Страница 142 из 147
Поняв, что её затея не увенчается успехом, девочка мигом убежала к Джеймсу с Линой. Двое так и стояли посреди столов, плотно прижимаясь друг к дружке.
Это было счастливое время, где не было войны и горя.
Поттеры кружились в медленном танце, отказываясь расставаться. В это время их друзья искренне за них радовались. Они дополняли друг друга, переменяя лучшее из всего, что у обоих есть и будет.
— Я твоя, — шептала Алина, поглаживая мужа по волосам.
— Я твой, — молвил Джеймс, без устали целуя жену.
Осенние листья кружились в такт их движениям, создавая особую атмосферу. Его руки на её талии, а её на его плечах. Ничего больше было не нужно.
Джеймс остановился, когда песня подошла к концу. Неуверенно коснувшись едва выпуклого живота жены кончиками пальцев, Поттер сдавленно ахнул. Миссис Поттер заливисто рассмеялась, оставляя след красной помады на губах мужа.
— Он крохотный, — шептал мужчина, стискивая жену в кольце своих горячих рук.
— Тебе больно? — вдруг спросил Снейп, смакуя кислый вкус эльфиского вина.
Сириус взглянул на влюблённых, его губы сами собой растянулись в улыбке. Быть может, он и чувствовал некую тоску где-то в глубине своей души, но боли не было. Совсем нет. Грустно, да, но не больно.
— Они предназначены друг для друга, — безапелляционно заявил Блэк, наблюдая за продолжением танца Поттеров, к котором вскоре присоединились Нарцисса с Люциусом и Николас с Питером.
— У меня плохие новости. — Северус прочистил горло, опустошая второй бокал вина.
***
Вестминстер, Вестминстерский собор
Декабрь, 1984
Джеймс никогда не был верующим. Забавно. Учитывая, что прямо сейчас он переступил порог католического храма.
Он неторопливо шёл вдоль огромного зала, краем глаза подмечая потолок, украшенный изображением звёздного неба и расположенный над алтарём Христа-Царя с рядом стоящими Богоматерью и апостолом Петром.
Джеймс минул высокие колонны, высеченные барельефами с изображением четырнадцати останков Крестного Пути Иисуса Христа. Было в этом месте что-то нечто манящее и успокаивающие.
Мужчина бесшумно опустился на длинную лавочку подле отчужденного Блэка. Именно Сириус являлся инициатором встречи в столь необычном месте.
Это странно, ведь они оба никогда не захаживали в такие места.
Бродяга обернулся, и что-то было в его взгляде такое, отчего всё внутри Джеймса рухнуло, не оставляя после себе даже руин. Сердце в груди отбивало чечётку, и казалось, что все присутствующие это слышат.
— Мне жаль, — одними губами прошептал Сириус, уронив лицо в ладони.
Он рассказал ему всё, что смог узнать от Северуса, тому проболталась Лили. Опасения мистера Гросса отнюдь не были утешительными.
Лихорадочно прикрыв глаза, Джеймс соображал, что ему делать дальше. Он знал, что Лина ни при каких условиях не пойдёт на то, чтобы сохранить себе жизнь ценой другого. Она нет, но он может.
— Позаботься о ней, — тяжёлая ладонь легла на дрожащее плечо Блэка, и тот резко обернулся, — как делал все эти годы.
Не говоря ни слова, Поттер поднялся на ватных ногах. Он с трудом побрёл к выходу. Осталось совсем немного до родов, а ему во чтобы то ни стало нужно придумать способ, с помощью которого его жена и ребёнок останутся живы. Он краем уха слышал о жертвенной магии на уроках у Грюма в министерстве, и именно туда он и трансгрессировал.
Лина останется жить, чего бы ему это не стоило. Пусть его и не будет в её жизни.
С покрасневшими от слёз глазами Сириус проводил друга неверующим взглядом, пока тот не исчез окончательно из виду. Он знал, что у Сохатого не получится спасти Алину. Не зря же Блэк провёл столько недель за книгами, не найдя в них и отголоска надежды.
***
Берик-апон-Туид, дом Поттера
Февраль, 1984
Выкуривая вторую по счёту сигарету на крыльце дома, Сириус взглянул на небо, усыпанное бесчисленным количеством звёзд. До рассвета оставалось всего пару часов, а он ещё не ложился. Укутавшись в свою излюбленную кожаную куртку, Блэк затушил окурок о деревянные перила. Лишь ночью в доме его лучшего друга было спокойно и мирно. Всё потому, что беременная Алина крепко спала.
Бродяга усмехнулся, вспоминая хмурое лицо девушки. Миссис Поттер мало что радовало в последнее время. Её бесили отросшие волосы Джеймса, щетина Сириуса и даже любовь Лунатика к книгам. Она вспыхивала подобно спичке, когда чувствовала приторный запах вишнёвой запеканки, который шлейфом доносился из кухни в гостиную, когда мародёры хозяйничали. Её злило то, что из-за довольно огромного живота она не могла выполнять примитивные дела по дому.
Алина была ужасно вспыльчивая и скандальная, однако Сохатый намеренно этого не замечал, снося бесконечные упрёки в свой адрес. Он смиренно терпел все её заскоки и попытки вывести его на скандал. А по вечерам Джеймс успокаивал плачущую жену, которая считала себя ужасной женой, матерью и подругой. Нередко Алина ела шоколадное мороженое в гостиной, греясь исходящим тёплом от камина, а мародёры её веселили.
Чаще всего Лина радовалась присутствию друзей и четой Снейпов, но порой было по-особенному тяжело. Мистер Поттер в её утробе устраивал скачки, отчего живот миссис Поттер ходил ходуном. Тем не менее, Алина не унывала, наслаждаясь счастливыми месяцами беременности.
Кто знает, сколько ей ещё осталось?
На днях приехало семейство Петтигрю-Бургских, молодожёны совсем недавно обвенчались. Николас уговорил ответственного Питера остаться в Лондоне до тех пор, пока Алина не родит. Ведь как-никак, но Питер и Лили должны были стать крёстными. Питер был неимоверно счастлив, когда Джеймс с Линой сообщили ему эту новость. Сириус не остался в стороне даже тогда, когда будущие родители узнали пол своего ребёнка, должен быть мальчик. Блэк всей душой радовался за друзей, отгоняя прочь скверные мысли о возможной кончине Лины.
В канун Рождества Сириус получил неподписанный подарок, тот был аккуратно завёрнут в невзрачную подарочную бумагу зелёного цвета. Он расплакался. Маленькое колдофото черноволосого мужчины, на плечах у которого восседала девочка в пёстром платье. Рядом стояла женщина с элегантной причёской и крохотным младенцем на руках. Регулус широко улыбался, обнимая жену за талию. Бродяга понял это по золотистому кольцу на безымянном пальце у обоих.
«Пару дней назад ты стал дядей, Сириус. У меня всё хорошо, если тебя это волнует. Я счастлив, братец, надеюсь, счастлив и ты. Мне хочется верить, что я не разочаровал тебя. Р.А.Б»
Сириус утёр скупую слезу, текущую по впалой щеке. Его братишка-таки жив. Печально, что они не свидятся, но сейчас это неважно. Ещё раз взглянув на волшебную фотографию, Блэк убедился в том, что нужно спасать Сохатого и змеёныша. Лина не справится без Джеймса, который решил пожертвовать собой ради неё и ребёнка. А если Алина… то Сохатый непременно пойдёт под откос.
Весь этот порочный круг Сириус вознамерился разорвать раз и навсегда. Его друзья не должны страдать.
У Бродяги хорошая жизнь, тем не менее, он так и не смог обрести смысл. Когда-то Сириус истинно верил в то, что Алина — его предназначение, что они должны быть вместе и любить друг друга до гроба. Это было не так. Алина Лестрейндж была предназначена другому. Его лучшему другу. Поначалу Сириус действительно корил судьбу за всю ту боль и обиду. Не сразу, но он смирился, стоило ему только взглянуть на те влюблённые взгляды Джеймса и Алины. Печаль, сковавшая тело долгое время, незаметно отступила. Блэк больше не чувствовал тоски и грусти по несбывшемуся.
— Опять не спишь? — мужчина через плечо обернулся на только что подошедшего друга.
— Ей не нравится то, что я дышу слишком громко. — Поттер криво улыбнулся, локтями облокотившись на перила.
Он не злился на жену, прекрасно понимая то, как ей сейчас нелегко. Ведь помимо тяжёлой беременности, Лина продолжала хранить свою тайну, которая принадлежала не только ей, но и Джеймсу. Нехотя, но мужчина понимал её, в конце концов, он тоже не рассказывал ей то, что задумал.