Страница 11 из 40
Дива хищно улыбнулась.
— Неужели ты привел к нам гостей? Или только этого тощего мальчишку? — она кивнула в сторону, и, обернувшись, Маг увидел черноволосого нищего. Каким-то образом ослабевший мальчишка последовал за ним и не побоялся пробраться в логово кровожадных морских созданий.
Скрипнув зубами, мужчина нахмурился:
— Нет. Неразумное дитя оказалось излишне любопытным.
— В таком случае ты сам знаешь, как нужно отплатить, чтобы мы остались здесь, — Дива протянула к нему руку.
Маг незаметно выдохнул и коснулся ее, почувствовав влагу и холод. Свободной ладонью русалка дотронулась до дна, связывая их жизненные силы в одно целое.
Мальчик стоял за камнем, наблюдая, как маг договаривается с русалкой, но слышал лишь щелканье языков и напев. Последнее делала морская обитательница. Из воды показались другие русалки. Выглядели они жутко, их хищные взгляды пугали, но мальчик решил отплатить спасителю, чем сможет. Вернувшись к таверне, он подслушал рассказ трактирщика о пришедшем Маге и поторопился к берегу, помня, куда тот ушел.
Когда русалка указала на него, и глаза Мага гневно сверкнули, мальчик испугался, решив, что помешал ритуалу, но мужчина отмахнулся и снял перчатку, обнажив руку.
Несколько длительных минут он и русалка сидели, закрыв глаза и будто медитируя, пока мальчик не заметил, как кожа Мага становится мертвенно-бледной, руки усыхают, а кожа на черепе натягивается. Едва не потеряв сознание, Маг отдернул руку, и на ладони остался белесый след в виде засоса как от осьминога. Русалка расплылась в довольной улыбке и окунулась в воду с головой, проплыв вдоль дна и погладив пальцами жемчужины, которые засияли еще сильнее.
Сев на камень, Маг устало вздохнул и поманил к себе мальчонку. Стоило ему коснуться костлявой руки, как мальчик почувствовал, что его тело сковало холодом, а зубы застучали. Магу вернулся прежний более-менее здоровый вид, но он все еще был слаб, не решаясь подняться.
Другие русалки успели выбраться из воды, перекрыв выход тяжелыми хвостами, чьи острые плавники резали не хуже кинжалов.
Дива исчезла, уплыв вместе с аквамариновым колье и энергией, оставив гостей сестрам на потеху.
— Коварная бестия, — процедил Маг. — Умеешь петь? Придется их развлечь, чтобы выпустили, а я сейчас не в форме для распева арий.
Мальчик кивнул и запел. В четырнадцать лет у него еще не успел сломаться голос, он звучал по-девичьи высоко и мелодично.
Русалки лежали и наслаждались, пока мальчик не захрипел, и только тогда скользнули обратно в воду, напоследок обрызгав спины людей.
Начался прилив, и тропинку между камней залило по щиколотку. Опираясь на плечо мальчишки, Маг выбрался из морской ловушки на берег, откуда виднелись призывно горящие окна таверны. За стеклами он увидел прибавившихся постояльцев.
Внутри его окутало теплом, запахами жареного мяса, картофеля и свежей зелени. При виде ходячего мертвеца люди перестали галдеть, с любопытством разглядывая хваленого трактирщиком мага.
Черноволосый, немного смугловатый мужчина с тусклыми желтыми глазами, под которыми залегли круги. И если бы не мальчишка, тощий, как жердь, вероятно, маг бы упал.
Мужчина оперся о барную стойку и вяло спросил:
— Ужин и ванна готовы?
Трактирщик, уже прикарманивший себе часть вознаграждения, улыбнулся.
— Еще бы, за кого ты меня принимаешь? И конь твой ухожен да накормлен, — его взгляд уткнулся в оборванца. — А ты что здесь делаешь? Ни крошки не получишь, дармоед. Проваливай отсюда, пока тебя пинками не выгнали. Нам воры не нужны!
Мальчик бросил на Мага затравленный взгляд и собрался было уйти, но мужчина придержал его за плечо.
— Этот мне помог, поэтому останется со мной. Возражения? — его зрачки стали вертикальными, и у трактирщика упало сердце.
Он слышал, что маги странный народ, болтали, что, мол, в ордене Солнца и Луны над ними проводят различные опыты: скрещивают женщин с драконами, чтобы увеличить магический уровень силы ребенка, а затем женщин сжигают, а их пепел смешивают с козьим молоком, которым поят младенца. Должно быть, очередные байки, как и про вечно голодных русалок, но кто знает?
— Если доплатите из своего кармана, — трактирщик вручил магу мешок с золотыми. — Ровно двести, можете пересчитать.
Маг криво улыбнулся и положил ладонь на мешок, но спустя миг достал кинжал:
— Отдай недостающие сорок и не пострадаешь, а то знаешь, какие русалки в полнолуние бывают охочими до мужской плоти….
Трактирщик нахмурился, но достал из передника монеты и вернул Магу, оставив одну за мальчонку.
— Брюнхильд, проводи постояльцев! — крикнул служанке. Пышногрудая девица подхватила поднос с едой и поторопилась наверх по скрипучей лестнице.
Комната оказалась довольно чистой и даже уютной: над отливающими зеленью стеклами висели занавески в цветочек. Пол и мебель до блеска натерты воском, в углу — добротная широкая кровать, накрытая пропитанным лавандой покрывалом. На тумбе кувшин из белой глины и таз. В камине потрескивали поленья, напротив громоздилось кресло, стоял столик и даже скамеечка для ног. А за ширмой исходила паром лохань с остывающей водой.
Служанка поставила поднос на стол и сняла с локтя полотенца, затем оглядела мальчугана и тяжело вздохнула:
— У меня есть настойка от вшей, могу продать.
Маг доковылял до постели и, морщась, присел; выглядел он как настоящий старик, даже волосы потускнели, и среди черных прядей угадывалась седина:
— Обойдусь собственными, ступай и принеси мою седельную сумку, но не пугайся, если найдешь рядом с конем чью-нибудь конечность.
Девушка удивленно захлопала глазами, не понимая, разыгрывают ее или же нет? Пожав плечами и уложив полотенца на табуретку рядом с лоханью, Брюнхильд удалилась.
— Ешь, а мне нужно освежиться, — распорядился Маг, потянувшись к застежкам плаща, но пальцы не слушались.
— Позвольте вам помочь, господин, — предложил мальчишка, ловко щелкая застежками и развязывая шнурки. Затем быстро снял с мужчины сапоги и подвел к лохани, стараясь не разглядывать его изрезанное многочисленными шрамами жилистое тело.
Как только Маг сел в воду, он с блаженством уперся затылком в широкий край лохани и прикрыл глаза. Вода забурлила, быстро нагревшись, в воздухе запахло травами.
Он услышал, как мальчишка умывается в тазу. «Чистоплотный, для нищего и вора», — подумал мужчина, видя внутренним зрением все, что происходило в комнате: как паренек нерешительно подошел к столу, неторопливо сел в кресло, трогая мягкую обивку, и в его глазах отразился не огонь камина, а голод человека, не евшего очень давно. Перед ним стояла миска супа, мягкий свежеиспеченный хлеб и жаркое.
— Начни с супа, тебе нельзя много есть, — предупредил Маг, взяв с табуретки мыло с крошкой из раковин. В морских деревнях собирались ингредиенты для скрабов, которые так любили аристократки, а также глина и морская соль для всевозможных масок и банных процедур.
Шурша куском мыла по телу и тщательно смывая пот, Маг услышал, как дверь приоткрылась. Мальчишка забрал у служанки сумку и отдал его сапоги для чистки.
«Хм, услужливый. Откуда же ты такой взялся?» — покончив с купанием, мужчина обернул бедра полотенцем и ткнул пальцем в воду: та очистилась от грязной пены, сделавшись прозрачной.
При виде него мальчишка замер, не донеся ложку до рта, будто испугался, что его сейчас отругают и заберут еду.
Маг прошел мимо, покопался в сумке и выудил крохотный пузырек с красной жидкостью. Содержимое полилось в лохань. От резкого аромата он чихнул.
— Если ты закончил, то иди мыться, а затем я тебя осмотрю.
Должно быть, Маг сказал это слишком суровым голосом: на вид мальчик стал перепуганным, как будто его настиг оборотень.
— Если ты ранен, то я смогу немного помочь, но ты можешь отказаться. Как тебя, кстати, зовут?
Мальчишка отложил ложку:
— Эверет Кроули.
Маг удивленно вскинул брови: