Страница 4 из 47
Главный дом усадьбы Голицыных был построен Матвеем Казаковым. Причем казаковский фасад сохранился встроенным в классическое здание советского учреждения. Два этажа в центре с изящным балконом – XVIII века, пристройки по бокам и сверху – уже XX столетие. В 1775 году Екатерина Великая собиралась надолго в Москву, но оказалось, что ни одного императорского дворца для проживания императрицы с придворными нет! Что-то сильно обветшало и устарело, другие здания были в процессе строительства. В результате для императрицы приготовили усадьбу Голицыных. Главный дом соединили деревянными переходами с еще двумя усадьбами – Лопухиных сбоку (Малый Знаменский пер., 3/5, стр. 4) и Долгоруких сзади (Большой Знаменский пер., 2, стр. 3).
Волхонка ул., 14, стр. 5
На месте голицынского сада возвели временную деревянную постройку с большими парадными и обеденными залами. Этого монстра назвали Пречистенским дворцом. Императрица говорила, что в своем кабинете ей приходится сидеть между «тремя дверями и тремя окнами». А вот ее описание Пречистенского дворца из письма Фридриху Гримму: «Вы хотите иметь план моего дома? Я вам пришлю его, но нелегка штука опознаться в этом лабиринте. Я пробыла здесь два часа и не могла добиться того, чтобы безошибочно находить дверь своего кабинета, это торжество путаницы. В жизни я не видала столько дверей; я уж полдюжины велела уничтожить, и все-таки их вдвое более, чем требуется».
Соседняя с голицынской по Малому Знаменскому переулку усадьба Лопухиных также входила в Пречистенский дворец. Главный дом усадьбы занимали дежурные кавалеры, там же жил фаворит Екатерины Григорий Потемкин. Нынешний портик на фасаде здания появился в начале XIX века при следующих владельцах – Протасовых. Во фронтон был помещен герб фамилии. Усадьбу надо обязательно обойти. Заворачиваешь за угол – и из XIX века переносишься в петровские времена, когда на пожалованной государем земле царский тесть Федор Лопухин поставил двухэтажные палаты на высоком подклете. Уже в наше время реставраторы восстановили на дворовом фасаде декор XVII века и реконструировали богатое Красное крыльцо.
Сегодня былые усадьбы, доходные дома, перестроенные каретные сараи вокруг главного здания Музея изобразительных искусств отданы музею. Пушкинский прирастает все новыми и новыми территориями.
Обратный процесс коснулся только церкви Антипия. До 2005 года в храме был отдел тканей музея, затем здание вернули церкви. Получившийся музейный городок по запутанности плана уже превзошел Пречистенский дворец Екатерины. Только архитектор Казаков сумел соединить переходами все здания, а современный комплекс музея разобщен. Корпуса по Волхонке публике известны, а вот что происходит в глубине, знают только самые дотошные посетители. Погуляйте по дворам, и вы обнаружите детский центр «Мусейон» в интересном старинном здании, дополнительные выставочные площадки, библиотеку…
Колымажный пер., 8/4, стр. 1
Знаменка ул., 3
© Elena Koromyslova Shutterstock.com
Малый Знаменский переулок выведет нас на Знаменку. Два обласканных властью художника – Шилов и Глазунов – получили здания в шаговой доступности от Кремля. В 1996 году художник Александр Шилов подарил городу 355 своих картин. Город в ответ выделил живописцу особняк для размещения этой коллекции (Знаменка ул., 3). Здание, доставшееся новой галерее, построил архитектор Евграф Тюрин в 1829 году, в 90-е годы XIX века дом был надстроен и по-новому декорирован. Не всем достаются такие подарки. Шилова очень любят заказчики и зрители. Его портреты всегда эффектны и необыкновенно гладко выписаны. Это льстит натуре. Кажется, что тебя рисовал сам Брюллов! А вот художественные критики судят строже, они шутят, что Шилов словно не заметил появления цветной фотографии.
Художнику, когда открылась его галерея, было всего 50, он продолжал рисовать, и через несколько лет архитектор Михаил Посохин удлинил здание на восток, оформив боковой фасад классическими элементами в стиле первого корпуса. Получился новый ансамбль на углу Волхонки. Теперь здесь хранится 1000 работ Шилова. Главный вход в галерею, украшенный статуями и фронтоном, устроен в торце новой пристройке. Тот же архитектор Посохин возвел перед зданием галереи Шилова часовню в традиционном русском стиле в честь Николая Чудотворца.
Самым красивым зданием Москвы горожане безоговорочно признают Дом Пашкова (Воздвиженка ул., 3/5, стр. 1). Он стоит на выгоднейшем месте – на холме напротив Кремля. Получается, что из его окон еще в XVIII веке можно было посмотреть на царский дворец сверху… Дом был построен всего за два строительных сезона, с 1784-го по 1785 год, и немедленно получил прозвище «Кремль одного человека». Нетитулованный дворянин Пашков, разбогатевший на винных откупах, этой стройкой прославился на века. Автор проекта неизвестен, и понятно желание приписать шедевр какому-нибудь отечественному гению, скажем, Василию Баженову. Но никаких документов не сохранилось, и некоторые исследователи считают, что проект был прислан из Парижа, а строили здание по готовым чертежам московские зодчие.
Изнутри дом неоднократно перестраивался, ведь после Пашкова его занимали последовательно гимназия, музей и библиотека. Канцлер Николай Румянцев завещал открыть в своем доме в Санкт-Петербурге музей на основе собственной коллекции. Это был первый в России частный музей, но содержался он плохо. И чтобы спасти Румянцевские коллекции, музей передали в казну и определили в Москву. Ведь в Москве еще не было публичного музея. Москвичи восприняли новость с энтузиазмом. Купец Козьма Солдатёнков дал деньги для перевозки экспонатов, под музей переоборудовали Дом Пашкова. В Москву прибыли 29 000 томов Румянцевской библиотеки, этнографическая коллекция, небольшое собрание картин. Была даже скульптура работы Антонио Кановы.
Воздвиженка ул., 3/5, стр. 1
© Vicky Jirayu Shutterstock.com
28 лет прослужил в Румянцевском музее профессор Цветаев. Причем последние десять лет был его директором. В 1910 году Цветаев оказался в центре скандала. В гравюрном отделении обнаружилась пропажа – постоянный посетитель вынес почти 400 гравюр. Министр народного просвещения отстранил Цветаева от должности без пенсии! Но комиссия сената обвинения сняла. Нарушителя нашли. Им оказался молодой купец, принятый в высшем обществе, Кознов. А поэт Лев Эллис был застукан в читальном зале – вырывал из книг иллюстрации. Эллис был не просто сыном знаменитого педагога Льва Поливанова, но и был вхож в дом самого Цветаева, дружил с дочерьми директора – Мариной и Анастасией. В конфликте отца с молодым символистом девочки встали на сторону своего друга. Марина написала стихотворение «Бывшему чародею»:
Вам сердце рвёт тоска, сомненье в лучшем сея.
– «Брось камнем, не щади! Я жду, больней ужаль!»
Нет, ненавистна мне надменность фарисея,
Я грешников люблю, и мне вас только жаль.
– «Погрешности прощать прекрасно, да, но эту —
Нельзя: культура, честь, порядочность… О нет».
– Пусть это скажут все. Я не судья поэту,
И можно всё простить за плачущий сонет!
Цветаеву предлагали вернуться на пост, но он уже возглавлял созданный им с нуля Музей изящных искусств, нынешний Пушкинский. Тогда профессора избрали почетным членом Румянцевского музея. Но обида осталась, и Румянцевский он до конца дней называл «музеем, из которого меня выгнали».