Страница 20 из 42
Хотелось бежать из комнаты, громко хлопнув дверью. Да так, чтобы от звука закрывающейся от души двери упал шкаф, за которым обнаружился пропавший года два назад хомяк!
Прошло еще полчаса. По комнате бродили двое. Муж и алкоголь. Я же, весьма уставшая от кошачьих ласк, лежала под кроватью, куда тянулась игривая лапа со стальными когтями.
Но я честно делала вид, что сдохла, издавая страстные звуки лишь для того, чтобы слуги знали! Я еще жива!
Примерно под утро муж успокоился и уснул. Я стала выбираться. Из целого в комнате была только я. Не считая порванной юбки и нервной системы, которую впору вынести вместе с мусором.
Убедившись, что на кровати спит человек, я открыла дверь и вышла в коридор. Шатаясь, я добрела до своей комнаты.
- О! – послышался голос Иветты. Та, видимо, уснула у меня в кресле. – Вы уже вернулись?!
Она была пунцовой и бросала на меня странные взгляды. Немного смущенные и любопытные…
- Я рада, что вы помирились с хозяином! – внезапно послышался голос Иветты, пока я смотрела на свое отражение в зеркале. – А то я так переживала из-за той записки, которую передала не вовремя… Но ничего, мы тут с другими слугами поговорили и решили вам помочь! Мы купили любовное зелье и подмешали его в питье герцогу! Мы долго думали, какое брать, и взяли самое сильное! И чтобы нежности побольше было!
Вот я сейчас должна посмотреть на нее с благодарностью, да?
Глава 35
Получается, эта страстная ночь, когда тебя яростно атаковала неземная кошачья любовь, валандая по всей комнате твою полубесчувственную тушку, была проспонсирована добрыми и заботливыми слугами?
- Спасибо, - кисло процедила я, убеждая себя в том, что человек не виноват. Он желал нам добра! И это делал от чистого сердца! Из лучших побуждений! – Но больше так не делайте, хорошо?
- Это еще почему? – удивленно спросила Иветта. – Мне показалось, что вам вчера было хорошо!
Мне? Хорошо?
- Просто не делай! – попросила я. Где-то за окном тихонько трусило снежком, а в городе меня ждали важные дела.
Я всегда была уверена, что есть домашние дела. А есть дикие. Так вот у меня накопилось много диких дел, поэтому замок придется временно покинуть! Надеюсь, дикий и необузданный супруг будет спать минимум до вечера.
- Вы куда?! – встревоженно спросила Иветта. И тут же коварно улыбнулась. – Или вы обратно к хозяину?
Нет, конечно, можно было пожелать хозяину доброе утро. Но мы это делать не будем. Мы ссым.
- Я в город. По делам, - отмахнулась я, беря списочек, что нужно забрать и сделать.
- А я думала, как вы с хозяином помиритесь, так больше убегать не будете, - обиделась Иветта, доставая мой единственный плащ. Она красноречиво вздохнула, но на меня это не подействовало.
Я собралась быстро. Взяв остатки денег, и завернув парочку теплых булочек, которыми меня осчастливили на завтрак, я вышла из замка.
Погода была расчудесная! В воздухе пахло весной, а небо казалось высоким и прозрачным. Резво сбежав вниз, я вошла в открытые городские врата.
- Маска! – направилась я к портнихе. Стоило колокольчику прозвенеть, как портниха оторвала голову от шитья. Сейчас она шила какое-то платье, похожее на бархатную штору.
- О, все готово! – встрепенулась она, полезая куда-то под столик. – Ваши маски!
На столике лежали три карнавальные маски. Эдакие гламурные намордники. Одна была с перьями в обе стороны и стразами, вторая была бархатной и обшита загадочным и таинственным кружевом. Третья маска была золотой с розами в районе ушей.
- Это что? – спросила я, глядя на то, в чем мнепредстоит принимать пациентов.
- Маски! Все в лучшем виде! – удивилась портниха.
Я сгребла маски и направилась в сторону кузнеца. Красавец -кузнец был явно знаком со всем женским населением. Но однозначно не помнил, с кем спал, а с кем только собирался. Поэтому он смотрел на меня сначала с подозрением. Уж больно озадаченный был у меня вид. Грозящий, так сказать, неприятностями.
- А! – обрадовался он, доставая инструменты. На лице его было видно: «Так бы и сказала, что за заказом!». Инструменты напоминали экспонаты из пыточной. Вид у них был очень противозачаточный. Глядя на них, хотелось взять обет безбрачия и нести его сквозь все жизненные соблазны в сторону целомудренной старости.
- Я просила поизящней, - заметила я, сама пугаясь того, чем предстоит работать. – Я все-таки женский доктор! Девушки любят покрасивей!
Хотелось поругаться, как следует, но нельзя ругаться с главным поставщиком клиенток!
- Я завитушки сделал! – обиделся красавец – кузнец, показывая несколько завитков, издали напоминающих кладбищенскую оградку.
Вздохнув, я взяла инструменты и направилась дальше. Я зашла поругаться по поводу оборотного зелья, на что мне ответили с удивлением, что такого быть не может! На что я возразила, что может!
- Так это вы купались! – возмутился алхимик, показывая затертую табличку с правилами. – Купаться запрещено!
Вот так получилось, что я еще и виноватой оказалась!
- И вот что мне с этим делать?! – захныкала я, глядя на маски и инструменты. – Нет, ну неужели нельзя сделать нормально?
На столике в моем офисе лежал кошелек, в котором почти ничего не осталось. Выглядел он, как дохлая мышь, вывернутая наизнанку.
Время шло, люди проходили мимо, поглядывая на вывеску. Никто не отваживался даже зайти и полюбопытствовать, а что это такое открылось?
- Нет, ну так не бывает! – сокрушалась я, глядя на свои руки, а потом на себя в зеркало. – Может, я что-то делаю неправильно? А?
Хотелось плакать от бессилия. А что я хотела?! Это что за карнавальный костюм? Кто пойдет к такому врачу? Я бы, например, ни за что не пошла!
От злости, я пнула стульчик, вспомнила доктора Миддлтона и повитуху. Никто не придет! Зато какая чудесная была идея… Все, пора закругляться…
Только я собралась содрать с лица маску с кружевом, как в дверь неожиданно постучали.
- Тук-тук!
Я не поверила своим ушам. Неужели? Осторожно, скорее не веря в голоса за дверью, я открыла ее, видя солидного очень симпатичного горожанина и его супругу. Супруга выглядела достаточно молодо. По кроткому взгляду было понятно, что, такие как она и сердце из груди вырвут, если нужно. И в сметане потушат.
- Здесь, я слышал, доктор принимает женский! Приезжий! – произнес мужик, проходя внутрь. Сердце внутри подскочило, не веря тому, что я слышу. Вот они! Первые клиенты!
- О, да, - с улыбкой ответила я, понимая, что кто-то дал наводку. Может, кузнец? Или портниха? Или вывеску увидали?
- Понимаете, моя жена – фригидная! И с этим нужно что-то делать! – припечатал клиент прямо с порога. - Мы уже лечились у доктора Миддлтона! Но все тщетно!
- Проходите, - пригласила я, сбрызгивая духами инструменты и пряча их в ящик. Не хватало, чтобы вид инструментов спугнул первых клиентов.
- На что жалуемся? – спросила я, видя, как кроткая супруга присаживается на стульчик рядом с мужем.
- Моя жена – фригидна, - вздохнул клиент, покосившись на супругу с укором. – Как только дело доходит до постели, она вдруг начинает кашлять, отворачиваться, рыдать!
Я посмотрела на даму, которая покраснела еще сильней.
- Я обнимаю ее, а она орет, как резанная, вырывается… - продолжал недовольный супруг. – Визжит! Просто бешенной становится!
- Позвольте, я осмотрю даму, - заметила я, предлагая мужчине покинуть приемный покой и посидеть в коридоре.
Осторожно шурша платьем и чепцом, бедняжка стала раздеваться, не произнося ни слова. Она присела на кушетку, пока я поливала руки духами. Запах духов расползался по всей больнице.
После осмотра на предмет «болит – не болит», я выяснила, что дама предположительно здорова.
Загадка чужой супружеской жизни начинала нежно щекотать нервишки.
Глава 36
Скромный взгляд пациентки заставил почувствовать себя гулящей дамой.