Страница 75 из 84
Мать Эхнатона — царица Тэйе, женщина незнатного происхождения, но несомненно умная и властная. Часто пишут, что она была некрасива, ссылаясь на знаменитый портрет из слоновой кости и черного дерева. Но, если это действительно ее портрет, то перед нами — изображение пожилой женщины, жизнь которой могла быть не так уж легка, как мы себе представляем, любуясь полупрозрачными белоснежными одеждами, сложными головными уборами, изысканными париками, драгоценными украшениями цариц на древнеегипетских изображениях. Диодор пишет о регламентированной по минутам жизни фараона, и в этом сообщении есть большая доля истины. Тяжесть бремени власти признавали сами «владыки Обеих земель» (Поучение Мерикара). Так и царицы отнюдь не проводили время, сменяя одни развлечения другими. Тайе, судя по письмам чужеземных царьков, занимала особое положение при дворе (заметим, что «разведка» была хорошо налажена на древнем Востоке, и монархи были достаточно осведомлены о делах своих соседей). Но отношение к «простолюдинке» придворных могло быть разным… Не исключено, что одной из причин ненависти фиванского жречества к Эхнатону (уже на первом году правления, когда «ничто не предвещало надвигающейся бури» — переворота, ему довелось услышать нечто столь «дурное», что он не мог забыть этого на шестом году) была его мать, связанная родством с панопольскими и гелиопольскими жрецами. Конец жизни Тэйе омрачала длительная болезнь мужа — Аменхотепа III.
Не только сохранившиеся в Телль эль-Амарнском архиве письма чужеземных царьков, но и многочисленные изображения свидетельствуют об исключительности позиции Тэйе: она затмевает мать царя Мутемуйу и представлена в образе богини Маат. В свете этих памятников положение фантастически красивой Нефертити при Эхнатоне не кажется удивительным: сын просто следует примеру отца. Другое дело — Кэйе: в провозглашении ее «любимцем» и возвеличивании до положения полу-фараона «отступник из Ахетатона» проявил себя большим оригиналом, чему немало свидетельств в истории его правления.
В списки фараонов XVIII династии Манефон вносит имя еще одной женщины: «дочери царя Хора, Акенхерес, царствовавшей 12 лет и 1 месяц (фрагменты 50–52). Исследователи полагают, что под этим именем скрываются Эхнатон или его преемники: Семенхкара, Эйе. В таком случае труднообъяснима путаница с полом: царицу могли ошибочно обозначить как царя, но наоборот? Странно и сомнительно.
Есть и претендентки: например, Мутемуйа, жена Тутмоса IV и мать Аменхотепа III, бабушка Эхнатона. Возможно, она была регентшей при вступившем на трон в возрасте 12 лет Аменхотепе III. Однако, судя по тому что ее памятники относятся ко времени правления ее сына, роль царицы при дворе Тутмоса IV была незначительной. Ее происхождение остается загадкой: она не являлась «дочерью царя», поэтому мало вероятно, что ее можно идентифицировать с манефоновской Акенхерес. Есть сторонники египетского происхождения Мутемуйи — ее отождествляют с родственницей дочери Аменхотепа II. Другие исследователи предполагают, что она была чужеземкой: эфиопкой или митаннийской царевной (последней точки зрения придерживается К. Жак). Примечательно, что эта царица стала первой обладательницей титула «мать бога» — еще один пример возвеличивания Аменхотепом III собственной перроны. Ему первому из египетских царей пришло в голову ставить себе колоссальные статуи: кстати, Мутемуйа изваяна у ног одного из колоссов Мемнона (параллельно с Тэйе). Титул «мать бога» — квинтэссенция теогамического мифа о рождении фараона от союза царицы и Амона, изображенного в сценах рождения в Луксорском храме. В качестве матери царя Мутемуйа обладала титулом «супруги бога», заменившим ей царскую кровь: ведь обычно супругами бога становились царевны.
Следующая претендентка, высеченная у ног второго Мемнона — жена Аменхотепа III Тэйе. Возможно, ее роль в воспитании сына была велика, но вряд ли ей удалось бы стать при нем хоти бы регентом. Нет, овдовев, она занялась возведением памятников мужу.
А Нефертити, возможно, пережившая Эхнатона? Мы очень далеки от мысли видеть в ней политическую фигуру, вдохновительницу солнцепоклонничества и коварную отравительницу юного Тутанхамона (увы, в литературе встречаются и такие «гипотезы»). Ее область — семья и шесть дочерей.
А «полуфараон», Кэйе? Она на памятниках конца правления Эхнатона изображается не только в синем фараоновском венце с уреем и царскими скипетрами в руках, но и в мужских одеяниях и переднике! Однако другие «показатели», отмеченные Ю. Я. Перепелкиным, снижают впечатление от головокружительной карьеры второстепенной жены — только один (а не два, как у фараона) картуш обводит одно ее имя, рядом с Эхнатоном она выглядят как «младший царь» (почему иногда эти изображения принимают за свидетельства соправления Эхнатона и Семнехкара), а некоторые детали (веер, носимый ею за царем) указывают на ее первоначальное положение, несравнимое даже со статусом царицы, не то что царя. Ненадолго возведенная любовью Эхнатона в ранг полуфараона, Кайе была предана забвению еще при его жизни.
А дочери Аменхотепа IV, ставшие царицами? Ведь согласно Манефону Акенхерес была дочерью фараона!
О старшей дочери Эхнатона, Меритатон, супруге его преемника Семнехкара, правившего недолго (но не менее 3 лет), мы сказать ничего не можем. Правда, если судить по ее титулатуре, она проявила верность солнцепоклонничеству отца, хотя именно ее муж восстановил культы старинных божеств.
Соблазнительно попытаться увидеть в Акенхерес след единоличного правления третьей дочери Эхнатона — Анхесенпаамон. К мысли о ней приводит ее письмо, сохраненное хеттской летописью (египетские источники хранят молчание об этом чрезвычайном событии). Юная вдова Тутанхамона просит хеттского царя прислать в Египет его сына. Почему ей нужен был супруг-чужеземец? Не потому ли, что он не смог бы из-за своего происхождения стать полновластным фараоном в глазах египтян и она правила бы страной единолично? Или ей необходима была уверенность, что будущий супруг не является ставленником фиванского жречества, уже поведшего активное наступление на солнцепоклонничество (Ахетатон был оставлен, а имена царя и царицы изменены «в пользу» ненавистного ее отцу Амона)? Возможно, будь у Анхесенпаамон сын, она смогли бы пойти по пути многих цариц — стать регентом. Впрочем, сохранившаяся титулатура царицы не содержит никаких намеков на ее единоличное правление.
Наконец, может, в качестве «зацепки» использовать имя отца неизвестной царицы — некоего Хора? В нем видят гонителя солнцепоклонничества, последнего царя XVIII династии, Хоремхеба. Но неизвестно даже, была ли у него дочь. Надо сказать, что список фараонов этой династии у Манефона представляет определенные сложности для интерпретации: очевидно, часть имен дублируется. Это могло быть вызвано уничтожением при Хоремхебе имен Эхнатона и его преемников на памятниках или ошибками переписчиков труда Maнефона.
Ну вот и мы отдали дань «заразной» теме, порождающей и у профессионалов и у любителей массу лишенных серьезных оснований гипотез, теме, в центре которой нам загадочно улыбается самый властный и самый удивительный египетский фараон.
Последняя женщина-фараон в истории древнего Египта — Таусерт, замыкающая XIX династию, — вошла в списки Манефона, как… царь, правивший долиной Нила в течение 7 лет (фрагменты 55–56). В армянской версии Евсевия и «Книге Сотис», приписываемой Манефону, этот царь отождествляется с Полибием, владыкой Фив времен взятия Трои (Гомер, Одиссея. IV, 125–135). Полибий и его жена, умная Алькандра, одаряют Менелая и Елену прекрасными вещами. Непонятно, почему супруга Сети II, Таусерт, настолько утратила женственность в античной традиции, но, согласно египетским памятникам, царствовала она действительно 7 лет.
Вероятно, сначала она стала регентом при Сантале. Похоже, последний не являлся ее сыном (его матерью была чужеземка по имени Сутана — «цветочек»). Когда на шестом году правления Сайтах умер — совсем молодым, для Таусерт составляют полную фараоновскую титулатуру, учитывая ее принадлежность к женскому полу. Она величается «дочерью Ра», «владычицей возлюбленной земли», «избранной Мут», «любимой Амоном». Любопытно, что в ее гробнице у всех мужских божеств, кроме Хора, эпитеты в женском роде (например, «Ра Хирахтм, владычица неба», «Тот, владычица божественных слов», «Птах, владычица Маат»). С другой стороны, Таусерт изображают в голубом военном шлеме фараонов (Амада).