Страница 83 из 149
В группе кухонной керамики по тесту, форме, характеру обработки поверхности и орнаменту различаются три типа. Сохраняется барботинная керамика с примесью шамота в тесте. Поверхность ее покрыта шишечками, нередко украшена рельефными человеческими фигурками или изображениями рук, как бы обхватывающих сосуд (табл. LXI, 12). По форме это чаще всего широкогорлые полусферические сосуды, иногда имеющие высокий поддон (табл. LXIV, 6). На памятниках Побужья развивается тип посуды из глины с примесью песка. Поверхность широкогорлых горшков этого типа орнаментирована ямками или группами наколов, сочетающимися с углубленными линиями и налепами (табл. LXX, 42, 50). Только в сабатиновской группе памятников Побужья выявлены широкогорлые кухонные горшки с выпуклыми плечиками и довольно высокой, ровной шейкой, вылепленные из глины с примесью дробленой раковины. Раковинная примесь в глиняном тесте характерна для керамики соседнего степного населения — носителей среднестоговской культуры. Основная масса таких сосудов имеет небольшое плоское дно, что обычно для трипольцев, орнаментирована овальными углублениями вдоль края, оттиснутыми пальцем ямками у основания шейки, одиночными или парными бугорками, а иногда вертикальными налепными валиками с насечками. Эта посуда очень скоро от прибугских племен попала к ближайшему населению Поднестровья, а затем и к общинам более отдаленных территорий, успешно внедрившись в повседневный быт трипольских и даже некоторых кукутенских общин. Остродонные сосуды с раковинной примесью в тесте, покрытые по венчику и плечикам скорописно-накольчатым орнаментом, сочетающимся с углубленными линиями, привезена в Побужье из области распространения памятников раннего этапа среднестоговской культуры, видимо, из Поднепровья. Там в свою очередь обнаружены обломки трипольской керамики этапа ВI по периодизации Т.С. Пассек. Найдены они в среднем слое поселения Стрильча Скеля (Мовша Т.Г., 1961; Телегiн Д.Я., 1973, с. 124–130; Даниленко В.Н., 1974, с. 50, 70–71).
Керамика с углубленным орнаментом памятников 2-й ступени среднего периода характеризуется несколько небрежным исполнением узора (табл. LXX, 34–39, 43, 45, 48). Желобки и ямки, прочерченные по сырой глине, широкие, мелкие, часто неровные; ленты орнамента состоят из двух-трех параллельных линий; большие пространства заштриховываются. Орнамент негативный. Иногда для большего эффекта поверхность сосудов окрашивается красной охрой после обжига, желобки и ямки заполняются белой пастой, а остальная поверхность подвергается лощению (табл. LXX, 44).
Каннелированная керамика отличается широкими мелкими каннелюрами, окаймленными рядами отпечатков зубчатого штампа. В южной зоне трипольско-кукутенского ареала каннелюры чаще образуют спиральные построения орнамента (табл. LV, 9, 11, 12), реже — геометрические (табл. LV, 31), в северо-восточной зоне — наоборот. Некоторые сосуды этой группы украшены исключительно отпечатками штампа, повторяющими направление и интервал отсутствующих каннелюр (табл. LXX, 47), или только каннелюрами без оттисков штампа (табл. LXX, 46).
В группе расписной керамики преобладает полихромная; бихромная единична. Во всех регионах культуры Триполье-Кукутени посуда в это время приобретает мягкие, плавные очертания (табл. LXVI, 54–77). Ребристую форму сохраняют лишь немногочисленные расписные миски (табл. LXVI, 74) и кубки (табл. LXVI, 64, 73). Несколько меняется прежняя форма большинства сосудов, распространяются изделия новых форм. Так, наряду со шлемовидными крышками (табл. LXVI, 55; LXX, 36) и полусферическими крышками, имеющими два ушка и высокое навершие (табл. LXVI, 56; LXX, 34, 35), появляются крышки сложного профиля, напоминающие перевернутые миски на высоком поддоне (табл. LXVI, 54, 57). Новыми формами являются также полусферические ковши (табл. LXVI, 61, 62) и чаши (кубки) с высокими плечиками (табл. LXVI, 72). Вместе с тем продолжают бытовать округлобокие чаши (кубки) с отогнутым наружу венчиком (табл. LXX, 37, 46, 47). У крупных широкогорлых округлобоких сосудов намечается тенденция к более высокому расположению плечиков (табл. LXVI, 76). Антропоморфные сосуды этого времени имеют сильно раздутые бока, слабо загнутый внутрь венчик (табл. LXVI, 59; LXX, 43, 44) или высокую цилиндрическую шейку (табл. LXVI, 69). На боках помещены сосцевидные выступы. Реже встречаются сосуды более сложной формы, в которых мастер стремился воплотить слившиеся воедино две женские фигуры (табл. LXV, 34; LXVI, 71). Известны сосуды, по форме напоминающие женскую фигуру (табл. LXV, 29, 30; LXVI, 58). Изменения практически не коснулись сосудов на высоких подставках (табл. LXVI, 63, 66), полых «подставок» (табл. LXVI, 65), биконических крынкообразных сосудов с плоским дном и на поддоне (табл. LXVI, 67, 68). Посуда сплошь покрыта спиральным или меандровым узором белого цвета с черной обводкой, а фон окрашен красной краской или заштрихован (табл. LXIV, 12; LXVIII, 7; LXXI, 1–3).
Представление о пластике комплексов 2-й ступени дает коллекция поселения Хэбэшешти I (Dumitrescu V., Dumitrescu H., Petrescu-Dîmboviţa M., Gostar N., 1954, p. 403–433). Самую большую группу (175 экз.) составляют статуэтки, воспроизводящие слегка наклоненную стоящую женскую фигуру. Головка — столбикообразная или округло-уплощенная, нос обозначен защипом, верхняя часть туловища уплощена. Иногда налепами переданы груди, пупок, амулеты, перевязь через плечо. Плечи, как правило, завершаются небольшими выступами, направленными вверх или в стороны и передающими положение рук. Стеатопигия выражена слабо, хотя по традиции ягодицы вылеплены посредством дополнительных пластов глины. Талия широкая, соединенные вместе ноги сходятся вниз конусообразно. Единичные фигурки имеют раздельно моделированные ноги со ступнями. Есть фигурки на цилиндрической ножке с плоским основанием. Часть статуэток украшена по всей поверхности прочерченным орнаментом в виде наклонно сходящихся неглубоких и тонких линий.
Такие фигурки известны также в Новых Русештах I1а (табл. LVI, 8), Сабатиновке I и Кукутени-Четэцуя I (табл. LVI, 4). Много статуэток с гладкой поверхностью, которая ранее была расписана. Особую группу образуют плоские антропоморфные амулеты (табл. LVIII, 4–6, 10–12, 14, 15) и слегка выпуклые дисковидные амулеты, подобные медным (табл. LVIII, 26–39). Коллекция включает небольшое число глиняных миниатюрных моделей стульев со спинкой, оформленной в виде антропоморфной фигурки, расписанных белой, красной и черной красками (табл. LXV, 36). Серией представлены и предельно стилизованные фигурки конусовидных очертаний с обозначенным защипом носом и плоским круглым основанием, видимо, являющиеся женским символом. Имеются и фаллические изображения. Кроме того, из Хэбэшешти I происходят 420 статуэток домашних животных, большинство которых сломано. Это преимущественно схематичные изображения крупного рогатого скота (с короткими и длинными рогами). Обычно фигурки гладкие, редко наколами обозначена шкура и другие детали (табл. LXIV, 5). Отметим, что скульптурные головки бычков имеются и на сосудах. Фигурки птиц очень редки. К ритуальным вещам относятся еще глиняные модели боевых (?) сверленых топоров длиной 3–8 см. В числе глиняных изделий упомянем также цилиндрические, круглые и боченкообразные бусины и подвески, имитирующие, видимо, подвески из зубов оленя.
Следующая, 3-я, ступень среднего периода (Кукутени А3) выделяется по материалам двух памятников, расположенных в бассейне Прута — Трушешти I и Старые Куконешты (карта 5; табл. 9). Поселение Трушешти I площадью 4 га раскопано полностью (Petrescu-Dîmboviţa M., 1963), исследование поселения Старые Куконешты начато не так давно (Маркевич В.И., 1978). Оба поселения располагались на мысах и были укреплены.