Страница 49 из 87
Глава 37 Тетка Мэй Цзуэр.
Я увидел ее в отражении водной глади, она была не в духе, и ходила взад и вперед по берегу, и не сводя с меня глаз зло смотрела на меня. В такой скучной, почти разрушенной жизни в тюремном заключении крайне интересно иметь такую красивую соседку, с которой можно вступать в конфликт. Я больше не мог находиться в воде, и выбрался на берег, обтираясь махровым полотенцем. Она подошла ко мне крайне разраженная, замахнулась, и отвесила мне две оплеухи.
Глядя прямо на нее, я улыбнулся и сказал: -Такая молодая и красивая, но станешь страшной!
-Придурок! - сказала она и взметнула руки, готовая нанести мне удары, но кажется, ей так и не хватило смелости.
Я усмехнулся, и сказал: - Возможно, что, хочешь пойти и отыскать своего папочку, который разрешил тебе запереть меня здесь…
-Я дам тебе еще один шанс. Скажешь ты или это или нет, если нет, то я прикажу им убить тебя, а затем скинуть твое тело в море на корм акулам.
Я рассмеялся, а потом подошел к ней почти вплотную и затем неожиданно схватил ее за руку, и прильнул к ее лицу, она испугалась и одернула руку, после чего поспешила отвернуться.
- Держись от меня подальше, слышишь меня! - сказал я, делая акцент на каждом слове
- Отпусти меня, если…, ее дыхание участилось и она продолжила: - Если Мэй И узнает как ты обходишься со мной, она очень разозлиться, и будет думать, что ты обманул ее, ты-развратник! - сказала она и бесстрашно взглянула на меня.
Я отпустил ее руку и отвернулся, обдумывая сказанное ею, после чего бесцеремонно ответил: -Ты считаешь, что я черт подери хочу этого? Ты хоть знаешь, какого это находится здесь 8 месяцев. Вот что я тебе скажу, не провоцируй меня, сколько мне еще здесь торчать?
Услышав сказанные мною слова, она сказала, понизив голос: - Ты…так ты не винишь меня в том, что ты здесь оказался.
- Твою мать, во всем виноват твой отец! - я нахмурил брови и сказал: - Ты хоть знаешь, какого это скучать по своим близким? Ты знаешь, как много людей волнуются за меня на материке? Ты знаешь, как волновались бы мои близкие если бы я, пропал без вести? Знаешь?, - у меня вдруг пропало настроение, это обидело меня, покачав головой, я сказал: -Знаешь ли ты каково это жениться на третий день, а потом быть задержанным здесь? - на самом деле, я не это имел в виду, когда говорил что я стремился жениться, но это было несправедливо по отношению к девчонке, в конце концов Сяо Юэ – просто маленькая беззащитная девочка.
Она спокойно ответила: -Так ты хочешь женится на Мэй И?
Я холодно процедил: -Нет!
Как только она услышала мой ответ, она нахмурилась и сказала: -Нет? Если ты не собираешься жениться на Мэй И, то ты женишься на ком-то другом?
Я неохотно улыбнулся и сказал: -Да!
-Ну и поделом тебе! - она была так зла, что поставила руки в боки и сказала:
-Неудивительно, что Мэй И не пришла к тебе на помощь, ты бесчувственный человек, у вас с Мэй И появился ребенок, а ты хочешь жениться на другой женщине, ну ты и…», она покачала головой и продолжила: -Ты заслуживаешь смерти, вот уж не хотела бы я оказаться на месте Мэйцзы, - переживания захлестнули ее, нахмурившись, она сказала:
- Ох, Мэй И, как же ты несчастна, а ведь она мне как-то сказала, что когда у нее родится ребенок, то ее жизнь станет лучше, вот уж не думала, что ты ее обманешь, ты подлец, обманул ее, тут тебе и место…, - она заплакала и была готова убежать, но после сказала напоследок: - Ты будешь гнить здесь всю оставшуюся жизнь, ты…, не видать тебе лучшей жизни!
Когда я увидел, что она плачет, то не мог понять, от чего мне вдруг стало ее жаль, я поспешил к ней, и притянув ее, сказал: «Эй! Подожди минутку, послушай меня!», казалось, будто я смотрел не на девчонку, а на сестру Мэйцзы, похоже я обидел не сестру Мэйцзы, а девчонку что стояла передо мной, мне хотелось узнать, почему она так убивалась.
- Мы можем поговорить?, - я притянул ее к себе, а после мягко сказал: - Извини, я солгал тебе, я поступил плохо, послушай меня!
- О чем еще ты говоришь?, - сказала она, скинув мою руку.
Я отпустил ее руку и сказал равнодушно: - Я и не знал, что ты так добра к Мэй И, есть некоторые вещи, которые я надеялся обсудить с тобой все эти дни, мне и в правду нужен кто-то, кому можно выговориться, только вот не знал, с кем можно поговорить.
-Тогда тебе должно быть известно о нашем с Мэй И прошлом? - она вытерла слезы, а после надула губки.
- Тогда может обсудим это? - с улыбкой спросил я.
Она остолбенела, посмотрела в мою сторону, затем кивнула и ответила: -Хорошо!
- Присядем и поговорим, - я сел на подмостки, она тоже воспользовалась случаем и села, мы смотрели на море, простирающееся вдаль, и темно-синее небо.
- Говори первая, - сказал я, улыбнувшись.
- Нет, ты первый, я больше не доверяю тебе, обманщик! - она все еще злилась из-за случившегося.
- Хорошо, я начну, - сказал я рассмеявшись.
В полдень того дня, мы с девчонкой сидели там. Я знал, что могу рассказать ей все что угодно. Она любила Мэй И. И мне казалось, что она единственная, с кем я мог поговорить здесь
Я потихоньку рассказал сестре Мэйцзы как мы познакомились, после, как она отправила меня бороться с наркотической зависимостью, и вплоть до того, как она родила ребенка, и наконец то, как меня задержали в Гонконге, все от начала и до конца. Она просто молча слушала мой рассказ, время от времени вставляла несколько слов, например: «А Мэйцзы любит тебя?», «А ты любишь Мэй И?», «А ребенка любишь?», «Ты видел его?», «Ты не можешь винить Мэй И! », и другие вопросы, на которые мне пришлось отвечать. Ответив на все ее вопросы, я услышал, как она разрыдалась, она ревела не останавливаясь, и сказала, прикрыв рот ладонью: - Бедная Мэй И, а ты…, - ее тронул мой рассказ, и в конечном итоге она сказала: - Мне и тебя жаль, ну почему двое любящих друг друга людей не могут быть вместе!
Казалось, будто я встретился не с дочерью Лун Е, а с кем-то другим, она только и думает, что о Мэй И, а остальные, похоже ее не волнуют.
- Не плачь, ты лучше расскажи мне о себе и о своей Мэй И, - сказал я, глядя на нее.
Она утерла слезы, но долгое время приходила в себя, а после чего, поджав губы заговорила: - Знал ли ты, что Мэй И с самого детства воспитывала меня? Я все время поражалась, мне было пять или шесть лет, в то время как ей было десять. Мама заставляла меня называть ее сестрицей, она каждый день брала меня с собой играть и развлекаться, она мыла меня, кормила, возила в горы собирать дикие цветы. Мне особенно нравилось играть вместе с ней, когда я пошла в школу, она каждый день отвозила меня на машине, если меня обижали дети, она тут же заступалась за меня. В детстве, когда я заболела корью, у меня была высокая температура, я помню, как она волновалась за меня и как плакала, не отходила от меня всю ночь напролет. Я этого никогда не забуду. Позже, когда я стала старше, и мне было десять лет, мы с ней говорили особо всем ничего не тая. Если мне в школе нравился мальчик, мы могла говорить об этом, она ходила со мной по магазинам, принаряжала меня в красивую одежду. Можно сказать, что она была мне ближе, чем родная мать. Если бы я не жила под одной крышей со своей матерью, я бы жила с ней. Скажем так, в то время, если мы не виделись с Мэй И, то я тут же начинала плакать, я была очень зависима от нее. Такое не каждый может понять, если только сам не пережил подобное», сказала она и посмотрела на меня, я закивал головой, и она продолжила: - Моя мать, и Мэй И плохо ладили, все из-за того, что в дальнейшем…, - она улыбнулась и снова заговорила: - Лун Е приглянулась моя Мэй И, а я была еще слишком мала, чтобы понять это. Только услышала, как моя мать сказала Мэйцзы, что ей нельзя больше приходить сюда, она не посмела ослушаться, с тех пор, Лун Е попросил меня не называть ее больше Мэй И, я не называла, до настоящего момента, а сейчас называю Мэй И, на самом деле я ненавидела это, поэтому в детстве я не звала его папой, он казалось, мог быть моим дедушкой. Как ты мог жениться на Мэйцзы…», сказала она и у нее на глазах снова выступили слезы. Я сжал ее руку и сказал: «Не плачь, есть вещи, которые мы не в силах контролировать.»