Страница 25 из 53
Маленькая гостиная была забита безделушками, столь модными в последние десятилетия. Полки ломились от музыкальных шкатулок и небольших портретов в рамках. Там же лежали связки наперстков и фарфоровые куклы. С каждого окна свисал огромный папоротник, а по углам в кадках стояли пальмы. Финни шла очень осторожно, опасаясь что-нибудь задеть или опрокинуть.
В первый момент мисс Уинслет изумилась тому, что Джеффри живет в такой тесноте. Неужели он собирается и ее сюда привести? Но тут просто нет места.
– Здравствуй, Джеффри!
Старая дама, которую увидела Финни, была небольшого росточка и выглядела гораздо моложе своих семидесяти лет. На ней было пышное платье из плотной тафты коричневого цвета, на плечи накинута пестрая шаль багряно-желтых тонов. Высокий воротник украшала брошь, а пальцы были унизаны безвкусными перстнями. На молочно-белом лице выделялись крашеные щеки, и она очень напоминала фарфоровую куклу.
– Джеффри, милый! – Дама протянула сыну свои крошечные руки.
Затем она повернулась к Финни, и улыбка сползла с ее кукольного личика.
– А это кто?
Мисс Уинслет едва удержалась от удивленного возгласа.
– Это Финни, матушка. Финни Уинслет.
Старушка изогнула нарисованную угольным карандашом бровь, но не проронила ни слова.
– Матушка, – промолвил Джеффри, – я же вам говорил, что мы приедем сегодня.
Реджина Аптон поджала губы, будто откусила что-то невкусное.
– Не все ли равно, что ты говорил. Ведь вы уже здесь.
Джеффри чмокнул мать в щеку.
– Вы как-то странно себя ведете.
Дама вскинула голову:
– Почему странно, Джеффри? Я рада, что ты привез свою молодую подругу. – Она повернулась к гостье и окинула ее пронзительным взглядом. – Скажите мне, мисс Уинслет, что привело вас сюда?
У Финни едва не отвалилась челюсть. И ей стало не по себе.
– Тебе хорошо известно, что Финни приглашена на чай. Мы же договорились, – с укором произнес Джеффри.
– Я полагала, ты пригласишь ту чудесную женщину из семейства Ситон. Дочь Мелвина Ситона, если не ошибаюсь. Знаешь, когда-то Мелвин был неравнодушен ко мне. Уверена, он попросил бы моей руки, если бы твой отец его не опередил. – Она вздохнула и улыбнулась. – Тогда в наш дом каждый день наведывались молодые люди из благородных семей. Дюжинами, правда. – Миссис Аптон воззрилась на сына. – По-моему, та женщина из семейства Ситон так мила.
– Матушка, – суровым тоном проговорил Джеффри, – сейчас у нас мисс Уинслет.
Реджина очень вежливо обратилась к Финни:
– Да, разумеется. Джеффри не предупредил меня, что придете вы. Впрочем, это не важно. Проходите, садитесь.
На губах Аптона заиграла улыбка. Он показал Финни на небольшой затейливый диванчик, но когда собрался сесть рядом с ней, матушка сказала:
– Джеффри, голубчик, помоги мне устроиться на стуле. Я что-то прихворнула сегодня. Да, старость не радость.
Джеффри взял матушкину руку и, рассмеявшись, сказал:
– Вы совершенно здоровы, матушка. Выглядите как девица на выданье.
От комплимента старушка зарделась, словно влюбленная школьница.
– Не глупи, – хихикнула она. – Девица на выданье, скажешь тоже.
Миссис Аптон невольно бросила взгляд на Финни, затем села и поставила сыну стул рядом со своим.
Пожав плечами, Аптон опустился на него.
– Да, так как ваше имя? – обратилась старуха к мисс Уинслет.
– Финни, мэм. Рада вас видеть, – через силу произнесла девушка.
– Странное имя. Финни. Что-то гэльское. Это родовое имя? Джеффри назвали в честь отца, да упокоит Господь его душу, а отца – в честь дедушки Джеффри. Старинное родовое имя. Предки Аптонов приплыли сюда на «Мэйфлауэре». А кто ваши родные, милая?
– Матушка, это Финни Уинслет, сестра Нестера, вы же знаете!
– А, да, девушка из Африки, – с пренебрежением сказала старая дама. – Джеффри, в понедельник я приглашена на музыкальный вечер к Саре Чамберс. Надеюсь, ты отвезешь меня?
– В понедельник я буду в конторе. Но вы можете воспользоваться каретой. Я пришлю ее. Не возьмете ли с собой Финни?
Миссис Аптон внимательно посмотрела на девушку. Финни сидела тихо, как мышка. Ей показалось, что здесь, в этой викторианской комнате, до отказа набитой безделушками, она лишняя. Дама вперила в нее неодобрительный взгляд, и Финни показалось, будто ей влепили пощечину. От ее золотистого загара осталось одно воспоминание, но даже рисовая пудра не придала ее коже белоснежной прозрачности, присущей местным женщинам.
Реджина холодно улыбнулась:
– Взять с собой мисс Уинслет? – Старая дама повернулась к сыну: – Вряд ли это удобно, Джеффри. Приглашены только члены семьи.
– Но Финни почти член семьи. Вы разве забыли?
– Ах да, ты не раз упоминал о помолвке, но я была уверена, что речь идет о той милой женщине из семейства Ситон.
– Матушка, – с укором произнес Джеффри.
Реджина Аптон, как ни старалась, не могла скрыть своего неудовольствия.
– Пожалуй, ты прав. Я возьму с собой мисс Уинслет на вечер. – Старуха похлопала сына по руке. – Ты поезжай в контору, а мисс Уинслет пусть останется, я с удовольствием поболтаю с будущей невесткой.
Финни пришла в ужас. Меньше всего ей хотелось остаться наедине с этой вздорной старухой, от которой она не надеялась услышать ничего, кроме пакостей и оскорблений.
– Я, пожалуй, тоже пойду, – промолвила она.
– Так скоро? Выпейте хотя бы чаю, – сказала Реджина с явным разочарованием.
Джеффри тоже попросил Финни остаться, и ей было неловко ему отказать. Быть может, ей удастся добиться расположения этой женщины. Надо попытаться. Настоящая дама поступила бы именно так.
Выйдя из дома, Джеффри направился к своему экипажу и лишь тут услышал, что его кто-то окликнул. Это была Пенелопа в шубке из горностая и горностаевой шляпке.
– Джеффри!
– Зачем вы вышли в такой мороз? Где Нестер?
– Не знаю, где Нестер. Я сейчас от Дианы Гринуэй, вышла, а кареты нет. Не подвезете меня домой?
– Конечно, подвезу. Вы живете на Мальборо-стрит?
– Совершенно верно.
Аптон сказал кучеру, куда ехать, и помог Пенелопе сесть в экипаж. Откинувшись на сиденье, она вздохнула и плотно запахнула шубку.
– Этой мерзкой погоде не видно конца. Мне становится плохо при мысли, что ее придется терпеть еще.
– Финни тоже плохо переносит эту погоду. Почти не выходит из дому. Ждет не дождется весны.
– Вы ошибаетесь, – с недоумением произнесла Пенелопа. – Она почти не бывает дома.
– Не может быть. Когда бы я ни пришел, она у себя.
– Да, но вы почти весь день проводите в конторе, – усмехнулась Пенелопа. – Эх вы, мужчины, ничего не замечаете!
– Ну, да… я не знаю. Быть может, изредка она и выходит.
– Изредка? Чуть ли не каждый день. – Она взглянула на лайковые перчатки, лежащие у нее на коленях. – Как ни странно, она регулярно навещает своего друга мистера Готорна.
– Мистера Готорна? Брэдфорда Готорна?
– Конечно, нет. Мэтью Готорна.
Воцарилась напряженная тишина.
– Откуда вы знаете? – спросил Аптон.
Пенелопа высморкалась в тонкий кружевной платок.
– Я сама ее видела. Готорн живет на Мальборо-стрит, он, можно сказать, мой сосед.
– Почему Нестер мне ничего не сказал?
– Нестер об этом не знает.
– Вам следовало поставить его в известность.
– Но он мог не поверить и рассердиться.
– Он должен знать.
– Полагаю, не стоит поднимать шум. Лучше поговорите с Финни.
Филипс принес поднос с чаем и поставил на столик рядом с миссис Аптон.
– Итак, вы хотите выйти за моего сына? – без обиняков спросила старая дама.
– Да, хочу. Ваш сын прекрасный человек.
– Согласна. Это благодаря моим стараниям. Он занял достойное место в жизни. Его отец всегда об этом мечтал.
– Таким сыном можно гордиться.
– Да, – промолвила миссис Аптон без прежней напускной веселости. – Но мужчине, поднимающемуся по общественной лестнице, нужна благовоспитанная супруга.