Страница 51 из 87
Глава 38 Цзуэр, вытащи меня отсюда
Меня охватило неописуемое волнение, но я взял себя в руки и спросил ее: - Ты не попадешь в неприятности из-за того, что помогаешь мне? Цзуэр закатила глаза и сказала: - Отчего же? Ты думаешь, я боюсь Лун Е? Она отрицательно покачала головой и сказала: - Ты хочешь сказать, что за то, что я выпущу тебя, он меня…убьет? – на это, я ничего не ответил ей, и она продолжила: - Ну, предположим, что у тебя есть дочь…, она вдруг засмеялась, а затем продолжила объяснение: - И она, отпустила твоего соперника, сможешь ли ты убить ее за такое?
Я ответил без раздумий: - Этого не случится, я же уже говорил тебе, я не такой, как твой отец! На что она тут же ответила: - Говорят, люди редко применяют жестокость по отношению к своим близким, так что, не волнуйся, хоть у меня и есть к нему претензии, но Лун Е очень любит меня, он не станет усложнять мне жизнь, уж в этом будь спокоен.
Я немного поразмыслил, мне действительно очень хотелось уйти отсюда, но выбраться, применив силу, казалось мне безумием, однако теперь у меня и впрямь появилась надежда на спасение. Я спросил Цзуер:
-Как ты собираешься вызволить меня отсюда? Это место строго охраняемо, бандиты сказали, что никому за исключением твоего отца не позволено выпускать меня.
Ответ на этот вопрос был у Цзуэр наготове, и она сказала: - К твоему сведению, я отучилась в Англии, и уже должна была устроиться на работу, если бы не его 70-летие, из-за чего я была вынуждена вернуться сюда. Я не собиралась возвращаться, на самом деле, мне здесь не нравится, я и Гонконг то не люблю, и свою семью, к тому же, как только я услышала, что Мэй И пропала, я понимала, что по возвращении, не увижусь с ней, однако ты знаешь, что сказала моя мать, что я не вернусь, а мой брат снова в психиатрической больнице, это ее позорит, мне стало неловко…, - она сказала много лишнего, мне казалось, она отклонилась от темы. Она посмотрела на меня, и слегка улыбнувшись, сказала: - В день, когда он будет справлять свой день рождения, здесь будет куча гостей, и все они пойдут в ресторан на банкет, когда придет время, я приду за тобой, а после куплю тебе билеты на самолет и ты сможешь улететь.
Я думал о том, что время и в правду подходящее, но все же с беспокойством сказал: - Ты уверена, что не нарвешься на неприятности? Цзуер подмигнула мне, и сказала: - Уверена, ты хоть и лжец, но о других заботишься, эка невидаль! – легкая улыбка коснулась моих губ. – Я бы не хотел, чтобы из-за меня у кого-то были неприятности! - сказал я. Она ответила: - Ну так мы ведь друг другу не чужие, я любимица Мэйцзы, а ты мужчина, который нравится моей Мэй И. Как мы можем считаться друг для друга посторонними! – пояснила она, глядя на меня с улыбкой, - Неужели тебе нравится жить здесь, спать на бетонной площадке, в этой сырой и притом заброшенной комнате?
Я отрицательно покачал головой, и она, завела руку мне за спину и похлопав меня по плечу сказала: - Ладно, значит, договорились, ох если бы Мэй И узнала о моем героическом поступке, то она была бы в восторге от того, как я все придумала. Но на самом деле, я делаю это для себя. Обожаю моменты, когда Мэй И хвалит меня за что-то.
Я закивал головой, меня посетила мысль о том, что я и в правду хочу выбраться отсюда и что мне не хочется здесь оставаться ни на минуту.
В тот день мы проболтали до вечера, как раз до того момента, как два приспешника подошли к Цзуэр и сказали, что она должна уйти. Когда она уходила, то скривилась, глядя на меня, но глаза ее выражали намек.
Тем вечером, лежа в своей кровати в комнате, в которой я прожил уже 8 месяцев, я не мог заснуть. Все обдумывал то, что случилось днем, думал, что возможно, осталось потерпеть два дня, и я уеду отсюда. Я верил в лучшее, осознавал, какой это риск, но в тоже время был готов действовать. Пусть даже меня поймают, я думал о том, чтобы Цзуэр миновали неприятности.
На следующий день Цзуэр не пришла навестить меня. Позже я выяснил, что она решала вопрос с билетами на самолет, она наняла прислала ко мне человека, который принес мне летний костюм, рубашку, носки и новые ботинки. Присланный ко мне приспешник сказал мне сетуя: - Тебе юнец, офигеть как повезло, даже старшая дочь хорошо к тебе относится! – сказал он, качая головой.
Я переоделся, а после вышел и обратился к приспешнику, стоящему у выхода: - Ну как?
- Черт подери, если ты не умрешь, то можешь поступить в театральное училище! – охраняющий меня прихвостень тоже часто об этом шутит. Я посмотрел на себя сверху вниз, а после невольно улыбнулся
– А если бы я не приоделся, то, что тогда?
- Через несколько дней ты таки умрешь? – он косо посмотрел на меня и сказал: - Смейся, смейся, видно ты еще не уяснил правила, ведь так? Зря радуешься. А старшей дочери известно, что тебя тут же повесят, видишь, уже и новый чистый костюмчик подобрала.
- Может быть, однако я ничего не боюсь, - сказал я с улыбкой, похоже, что этот приспешник ничуть не желал мне смерти. Он нахмурился и сказал: - Черт, как бы то ни было, мне тебя и в правду жаль, ты человек неплохой, очень жаль. Если ты уйдешь, и мы поменяемся местами, тяжело видеть тебя здесь. Даже на дне рождения Лун И, мы долго боролись, прежде чем согласились пойти и выпить вина. Кстати, послезавтра вечером нас здесь не будет, но не пытайся сбежать, вот что я тебе скажу, здесь везде камеры наблюдения, а забор под напряжением, не стоит оно того, чтобы умереть от удара током!
Я закивал головой и сказал: - Не беспокойся, я не сбегу, я даже и не думал об этом, мне и здесь неплохо!
- Ха, неужели из-за мисс Цзуэр? ну ты даешь! –сказали они и расхохотались.
Я тоже рассмеялся.
Вечером следующего дня я возможно уеду отсюда, тем вечером Цзуэр снова не пришла навестить меня, я слегка обеспокоился, но думал о том, что раз Цзуэр сказала, что поможет мне, значит, так оно и будет. Я прилег на постель и был не в силах заснуть, ровно как заключенные, которые сидят в тюрьме и думают о том, как поскорее выйти, мои мысли спутались.
Я с трудом дождался вечера следующего дня, я переоделся в одежду, которую Цзуэр оставила для меня, кожаные ботинки были немного малы, но носить можно, я сидел в комнате и тихо ждал. Я прибрал все свои вещи, на деле же, из вещей у меня не было ничего кроме блокнота, в котором я обычно вел свои записи. Мне казалось, что за это время уровень моего письма улучшился. Похоже, если человек хочет стать писателем, то ему просто на просто стоит отправиться в тюрьму. Потому как единственным развлечением будет – блокнот и ручка. За то время что я провел здесь, я начал записывать по крупицам события из моей жизни, из жизни сестры Мэй Цзы и жизни моей девушки.
Около 8 вечера, я вдруг услышал шум снаружи, дверь открылась, не издав ни малейшего скрипа. Я подумал, что это Цзуэр, я поспешил выйти из комнаты, и действительно увидел Цзуэр, она торопливо шла мне навстречу, а завидев меня, улыбнулась и сказала: - А ты весьма хорош! Она взяла меня за руку и повела за собой, сказав: - Пойдем! – а затем добавила: - У тебя есть каки-то вещи, которые нужно взять с собой?
Вернувшись в комнату, я взял блокнот, а затем вышел, Цзуэр потянула меня за руку и сказала: - Иди за мной, только тихо, я проведу тебя там, где нет видеонаблюдения!
Мы вышли через заднюю дверь, за коттеджем виднелась гора. Мы начали взбираться прямо на гору, Цзуэр помнила дорогу, но знала ее не достаточно хорошо, более того ее шаг не был твердым и мне приходилось поддерживать ее под руку, пока мы блуждали в потемках.