Страница 10 из 47
Москва – город купеческий. У нас всегда купец Калашников противостоял опричнику. И когда столица волею Петра оказалась далеко на севере, Москва оставалась крупнейшим транспортным узлом и промышленным центром империи. А московские деловые люди верховодили и задавали тон не только на волжских ярмарках, но и в далекой Сибири. Наш город торговый, часто торгашеский и по духу, и по истории. Как говорили в старину, «Посторонись, Москва, купец идет!»
Прогулку по купеческой Москве я хочу начать с Театральной площади. На картах пространство между Большим театром и Китайгородской стеной делят две площади: Театральная площадь – ближе к театру и площадь Революции – у стены Китай-города. Но москвичи все пространство по обе стороны Театрального проезда называют Театральной площадью. Тем более, что выходы из метро «Театральная» есть на обеих площадях. Южный наземный вестибюль станции «Театральная» примечательный (Никольская ул., 7–9, стр. 16). Его выполнил архитектор Алексей Душкин как часть будущего кинотеатра «Академический», который должен был стоять прямо напротив Большого театра как символ нового искусства. Огромный кинотеатр остался в проекте, а его входную группу со спуском в метрополитен построили.
Никольская ул., 7–9, стр. 16
© Ge
Огромная площадь была спроектирована архитектором Осипом Бове. По длинной оси он построил театральное здание, по периметру заложил четыре одинаковых строения с акцентированными углами. Планировка Бове сохранилась полностью, только дома по краям площади подросли. Не изменилось лишь здание Малого театра, и если представить такие же корпуса по всему периметру, то вы поймете, как выглядел замысел Бове. Большой театр остался на прежнем месте, но был перестроен архитектором Альбертом Кавосом в 1856 году. Пространство площади стало не просто единым, но еще и неприкосновенным. Всю середину занимал московский плац-парад, огороженный канатами на столбиках. Прямое движение по Театральному проезду было закрыто и транспорту, и пешеходам, проезд оказался по периметру, даже трамвайные рельсы проложили вплотную к зданию Большого театра. Только в начале XX века плац-парад заменили скверами и проложили прямой, привычный нам проезд. Он и разделил некогда единое пространство на две площади – Театральную и Революции.
Театральная площадь
© Pavel L Photo and Video Shutterstock.com
Elena Rostunova Shutterstock.com
Театральная пл., 5, стр. 1
Театральный пр., 2
© Elena Koromyslova Shutterstock.com
С юга площадь ограничивает стена Китай-города, московского Сити, где была сосредоточена оптовая и розничная торговля, размещались ведущие банки и представительства мануфактур. От Китайгородского укрепления остались часть старинной крепостной стены да непроездная башня, спрятанная за гостиницей «Метрополь». Не так давно уже современный предприниматель предложил реконструировать одну из башен, выходящую на площадь. Стена сразу станет более выразительной, а то и не понятно, с какой стороны ждали неприятеля. Предприниматель же получит площадку под ресторан а-ля рюсс. Город согласился с условием: новая часть стены и башня должны отличаться от исторического куска. Поэтому выветренный темно-красный кирпич с зубцами в виде ласточкиных хвостов аутентичной части сменяет светлый кусок с совершенно другими зубцами. И башня не похожа на старинные рисунки московских укреплений. Это тешит душу историку, а заезжий турист не знает таких тонкостей и радостно фотографируется на фоне новодельного укрепления (Театральная пл., 5, стр. 1).
Гостиница «Метрополь» – альтер эго его создателя, купца Саввы Мамонтова (Театральный пр., 2). Здание сделано с редким размахом. Вроде бы служит житейским целям: поесть, переночевать, но оформлено с удивительным изяществом и все наполнено произведениями искусства. Они, правда, очень похожи – гостиница и ее строитель. Рожденный для творчества, увлекающийся, непоседливый Савва наследовал родительские предприятия. Увлекся и этим делом. В результате построил две железные дороги – Ярославскую и Донецкую. На Мамонтова обычно смотрят как на купца, на досуге увлекающегося искусством. Мол, работа, приносящая деньги, – основная, а остальное – хобби. Мытищинский завод, который до сих пор вагоны метро и электричек выпускает, – это, мол, дело. А двадцать лет оперу содержал, лучшие итальянские голоса в Москву выписывал, Шаляпина открыл… Это разве хобби? Министр финансов Сергей Витте Мамонтова не понимал. Зачем он театр держит? Затратно и несерьезно. «Это серьезнее железных дорог, – ответил ему Савва Иванович. – Искусство – это не одно развлечение только и увеселение».
Платформа Мамонтовская
На Нижегородской ярмарке Мамонтова попросили сформировать художественный павильон, сейчас бы Савву назвали куратором. В приготовленном здании под потолком были пустоты, и Савва попросил Михаила Врубеля написать туда два больших панно. Одно было на тему русских былин – «Микула Селянинович», а другое – по пьесе Эдмона Ростана, «Принцесса Грёза». Однако жюри из Академии художеств с треском провалило панно. Тогда Мамонтов на свои деньги построил отдельный павильон и демонстративно выставил в нем работы Врубеля. Над входом уже повесили вывеску «Выставка декоративных панно художника М. А. Врубеля, забракованных жюри Императорской Академии художеств», но в последний момент Мамонтова уговорили скандальную вывеску снять. А когда меценат строил в Москве гостиницу «Метрополь», то решил спорное произведение перевести на своем заводе керамических изделий «Абрамцево» в керамику и поместить на фасаде. Мы не Италия, не страна фресок, у нас не много наружных картин, и «Принцесса Грёза» – самое большое настенное произведение художника мирового уровня в Москве.
Natalja Nikolaeva Shutterstock.com
Pavel L Photo and Video Shutterstock.com
Другие керамические панно на «Метрополе» сделаны по эскизам художников Александра Головина и Сергея Чехонина. Скульптурный фриз принадлежит скульптору Николаю Андрееву. Общий проект выполнил архитектор Вильям Валькот. Но проект перерабатывался, поэтому в строительстве и оформлении интерьеров участвовал десяток московских архитекторов. Выше гостиница довольно скромная, а вот залы первого этажа достойны осмотра. И не ограничивайтесь фасадом, пройдите по первому этажу. Полюбуйтесь витражным стаканом лифта, а затем обязательно загляните в ресторан. Вы увидите самый большой и необычный ресторанный зал в Москве. Если бы Савва Мамонтов задумал просто гостиницу, мы бы об этом не говорили. Савва Великолепный (так его называли современники) строил комплекс. Где будет, понятно, гостиница, несколько ресторанов, кинотеатр, художественные галереи, концертные и спортивные залы. Центром этого комплекса должно было стать большое фойе под стеклянным куполом, прорезающее пять этажей. Отсюда можно было пройти во все его части. Ну а сердцем «Метрополя» предполагали сделать оперный театр. Мамонтов содержал частную оперу и решил, что хватит арендовать чужие помещения, пора обзавестись собственным. Театр планировали огромный. В соседнем императорском Большом театре 1750 кресел, а у Мамонтова будет почти в два раза больше – 3500.