Страница 6 из 16
«А сейчас? Очень хочется».
«Ай, можно!»
Глаза Лорин округлились. Она покачнулась, начала заваливаться на спину. Я с трудом успела ее поймать.
«Ты что сделал?!»
«Ментально ударил. Ты разрешила, мой человек. Я пока ничего другого не умею».
«Тогда почему в тех парней горшками бросался?»
«Потому что они пытались оторвать моему человеку руки. Человек, почему ты задаешь странные вопросы?»
«А ментально ударить в них не мог?»
«Ты запретила вмешиваться».
«Как деревья на них валить – значит, не вмешивался?»
«Так колдовством не вмешиваться, про остальное ты не говорила».
Я с трудом сдержалась, чтобы не ударить себя по лбу. С воюном точно не будет скучно. Или одежду съест, или кучу где-нибудь навалит. Невидимую!
– Лорин, – потрясла я девушку, и она часто заморгала.
Аристократка пришла в себя, стала выбираться из моих рук, будто из трясины. Перевела дыхание, поправила жилет, юбку, пригладила волосы и резко повернула ко мне голову. И что ей сказать? Я ментальным колдовством не обладала.
– А если сипряд невидим, запах от него будет?
– Ты снова за свое?
«Будет, я чую его», – отозвался воюн.
– А что, если он разместился в другом месте, над или под той ученической?
– С какой стати ему быть невидимым? Животные не способны себя скрывать, даже призванные.
«А как же я?»
– И я не намерена с тобой это обсуждать. С дороги, – оттолкнула меня Лорин и с гордо поднятой головой удалилась.
Чудно. Вот и поговорили.
«Пойдем проверять?» – задумчиво предложила я своему маленькому защитнику.
«А это вкусно?»
«Сомневаюсь».
«Тогда не пойдем. Я использовал силу и резко проголодался. Можно попробую вот эту штучку?»
«Нет, никакую штучку мы про…»
Подоконник стал мокрым. Я заметила выемки, как от зубов. Как вообще до него допрыгнул?
«Воюн, нельзя!»
«Как нельзя, оно не против!»
«А ты спрашивал?» – попыталась схватить я непоседу, но не смогла нащупать невидимого зверька. С подоконника на пол упала капелька – это слюна?
«Да. Не ответила – значит не против».
«Отпусти, немедленно!»
«Но мой челове-е-е-ек», – жалостливо протянул малыш.
«Пойдем в рощу, поохотишься, а потом отправимся на проверку».
«Не хочу на проверку, ты сказала, что она невкусная».
«Тогда я пойду без тебя. Оставайся здесь один!»
Я зашагала к главному холлу, быстро добралась до выхода. Тянуло обратиться к воюну или вернуться к тому подоконнику и проверить, не сгрыз ли. Нет, к ребенку определенно требовался какой-то подход. Меня тревожила его прожорливость. Разве это нормально? С ним ничего не случится после съеденного горшка или вещей? И почему после использования силы он сразу становился голодным? В книге подобных деталей не значилось.
«Человек, ты злишься?» – тихо прозвучало в голове.
Значит, рядом. Стало легче.
Я не отвечала, решительно приближалась к роще. Обдумывала возможные варианты, как поступить со зверьком. Способностями воюна пользоваться нельзя, иначе его обнаружат, ходить вместе с ним опасно, ведь в любой момент его потянет попробовать на зуб какую-нибудь «штучку» или стену полизать. А это чревато последствиями.
«Я не хочу оставаться один. Я согласен посмотреть на проверку и даже ее не пробовать. Мой человек?»
Мрачные деревья дикого сада едва покачивались в приветствии, таким образом встречая то ли меня, то ли воюна. Скорее, его, ведь мы не настолько близки, чтобы со мной здороваться.
– Иди.
«Не пойду. Я не хочу быть один, я останусь с тобой».
– Иди, я подожду здесь и без тебя никуда не уйду.
«Точно?» – в детском голосе прозвучала надежда, и передо мной появился маленький мохнатый зверек с высунутым из пасти языком.
– Точно.
Он прыгнул мне на ноги, покрутился рядом и все же скрылся в зарослях кустов. Какой же еще ребенок! Чтобы скоротать время, я подошла к ближайшему стволу, оперлась на него плечом и положила на кору руку.
– Поговаривают, Лабиринт открылся. Покажешь?
Перед внутренним взором замелькали образы. Я закрыла глаза. Там были паучки с кристаллами-тельцами, они стройными ручейками бежали по деревьям, перебирались на землю, тонкими нитями достигали сомкнутых в арку камней, раньше расположенных в виде зубов раскрывшей пасть рыбы. Поляна настолько преобразилась, что я не сразу ее узнала. Теперь от входа в Лабиринт распространялось нечто черное, тонкими отростками оплетало траву. Крийны же заполняли все паутиной, связывали между собой составные части прохода, безостановочно двигались, разукрашивая данное великолепие разными цветами своих тел. Было в этом что-то загадочное и немного зловещее.
– Позволь мне привести сюда… подругу, – попросила я, вспомнив о просьбе Зианы. – Она очень хочет увидеть это. Покажешь ей?
Ответом мне стала тишина. Даже арка перед внутренним взором исчезла. Я открыла глаза, подняла их к кроне дерева, которое не шевелилось ни единым листочком.
– Пожалуйста.
Из кустов выпрыгнул довольный воюн с задранным вверх полностью серым хвостом. Он подбежал ко мне, сел и запрокинул голову в ожидании указаний.
– Возвращаемся и идем проверять мою теорию. А потом… – я посмотрела на притихшую листву. – Потом пойдем на бал, ведь я обещала туда сопроводить подругу.
– О, бар! Бар я люблю.
– Не бар, а бал.
– Если бар люблю, то и бал тоже. А что это такое?
– Прячься, по дороге объясню.
Воюн скрылся в невидимости, я бросила последний взгляд на дикий сад и зашагала к академии, попутно рассказывая зверьку о музыке и танцах. Вскоре мы добрались до закрытой комнаты на первом этаже, расположенной аккурат под злосчастной ученической. Я подергала ручку, сделала неприкаянный вид, когда мимо прошел угрюмый Оронтон.
«Человек, мы уже пришли к проверке?»
«Да. Нам нужно определить, есть ли там сипряд».
«Его там нет».
– Хм, – выдала громко и посмотрела по сторонам. – Тогда идем на третий.
Вот только не успела я добраться до лестницы, как встретила Зиану, которая с довольным видом поспешила мне навстречу.
– Вот ты где. Я тебя уже обыскалась!
– Меня?
– Ну да, мы же договорились вместе на бал пойти.
– Я помню, но до начала еще несколько часов.
– А как же приготовления? – всплеснула руками природница. – Думаешь, платье и макияж – это быстро?
– Ну-у…
– Вот именно, что «ну-у-у»! Это долго. Дворцовые аиэсы по полдня или даже день отводят на подобные приготовления. Притом им помогают служанки. У нас никакой прислуги нет, поэтому предлагаю немедленно отправиться в мою комнату, иначе явимся последними и пропустим все самое интересное.
«А проверку смотреть не пойдем?»
– Подожди, – высвободила я руку. – Нужно кое-куда сбегать. Это быстро.
– Нет, нет и нет! – возразила Зиана. И кто ее подменил?
«Воюн, ты один справишься? – поморщилась я, понимая, что идея плохая. – Нужно найти, за какой дверью спрятался сипряд, и потом рассказать мне».
«Мой человек дала ответственное задание?»
«Или ты еще слишком мал?»
«Нет, не слишком. Я мал, но не очень. Справлюсь! Человек дал мне задание…» – последнее прозвучало глухо, в отдалении, будто зверек уже побежал его выполнять.
Вот и чудно. Или нет? Доверять это дело детенышу как-то неправильно, но и категорически отказывать такой решительно настроенной Зиане тоже не хотелось. Просто она сияла изнутри. Я впервые видела ее столь радостной, живой. Раньше глаза природницы горели лишь в моменты, когда она рассказывала о своих животных.
– Я попросила дикий сад показать тебе Лабиринт, – сообщила, когда мы свернули к крылу с комнатами студентов.
– Правда? – едва не подпрыгнула она.
– Да, но ответа не последовало, поэтому не радуйся раньше времени. Но я попробую еще, найду способ.
– Спасибо, Ами, ты лучшая.
– Погоди ты, я ведь еще ничего не сделала, – улыбнулась и потеряла дар речи, едва зашла в преображенную комнату Зианы.