в ранних погребениях прохоровской культуры, но они часто встречаются, как я уже отмечал, и в погребениях V и даже VI вв. до н. э. Кроме того, найденный здесь круглый каменный жертвенник на трех ножках, оформленных в виде тупорылых и ушастых звериных морд (рис. 15, 4б), очень близок каменному жертвеннику из кургана у пос. Черниговский (рис. 9, 1л). Учитывая всю сумму данных, вряд ли можно датировать бисобинские курганы временем позднее второй половины V в. до н. э.
Ножки каменного алтарика того же типа найдены в случайно разрытом в 1909 г. погребении на Маячной горе в Оренбурге (рис. 74, 11). Здесь же обнаружены целый круглый трехногий алтарь с рельефным орнаментом по бортику и на ножках (рис. 74, 13) и лепной кувшин грушевидной формы с петельчатой ручкой (рис. 66, 16). Возможно, это — один комплекс, относящийся ко времени бисобинских курганов.
Пожалуй, самой интересной группой южноуральских погребений V в. до н. э. являются курганы бассейна р. Илек, на участке от с. Покровка до Актюбинска.
Два кургана около с. Покровка (рис. 16, 1, 2), разрытые кладоискателями и доследованные И.А. Кастанье в 1911 г., хорошо известны в археологической литературе. На основании ахеменидской печати и золотых вещей из кургана 2 М.И. Ростовцев первоначально датировал покровские курганы VI–V вв. до н. э.[227] В дальнейшем он указал более сжатую дату — пределы V в. до н. э.[228] П.Д. Рау на основании всего комплекса инвентарей покровских курганов отнес их к тому же времени (втульчатые наконечники кургана 2 примыкают к группе стрел из Соболевского кургана)[229], Б.Н. Граков — к началу V в. до н. э.[230] По существу все исследователи приходят к единодушному мнению о времени возникновения покровских курганов. Я также склонен отнести оба покровских кургана к раннему V в. до н. э. Печать из второго кургана представляет раннеахеменидский импорт (рис. 16, 2б); вещи местного производства соответствуют раннему V в. до н. э. — таковы бронзовые наконечники стрел (рис. 16, 2а) и бронзовое зеркало (рис. 16, 1д), тождественное зеркалам тарабутакских курганов, речь о которых пойдет ниже. В составе уздечного набора из первого кургана имеются продолговатые и круглые бляхи с орлиными головами (рис. 16, 1а, б), аналогичные по стилю уздечным бляхам кургана у пос. Черниговский (рис. 9, 1е) и целой серии бляшек с таким же оформлением из ряда южноуральских погребений V в. до н. э.
В Тарабутакском могильнике Оренбургская экспедиция 1957 г. исследовала три кургана, в которых обнаружено шесть савроматских погребений. Безусловно, рубежом VI–V или ранним V в. до н. э. датируются основные погребения в курганах 2 и 3, расположенных рядом друг с другом. В обеих могилах захоронены богатые женщины-жрицы с каменными алтариками, ориентированные, как обычно для савроматов, головами на запад (рис. 17, 1; 18, 1–3). Четырехугольный алтарь на четырех круглых ножках без орнамента из кургана 2 (рис. 18, 4) аналогичен алтарю из кургана VI в. до н. э. урочища Горбатый мост (рис. 8, 6а). В наборе бусин, составляющих ожерелье, имеются шпульковидные и цилиндрические бусины из стекловидной пасты с глянцевитой поверхностью и топорикообразные подвески из того же материала (рис. 17, 10, 11; 18, 8). Совершенно такие же бусины имеются в кургане Биш-Оба (рис. 10, 1г); шпульковидная бусина найдена и в основном погребении рубежа VI–V вв. до н. э. мечетсайского кургана 2 (рис. 21, 1б), дату которого я обосновываю уздечным набором и стрелами (см. ниже). Золотые полые бусины (рис. 17, 9; 18, 8) соответствуют шаровидным золотым бусинам из второго покровского кургана (рис. 16, 2м). Железные двудырчатые псалии (рис. 19, 1к, л) не позволяют отодвигать дату основного погребения кургана 2 в глубь VI в. до н. э. Такие же стержневидные псалии найдены и в туяхтинском кургане V в. до н. э.[231] Найденные в тарабутакском кургане две железные обоймы с полусферическим верхом от уздечных ремней тождественны подобным предметам из мечетсайского кургана (рис. 19, 1и; 21, 1ф). В обоих курганах оказались кучки обожженных галек. Бронзовое зеркало с коротким плоским черешком и двумя отверстиями на нем для прикрепления деревянной или костяной ручки (рис. 18, 7) аналогично зеркалу из второго покровского кургана (рис. 16, 1д). Наконец, среди лепной керамики основной могилы в кургане 2 Тара-Бутака имеется типичный для савроматов V в. до н. э. горшок с яйцевидным, почти биконическим, туловом (рис. 18, 5). На первый взгляд кажется, что нет ничего общего в погребальном обряде обоих тарабутакских курганов. В кургане 2 погребение было совершено в большой грунтовой могиле, перекрытой березовым накатником, а сама покойница лежала почти по диагонали деревянной рамы, составляющей основу гробовища, покрытого тростником (рис. 18, 3). В кургане 3 женщина была погребена непосредственно на древнем горизонте (рис. 17, 1). В действительности многие детали обряда поразительно сходны, не говоря уже о том, что над обоими погребениями были воздвигнуты интересные деревянные сооружения (рис. 17, 1; 18, 1). Тождествен и подбор инвентаря: каменные жертвенники с кусками соснового дерева на их поверхности, ожерелья с золотыми и сердоликовыми бусинами, одинаковый набор туалетных предметов и красящих веществ разного цвета, зеркала, пряслица, грубые лепные горшки; в кургане 3 лишь отсутствуют предметы конского снаряжения и обожженные гальки. В самих формах вещей имеются полные параллели: одинаковы бронзовые зеркала (рис. 17, 12; 18, 3). в состав обоих ожерелий входят полые золотые бусины шаровидной формы, мелкие цилиндрические и зонные бусины из блестящей голубой и зеленоватой пасты (рис. 17, 9, 10; 18, 8), тождественные топорикообразные подвески (рис. 17, 11). Все формы пастовых бусин, найденных в Биш-Обе (рис. 10, 1г), известны в обоих тарабутакских погребениях; кроме того, подбор туалетных предметов с красками различных цветов также соответствует туалетному набору Биш-Обы.
224
Граков Б.Н. Пережитки матриархата у сарматов, стр. 107.
225
Граков Б.Н. Пережитки матриархата у сарматов, стр. 106.
226
Там же, стр. 107.
227
Ростовцев М.И. Курганные находки…, стр. 23, 24.
228
Rostovtzeff M. Iranians and Greeks…, стр. 124.
229
Rau P. Die Gräber der frühen Eisenzeit…, стр. 46.
230
Grakov B. Monuments de la culture scythique…, стр. 60.
231
Киселев С.В. Алтай и скифское время. — ВДИ, 1947, № 2, стр. 157 и сл., рис. 166.