Страница 17 из 76
— Хахаха, кхе-кхе, хахррр, — зло рассмеялся Сон. — С Лай-еном⁈ Хах, выродок, ты даже не представляешь, с кем связался, кха.
Вечно он строит из себя святошу, лицемер! Мы, по крайней мере, честнее, чем этот псих. Если мы и ублюдки, то не прикрываемся глупыми отговорками. А он с одинаковым выражением лица убивает и мужиков, и детей, кха-кха.
Я не стал дослушивать предсмертный бред отброса и быстрым движением вонзил копье в голову.
— Что ты можешь знать, тварь! — в ярости стиснул я копье. Девочку пришлось добить. У нее было разорвано все ниже пояса. Мне было настолько отвратительно от собственного поступка, что опорожнил желудок тут же. Я оправдывал себя тем, что не могу ничего поделать. Девочка — не жилец. Она умрет в муках в ближайшее время или еще какой-нибудь ублюдок ее найдет.
— Прости, ты слишком слаба для этого мира… — пробормотал я в тот момент, а по моей щеке скатилась скупая слеза.
В этот день я ненавидел сам себя…
После того случая я несколько замкнулся в себе. Стал все время тренироваться, чтобы не думать о произошедшем. Создавал заклинания по ночам, чтобы не попадаться Лай-ену. Днем же с остервенением налегал на тренировки. Лай был этому только рад.
В скором времени мне были доступны новые заклинания:
Жажда вампира, что-то вроде проклятья, высасывающий силы из живого противника и передающий их мне. Само по себе это заклинание наносило мало урона, да и развивать его было не на ком, кроме как на насекомых и мелких ящерицах.
Приручение, тут, как видно из названия, давалась возможность приручать животных. Опять же, толком не опробованное умение. Не считать же за великий успех приручение ящерок-огневок.
Ускорение, более-менее полезное заклинание на данный момент. Оно давало двукратное ускорение на период действия заклинания, энергия тратилась потоково. С моим полным резервом мог продержаться одну минуту и сорок пять секунд. Его я активно использовал в тренировках с оружием. С каждым днем время на поддержание умения увеличивалось, ненамного, но чувствовался прогресс.
И последнее, громовой удар. Напитывая кулак энергией, я мог высвободить ее рывком в момент удара. Отката у заклинания не было, мог бить противников пока у меня есть энергия. Минусом же было слабое тело. После сотни таких ударов у меня дрожали и отнимались руки, даже ложку взять не мог.
Оружие и одежду мне перепала с набегов. Я щеголял в кожаных штанах и кожаной рубашке, правда, один день. Рубаху пришлось спрятать после того, как меня чуть не прирезали за нее. Тогда меня спас Дядька Лай. Все думали, что я спер ценные вещи у главы последней деревни. Так что ходил с голым торсом и полуторным костяным мечем. Меч у меня не отобрали из-за размера. Для других он казался длинным ножом, а мне нормально.
По поводу моего вида мне ничего не сказали. Тут хватало эксцентричных личностей со своими тараканами в голове.
Третий набег на селение состоялся через два с половиной месяца после убийства Сона. В этот раз я готовился более тщательно. Морально. Я понимал, что в данный момент ничего изменить не смогу, все-равно этих титанов вырежут. Поэтому пришлось смириться. Я старался не лезть в гущу событий. Но по-возможности, тем или иным образом, пресекал совсем уж зверства. Нет, никого не убивал, я осторожно направлял Лай-ена в сторону особо отмороженных личностей, вот при нем никто не пытался учинять зверства.
В этом набеге я спас жизнь Голове.
Все произошло неожиданно для меня. Когда селение было уже захвачено и добивали последних, кто-то из толпы раненых попытался всадить нож в шею Голове. Я был неподалеку и совершенно на автомате вонзил копье в подмышку нападавшему. В итоге, не хватило всего пары сантиметров до смертельного удара ножом. Титан сам себя насадил на копье. В награду мне досталась дочь главы селения. Атаман умел ценить преданность.
Я стоял с трясущимися руками с одной мыслью в своей пустой голове: «Зачем⁈ Зачем я спас этого ублюдка⁈ Можно же было избавиться от него за мгновение…» Я пытался успокоить себя тем, что действовал совершенно неосознанно, вбитыми в меня рефлексами, но помогало слабо. В то же время у моих ног заливалась соплями и слезами девушка, щедрый подарок от Головы.
Два дня после того случая я приходил в норму. Иля, дочь вождя, все это время сидела в моем шатре. Она затравленно наблюдала за мной, не решаясь подать голоса или двинуться с места. Не притрагивалась к еде. Пила только тогда, когда думала, что я не вижу.
Однажды, когда я спал, девушка легла ко мне. Она была робкая и неумелая, но с каким-то отчаянием навалилась сверху и начала тереться об меня всем телом. Фигура была шикарная. Иля была выше меня на полголовы, полная грудь накрыла мое лицо. В какой-то момент проник в нее, девушка вскрикнула, но не отстранилась и с удвоенной силой насела на меня. Если бы не был в таком раздрае, я бы остановил ее, пресёк в зародыше подобные попытки, но гормоны и стресс затуманили разум. И вот, в момент пика, девушка откинулась и выгнула спину. Я заметил в ее заплаканных глазах ненависть и в ту же секунду почувствовал жгучую боль в левом боку. Иля вонзила в меня мой же нож.
От неожиданности и боли я закричал. Девушка слетела с меня в одно мгновение, схватила одежду и пулей выскочила из шатра. Я лишь и успел выкрикнуть: «Стой! »
Вышел из своего жилища я спустя тридцать секунд. Благодаря лечилке и неглубокому ранению, порез уже затягивался. На улице я застал, в тридцати метрах от себя, лежащую девушку с проломленной головой и троих титанов, что стояли и смотрели на труп. Бросив мне, чтобы я прибрался за собой, они отчалили восвояси. Так я и лишился девственности в этом мире.
После того происшествия я решил окончательно, нужно валить от этих кочевников. Причем, валить максимально шумно. Для этого мне нужно было как эффективнее усилиться.
Весь следующий месяц я работал над усовершенствованием и качеством имеющихся заклинаний. Особый упор был сделан на усиление, защиту и скорость.
Перед тем, как бежать, я хотел поговорить с Лай-еном. Он за это время стал мне не чужим человеком, хотя его изощренная логика иногда меня пугала. Я понимал, что он не в себе, ведь не может разумный быть настолько странен.