Страница 100 из 149
Керамические комплексы рассматриваемого времени включают кухонную посуду с примесью дробленой раковины и песка в тесте и тонкоструктурную расписную посуду без видимых примесей. Первая делится в зависимости от величины зерен примеси на две подгруппы. Посуда с грубой примесью в погребениях не обнаружена. В Поднепровье для захоронения умершего выделывалась специальная керамика, в тесто которой, помимо мелкодробленой раковины, добавляли какую-то выгорающую примесь и охру. Поверхность сосудов с примесью раковины в тесте сглажена и подлощена, а иногда предварительно покрыта коричневым или красным ангобом. Расписная посуда из мелкоструктурной глины желтого или белого цвета также покрывалась ангобом светло-коричневого цвета. Роспись большинства сосудов монохромная, выполнена, как правило, темно-коричневой краской. Красная краска использовалась редко. Как в Причерноморье (табл. LXXVIII, 21, 22, 30), так и в Поднепровье (табл. LXX, 57, 61, 65, 67) по форме сосуды близки керамике предшествующей ступени. Вместе с тем отмечается своеобразие эволюции форм посуды на южных и северных поселениях. Так, в Поднепровье в употребление входят округлотелые горшки (табл. LXX, 56), крынки (табл. LXX, 59, 60), кувшины с крупной ручкой, соединяющей тело сосуда с венчиком (табл. LXX, 65). Заметим, что из числа форм, выделенных В.А. Дергачевым для трех финальных ступеней позднего периода, в этом регионе представлены лишь округлотелые амфоры с ручками по бокам (табл. LXX, 58, 64), а также горшки удлиненных пропорций (табл. LXX, 68). В Причерноморье и Поднестровье в это время распространяются своеобразные резкопрофилированные горшки и миски (табл. LXXVIII, 27, 28). На 10-й ступени позднего периода все чаще используется шнуровой орнамент, сочетающийся с оттисками штампов, наколами, насечками, пальцевыми вдавлениями. На поселениях южного региона орнамент богаче, чем в Поднепровье. Специфически местным является орнаментальный мотив в виде серпа, оттиснутого шнуром (табл. LII; табл. LXXXVII, 5). На расписных амфорах и горшках узор заключен в широкий пояс, на мисках орнамент покрывает всю поверхность с обеих сторон. Наиболее распространены элементы орнамента в виде отрезков прямых и изогнутых лент, сходящихся под углом, овалов, полукругов, фестонов, треугольников. Часто узор сочетается со знаком, напоминающим букву М (табл. XCII, 11).
В пластике памятников 10-й ступени позднего периода по-прежнему преобладают женские статуэтки. Фигурки весьма схематичны, имеют пирамидальную или близкую к кубу нижнюю часть, длинную, наклоненную вперед шею, завершающуюся полукруглым выступом — лицом. Головки некоторых статуэток моделированы несколько иначе, причем глаза и нос обозначены штрихами. Статуэтки украшены углубленным узором, включающим знак в виде буквы М (табл. LXXXVII, 8). С ритуальными целями использовались, видимо, и так называемые кубики. Они напоминают нижнюю часть женских фигурок, подобно им орнаментированы с двух сторон, близки им по размерам. «Кубики» сделаны из хорошо промешанной глины без видимых примесей, хорошо обожжены, заглажены. Тесто статуэток представляет собой глину с примесью мелкодробленой раковины.
Памятники 11-й ступени позднего периода выявлены во всех территориальных группах, но исследованы очень неравномерно. Раскопки проводились на поселениях Гординешты II (Дергачев В.А., 1973), Мерещовка I (Пассек Т.С., 1955а; Маркевич В.И., 1981), Поливанов Яр I2 (Пассек Т.С., 1961а; Попова Т.А., 1972; 1979), Дарабаны III (Пассек Т.С., 1950), Черновцы (Тимощук Б.О., 1978) в Пруто-Днестровском междуречье, Цвикловцы (Мовша Т.Г., 1964а; 1970а; 1971а) в Среднем Поднепровье, Касперовцы, Звенячин (Захарук Ю.М., 1971б), Кошиловцы-Товдры (Кравец В.П., 1955) в Верхнем Поднестровье, Маяки (Збенович В.Г., 1974; Патокова Э.Ф., 1979) в Нижнем Поднестровье, Костянец, Листвин, Голышев (Пелещишин Н.А., 1968; 1971а; 1974а; 1974б) и Городск (Кричевский Е.Ю., 1940в) на Волыни, Сандраки (Лагодовська О.Ф., 1956) и Печоры (Черныш Е.К., 1959а) в верхнем течении Южного Буга, Городиштя (Dumitrescu Н., 1945), Стойкани (Petrescu-Dîmboviţa M., 1953), Фолтешти I (Petrescu-Dîmboviţa M., Casan J., Mateescu C., 1951), Хэбэшешти II (Dumitrescu V., Dumitrescu Н., Petrescu-Dîmboviţa M., Gostar N., 1954) в междуречье Прута и Сирета, Тырпешти V (Marinescu-Bîlcu S., 1968), Извоаре III (Vulpe R., 1957) в Молдавском Прикарпатье. Исследовались также грунтовые могильники Усатово II, Маяки (Збенович В.Г., 1971; 1974; Патокова Э.Ф., 1979), Данку I и II (Дергачев В.А., 1980) и курганные могильники Усатово II, Нерушай, Борисовка, Глубокое (Шмаглий Н.М., Черняков И.Т., 1970), Болград (Субботин Л.В., Шмаглий Н.М., 1970а; 1970б), Брэилица (Harţuchi N., Dragomir I., 1957) в Причерноморье, Ермолаевка (Збенович В.Г., 1976а; 1976б) в Побужье.
Поселения этого времени располагались, как правило, в труднодоступных местах, причем мысовые поселения были дополнительно укреплены валами и рвами (Гординешты II, Городиштя, Маяки). В Маяках ров глубиной 3,2–3,4 м и шириной в верхней части от 4–5 до 8 м прослежен на протяжении 70 м. Он был засыпан в трипольское время. В 13 м от него находился второй ров глубиной до 3,8 м и шириной в верхней части 4 м. Рвы выкопаны со стороны, обращенной к обрыву, к реке. Поскольку следов жилищ не обнаружено, исследователь памятника предполагает, что они уничтожены оползнем берега (Збенович В.Г., 1974). Площадь большинства поселков составляет 2–3 га (Дергачев В.А., 1980). Планировка их слабо изучена. Жилищами служили наземные дома площадью около 25 кв. м, землянки и полуземлянки разных размеров. Так, в Цвикловцах, помимо остатков наземного жилища и нескольких ям, вскрыты две неправильно овальные в плане землянки размерами соответственно 5,4×2,0×0,65 м и 11,9×1,6–3,9×1,0 м (Мовша Т.Г., 1970а). В одной из ям с печным развалом обнаружено жертвенное захоронение. Пережженные кости человека сопровождали 18 разбитых сосудов (Мовша Т.Г., 1970а). Землянки зафиксированы и на придунайском поселении Стойкани. Одна из них имела размеры 5×3×1,35 м (Petrescu-Dîmboviţa M., 1953). На поселении Фолтешти I открыты легкие наземные постройки (Petrescu-Dîmboviţa M., Casan J., Mateescu C., 1951).
Большинство поселений 11-й ступени позднего периода относится к памятникам типа Гординешты II, Городск, Касперовцы (Захарук Ю.М., 1971б). Расположенные в местах выходов кремня, они сохраняют следы производства орудий в виде отщепов, обломков и желваков, по отношению к которым число законченных кремневых изделий очень невелико. Например, в Гординештах II оно составляет всего 12,5 % (Дергачев В.А., 1973). Изделия из кремня представлены скребками, скребками-ножами, ножами, вкладышами серпов из крупных пластин, топорами с пришлифованным лезвием (табл. XCI, 27–30). В числе изделий из рога и кости имеются шилья, лощила, клевцы, клиновидные долота. Отметим находку на поселении Цвикловцы расписного сосуда с набором украшений (Мовша Т.Г., 1965б). В него входили 122 подвески из зубов благородного оленя, 275 раковинных и 357 известняковых бусин, 31 цилиндрическая пронизка, 35 бусин и два пластинчатых браслета из меди (табл. LX).
11-й ступенью позднего периода датируются отдельные захоронения Усатовского грунтового могильника II, возможно, погребение 15 Усатовского курганного могильника I (Патокова Э.Ф., 1979, с. 156), некоторые курганные погребения могильников Болград и Нерушай (табл. LXXXIX, 1–6), а также небольшие грунтовые могильники Данку I и II. Как показали раскопки последних лет, курганы усатовского типа имели максимальный диаметр 30–35 м при высоте до 2,5 м и содержали одно центральное или несколько впускных захоронений, совершенных в разных частях насыпи, но обязательно в пределах кромлеха (Шмаглий Н.М., Черняков И.Т., 1970; Субботин Л.В., Шмаглий Н.М., 1970а; Субботин Л.В., Черняков И.Т., Ядвичук В.И., 1976; Дергачев В.А., 1980). В остальном обряд погребения аналогичен обряду, зафиксированному в выхватинской группе.