Страница 49 из 53
Бетани наклонилась вперед и, перебивая, с живым любопытством уточнила.
— Как так? Она же Мак Тир.
Но ответила той Морриган.
— Не важно — кто. Важно — чей выводок самка под сердцем может носить.
Встряхнув рыжей копной волос, зеленоглазая девушка мрачно ухмыльнулась.
— Верно подмечено. Носит ли та под сердцем или нет? Верю — что нет. Но надежда, о-о-о… Та ослепляет и мудрейших. Ставлю на то, что Тейрн, зная собственную волевую и свободолюбивую дочь, по прибытии в столицу немедленно возьмет ту под контроль, ограничив во всем. Затем — объявит себя регентом. И понимая, что это положит начало гражданской войне, следом объявит о беременности дочери наследником истинной крови. Это даст регенту минимум полгода сомнений и нерешительности дворянства. А вот дальнейшее будет зависеть от того — насколько военачальник оказался готов к подобному сценарию. Какие союзы предварительно заключил. Но уже можно утверждать, попытка сформировать оппозицию из роялистов на стороне Королевы — обречена.
Алим почесал подбородок и озвучил собственное предположение.
— Отсутствие лидера? Слышал нечто о болезни Милорда Эамона. Кажется Сэр Доннал упоминал об этом. Милорд же выступает рупором юго-запада страны и практически первым среди равных с титулом Эрла?
— Да… Власть трона последние годы опиралась на три столпа. Род Гарринов, издревле владеющих Рэдклиффом, коих возглавляет Милорд Эамон. Род Кусландов, впереди по богатству и вросший корнями в Хайевер, во главе стоял Тейрн Брайс. И новоявленный род Мак Тир, представленный только Королевой и военачальником.
— Был?
Лелиана обвела окружающих недоуменным взглядом, но только Бетани продемонстрировала признаки понимания причин применения прошедшего времени.
— Делая скидку на… Хорошо. Около месяца назад, может немногим меньше, на Хайевер совершила нападение многочисленная и хорошо вооруженная банда. По крайне мере — это то, что передают из уст в уста. Выходит так, что старший сын Тейрна как раз отбыл с большей частью стражи по зову Короля. И прежде чем в замок успели прибыть наемники — произошло нападение. По тем же слухам — не выжил никто. Фактически земли теперь под управлением друга почившего Тейрна по временам оккупации — Милорда Рендона Хоу. И выходит, что за короткий промежуток времени из-под крепко стоящего табурета выбили три ножки разом. Потому за Королеву поднимутся только одиночки, но никак не коалиция. И если положение не переменится — кроме регента людям будет не вокруг кого объединиться.
Морриган перевела взгляд на Лелиану, упершись в пытливые зеленые глаза, и спросила.
— Откуда тебе это ведомо?
— Ты о слухах? Или о предположениях в отношении планов военачальника?
— Твоя осведомленность? Хм… Тонкий слух. Хорошая память. Помню. Второе интересует.
— О… Ну, ответ прост. На месте Милорда Логейна… Вернее, в скорости — Его Светлости, поступила бы также.
В то время как лицо старшей чародейки раскололось в кривой ухмылке, остальные пассажиры лодки замерли в недоуменном молчании.
Спустя пару дней, уже в водах Каленхада, когда пелена тихого дождя, отрезав прочий мир и скрыв от глаз береговую линию, сформировала непередаваемое ощущение камерности и покоя, шел иной вялый разговор. Тот не в первый раз касался положительных и отрицательных сторон путешествий… Эльф методично и уверенно, пусть и без огонька, обосновывал сонм причин никогда в будущем не повторять переживаемый опыт. Единственным оппонентом выступала Морриган, бросая в ответ контраргументы, достаточно случайные, под каким углом те не рассматривай. Лелиана выглядела сосредоточенной только на удочке. А вот Бетани, разобравшись с очередной головоломкой старшей чародейки, к которой на этот раз добавилась пара вопросов, использующих «математические каракули мага», вдруг спросила.
— А каким образом вы попали в храмовую темницу?
Простой вопрос взбодрил Алима. Решив вернуться к самому началу, тот, сам того не подозревая, следил за ветром, играющим с рыжими локонами. Рассказ пошел от ворот Лотеринга и до попадания в лапы Храмовников. Но Лелиана перебила мужчину ещё на этапе злоключений в «Приюте Дейна». Звонко рассмеявшись, та переспросила.
— Правда? Ля пюте…
Девушка начала произносить злополучную фразу на орлейском без малейшего признака акцента, но на полуслове замолкла. Поправив волосы, выбившиеся из-под капюшона, и нервно улыбнувшись, та продолжила как ни в чем ни бывало.
— Морриган неплохо владеет ругательствами соседней страны, впервые высунув нос из дебрей Коркари. По упоминаниям Алима выходит, что и за это стоит благодарить легендарную Флемет? Век живи, век учись…
Чародейка, что и так не испытывала восторга из-за педантичного стиля изложения событий, характерного для Алима, злобно фыркнула и вклинилась в разговор.
— Ни в коей мере. И откуда пару фраз ведаю, дело личное. Нет намерений обсуждать.
Лелиана вздохнула, ощущая на себе внимательный взгляд мага, и кивнула.
— Меня иное тревожит. Конечно, может это только стечение обстоятельств. Или кажется большим, чем является на самом деле. А может рассказчик запомнил неточно. Но выглядит, будто напавшего спровоцировала именно фраза, произнесенная на орлейском.
Уперев локоть в колено, Бетани подперла голову кулачком и, с ярким любопытством в глазах, спросила.
— А как та переводится?
Брови рыжей собеседницы поползли вверх, и в лодке на пару минут повисла тишина, наполненная только тихим шумом дождя и не громкими всплесками шеста. Пошевелив наживку для не желающей клевать рыбы, девушка едва заметно качнула головой, словно соглашаясь отбросить часть фасада, и без того лежащую в руинах.
— Ну… Если удалось правильно понять контекст вопреки отвратительному произношению Алима. То речь шла о матери напавшего на Морриган, которую та назвала шлюхой.
Младшая из чародеек пораженно открыла рот, но уже через мгновение уважительно кивнула наставнице. Та, напряженно изучая профиль переводчицы, мало внимания обратила на этот жест признания. Лелиана же продолжила.
— Вот только бурная реакция как раз и выглядит странной…
Маг пожал плечами и прокомментировал.
— Не вижу ничего странного.
— Правда? Не знаю… Безусловно — орлейский это не наречие Ривейна. После оккупации тот достаточно широко распространился даже среди деревенских, особенно на западе страны. Тем более в Лотеринге в то время стояла ставка армии Мегрена. Но перечисленное справедливо для сторожил. Людей в возрасте. В то время как банда под Летерингом, к которой принадлежали те двое, состояла из людей пришлых и достаточно молодых. По бумагам Сэра Эву и слухам — та сбилась из охотников, большая часть из которых занимались шкурками, старателей и одиноких фермеров с дальних границ. Конечно, люди — загадка. Но тяжело представить среди подобного сброда личность хотя бы поверхностно владеющую вторым языком.
Лелиана замолчала, раздумывая над выводом, к которому подводила собственную речь, и эльф нетерпеливо произнес.
— И? Продолжай.
— М? Да… Если тот мужчина среагировал на фразу Морриган, то можно вообразить и иное объяснение образованности. Как бы странно не звучало — более простое. В банде присутствовали чужаки. По происхождению ли или по профессии. И маловероятно, что те оказались в том самом месте и в то время случайно. Остается предполагать, банда — не стихийное явление, а совпадение с Мором — только стечение обстоятельств. Ну и гадать — кому подобное выгодно. Но… Скорее я потакаю собственным привычкам, строя сложные предположения на зыбком основании из одной странности, что только случайность.
Маг поморщился, ни в малой степени не обрадованный ходом мыслей спутницы. Толкнув лодку чуть резче, чем бы хотелось и заставив пассажирок покачнуться, тот произнес.
— Звучит как осторожное предположение о серьезной проблеме, о существовании которой не хочу даже подозревать. Между прочим, Бетани, как новости о нашем пленении так скоро добрались до фермы Хоуков?