Страница 17 из 40
— И плащ с капюшоном, — Маг сгреб одежду и сунул Пажу, кивнув на примерочную.
Эверет быстро переоделся, и продавец вручил ему высокие чулки, но не обычные из шерсти, а из неизвестной Пажу ткани.
— Ноги всегда в тепле и сухости — залог здоровья любого мага, — усмехнулся продавец и исчез за складской дверью в поисках плаща.
Маг бродил вдоль стены с зельями. Выбрав несколько пузырьков, поставил их на столик.
Эверет натянул чулки, чувствуя, как те приятно облегают ноги, и в них тепло, но не жарко. В Перле его не только избили, но и обобрали, лишив привычной одежды. С Магом Эверет путешествовал в обуви на босу ногу и успел заработать болезненные мозоли, стараясь на привалах незаметно подкладывать в ботинки подорожники. Но не смел жаловаться Магу.
Обновки действительно оказались не только приятными и легкими, но и удобными. Маг сразу же велел Эверету присесть, попрыгать на месте, чтобы в этом убедиться. Продавец как раз принес плащ и высокие сапоги со шнуровкой и острыми носками с железной окантовкой. Паж осмотрел детище обувщика и быстро примерил на ноги.
Маг выложил на прилавок монеты, убрал звякнувшие пузырьки во внутренние карманы кожаной куртки и обратился к продавцу:
— Благодарю, мастер Птуф, с вами всегда приятно иметь дело, но, помнится, в прошлую нашу встречу ваша лавка располагалась в другом месте. Что-нибудь случилось?
Мужчина задумчиво погладил бороду, подвязанную на кончике золотым шнурком:
— Сейчас ту площадь зачистили, сделав боевую яму, и теперь город получает дополнительный доход от этих варварских игр.
— Кто же борется?
— У господина Хайзенца, местного купца, имеется один сильный оборотень. Кого с ним только не ставят, но он всегда побеждает. Уж не знаю, как Хайзенц умудрился его заарканить. Однако Фортуна никак не приберет душу волка, тот словно ищет погибели в каждом бою.
— Стоит взглянуть на этого искателя смерти, не подскажете, будет ли сегодня бой?
Старик бросил взгляд на настенный календарь:
— Да, вам повезло, господин Маг. Если сделаете ставку на оборотня, сможете немного выиграть, но поберегитесь, на Хайзенца работают нехилые мордовороты и любой выигрыш могут отбить обратно только потому, что вы им не угодили своей физиономией или желтыми глазами. Градоначальник смотрит на их нарушения сквозь пальцы, ведь Хайзенц дает ему неплохую взятку.
— Еще раз благодарю, — Маг кивнул Птуфу и подтолкнул одетого Эверета к выходу. — Не мешало бы перекусить и наведаться к яме.
Эверет успел проголодаться, но больше всего мечтал как следует выспаться.
Время до вечера они скоротали в тихой и уютной таверне. Посетителей оказалось мало, должно быть из-за того, что заведение выкрасили в розовый цвет, окна украшали цветочные кадки, а хозяйкой была женщина. Тут не посквернословить и морды не поразбивать. При виде мужчины со слугой Лиара, по прозвищу Сотейник или, как ее за глаза называли, «Бой-баба со сковородкой», смиренно приняла постояльцев. Те оказались тихими, не дебоширили, даже не пили. Хотя мрачный тип, чье лицо скрывал капюшон, не вызывал доверия, а вот темноволосый мальчишка с большими почти черными глазами добродушно улыбался и самостоятельно убрал с их стола посуду, как только они покончили с едой.
Эверет бы, может, и прикорнул, но Маг велел ему помочь хозяйке, а сам закрылся в комнате на втором этаже.
Мужчина сидел на постели, держа перед собой кулон и водя над ним рукой, согревая собственной энергией.
«Так-то лучше», — послышался в голове женский голос.
Маг улыбнулся, поцеловав украшение. Губы защекотало, а в воздухе запахло персиками.
— Разбуди меня на закате.
«Хорошо».
Откинувшись на подушку, Маг мгновенно уснул.
Кулон согревал ему грудь, а под вечер раскалился, оставив на коже слабый ожог. Очнувшись, Маг остудил артефакт в холодной воде и, быстро умывшись, спустился вниз, где над тарелкой с куском говядины клевал носом Эверет.
При виде Мага мальчик улыбнулся. Всего за пару дней он превратился в живого подростка, и потихоньку его впалые щеки округлялись. Из глаз исчезли испуг и голод, а на лице появился румянец.
— Отдохнул? — Маг опустился рядом и, расплатившись с хозяйкой за ужин, принялся есть.
— Да, госпожа Лиара любезно разрешила мне воспользоваться маленькой гостиной, постояльцев все равно не много. Все больше селятся в центре, поближе к рынку и яме, — прожевав, ответил Паж.
— Скоро и мы туда отправимся.
Ночью Дум выглядел куда мрачнее, чем днем. Улицы как будто вымерли, было слышно, как из водосточных труб с плеском льется вода, а от мусорных куч доносится крысиный писк. Крысы недовольно шевелили длинными облезлыми хвостами после встречи с дворовыми котами. Крохотные коготки щелкали по камням, а красные глазки поблескивали из тени, провожая Пажа с Магом.
Мутные облака прикрывали желтоватую луну, от которой Фортуна как будто откусила половинку, а затем выплюнула из-за безвкусности в ближайшую реку. Воздух Дума стал прохладным, местами и вовсе морозным, заставляя дремлющих по укромным углам бродяг дрожать, отбивая зубами дробь.
В темном плаще Паж сливался с тенью Мага и не отставал, предчувствуя нечто опасное и радуясь, что сумел выспаться и как следует перекусить. Ходить на дело голодным не лучшая затея. Вдруг Магу понадобится его энергия, как с русалками. Пока что Паж не осмелился просить о большем
«Все впереди. Он не сможет мне отказать», — думал Эверет, зная то, чего Маг, вероятно, не учел, взяв его к себе в услужение.
Многочисленные окна жилых домов встречали их черными провалами, поглощая малейший свет и отражаясь расплывчатыми образами странных существ. «Игра тьмы», — успокоил себя Эверет.
Они миновали рынок, углубившись в узкие переулки, пока не вышли к площади, где в центре зиял огороженный острыми пиками провал. Вниз вела каменная спиралевидная лестница с широкими ступенями. Как только Эверет спустился, до его слуха долетел гомон людских голосов, словно их всех упрятали под землю, закрыв в тоннелях. Но люди не были закованы в кандалы, а, напротив, столпились у нового провала-ямы, кричали, обливали соседей вином. Здесь царила настоящая подпольная жизнь с девками, недорогим пойлом, жареным мясом и боями.
В подобии ложи с довольным видом сидел кряжистый мужчина с темной бородой, пил вино из серебряного кубка (давая другим понять, что он не просто особенный гость, а хозяин этого вертепа).
«Должно быть, тот самый господин Хайзенц», — Эверет бросил взгляд на Мага. Тот пристально разглядывал находящихся в ложе и, кажется, нахмурился. Паж посмотрел на арену и впервые увидел оборотня.
Из книг Эверет знал, что такие существа имеют три облика: человеческий, полуволчий и животный (медведь, волк или горный кот).
Вторая ипостась отличалась человеческим ростом и умением стоять на массивных задних лапах-ногах, то же касалось и рук, но вместо пяти пальцев — острые черные когти. Бедра скрывались под подранными штанами, стянутыми веревкой. Под темными волосами, покрывающими вполне обычную кожу, перекатывались внушительные мышцы, а на месте лица — деформированная волчья морда с клыками и горящими жаждой убийства желтыми глазами. Удлиненные на концах уши разорваны, по шее оборотня стекала кровь, но благодаря регенерации его тело быстро заживало, но слишком глубокие шрамы оставались на человеческой коже.
Сегодня оборотня стравили с себе подобным. Те, кто не желал зарабатывать на жизнь обычным способом, помогая в полях или трудясь охранником в обозах, мог получить деньги за драки. Охочих до быстрой наживы находилось много, и Хайзенц заключал многочисленные договора на первые бои, а затем как бы невзначай предлагал участие в следующем, но на своих условиях: когда необходимо выиграть — выигрываешь, проиграть — проигрываешь, и, упаси Фортуна, ослушаться.
Эверет заметил рядом с Хайзенцом худощавого мужчину. Его лицо показалось мальчику знакомым, и, видимо, неспроста Маг смотрел именно на него, но быстро отвел взгляд.