Страница 41 из 84
Предполагается, что Амепхотеп II умер в возрасте около пятидесяти лет. Его уцелевшая мумия была усыпана листвой и цветами, на груди лежал букет мимозы. Гробница Аменхотепа II в Долине царей производит сильное впечатление. Входной коридор ведет глубоко под землю. Внезапно ого преграждает символический колодец, связанный с Нуном, океаном прародителем, окружающим землю. Первый зал с двумя опорами лишен всякого декора. Лестница ведет вниз, в зал с шестью столбами: на стенах ого разворачиваются сцены из заупокойной книги Амдуат. Назначение последней — возродить существо, судьба которого подобна солнцу, умирающему вечером и рождающемуся утром. Потолок гробницы изображает небо. Он покрыт темно-голубой краской, на его фоне сияют золотые пятиконечные звезды. Пол понижается и приводит в склеп, где и был обнаружен саркофаг. Там все еще находилась мумия царя. Гробница Аменхотепа II служила также хранилищем для других царских мумий. Их укрывали здесь перед тем, как спрятать в надежном месте.
После телесной смерти Аменхотеп, мощный дланью, продолжал блюсти безопасность царского потомства. Защитник своего народа, он мог гордиться тем. что сохранил могущество своей земли и продолжит традиции отцов.
Глава XII
ТУТМОС IV И СФИНКС
Тутмос IV, сын Аменхотепа II, был приближен к трону отцом и правил десять лет, с 1412 по 1402 г. до н. э. Это период мира и роскоши. Время как бы остановилось. Египет лежит в центре спокойной империи.
Мумия сорокатрехлетнего царя найдена в плохой сохранности. Однако лицо Тутмоса IV осталось очень красивым. Оно излучает безмятежность, несет печать живого ума, богатой внутренней жизни. В его чертах как будто отразились вся изысканность, вся прелесть того благословенного времени.
Этот счастливый и добрый царь пережил одно странное приключение, о котором стоит рассказать. Еще до того как стать соправителем, юный Тутмос развлекался охотой в пустыне, в Гизе, близ большого Сфинкса, почти совершенно засыпанного песками. Египтяне Нового царства называли его Хармахисом[92], т. е. Хором в горизонте, и считали хранителем некрополя. Его называли также Хепри-Ра-Атум, что значит солнце восходящее, полуденное и вечернее, — иначе говоря, животворящее светило во всех его ипостасях. Будущего владыку сравнивали с молодым Хором. Полный сил, он натягивал лук и стрелял по металлической мишени, охотился на львов, вихром носился на колеснице, запряженной быстрыми, как ветер, конями.
К полудню Тутмос утомился. Он стал с почтением рассматривать изваяние. Подходили паломники, чтобы поклониться божеству и принести жертвы его Ка. Текст на стеле Сфинкса, сохранивший рассказ об этом событии, говорит: «Итак, в этих местах стояла огромная статуя Хепри, великая мощью, священная величием, и витала над ней тень Ра».
Тутмос сел под сенью бога и задремал между лапами. Когда солнце встало в зените, будущим фараоном овладел священный сон. Сфинкс явился ему в сновидении и говорил, как отец с сыном. Он возвестил: «Если ты освободишь меня от песков, что душат меня, я сделаю тебя царем». Тутмос будет увенчан белым и красным венцом, вся страна покорится ему как в длину, так и в ширину, все, что охватывает взор властелина вселенной, будет принадлежать ему, и жизнь его будет долгой. «Мой образ принадлежит тебе, мое сердце принадлежит тебе, — говорит Сфинкс. — Я страдаю, бремя, отягощающее меня, погубит меня. Спаси меня, сын мой».
Потрясенный Тутмос дал слово выполнить желание Сфинкса. Он приказал откопать изваяние, и Сфинкс обрел прежнее великолепие. Бог тоже сдержал обещание. Тутмос IV стал великим фараоном. Чтобы увековечить договор бога и царя, между лапами Сфинкса была установлена стела из розового гранита высотой 3,6 м. Она найдена на том же самом месте в 1818 г.
За этой легендой скрывается продолжение ловкой и умелой религиозной политики, начатой Тутмосом III. Тутмос IV хорошо понимал свою роль. Фараон — единственный властелин Египта. Верховный жрец Амона назначается царем и выполняет свои особые задачи. Царь не дает ему никаких поручений, связанных с управлением страной. А Ра-Хармахис, Сфинкс — солярный бог, непосредственно связанный с гелиопольским культом.
Итак, власть Тутмоса IV узаконили жрецы древнейшего священного города царства, а не клир фиванского Амона. Таким образом фараон поддерживает равновесие между различными религиозными учениями и той светской властью, которая паходигся в руках жреческих коллегий.
На международной арене Тутмос IV проводил деятельную мирную политику в отношении сильнейших чужеземных государств. Он, конечно, предпринимал инспекционные походы в Азию и даже взял сирийскую крепость, где горстка бунтовщиков подняла мятеж.
Но обошлось без существенных сражений. Фараон принимал меры по поддержанию порядка, осуществлял наблюдение «с позиции силы». Сирийцы, по-видимому, поставляли Египту хороших каменщиков, которые возводили там крепости.
Азии угрожала опасность дестабилизации. Митаннийцы чувствовали надвигающуюся угрозу. Новый народ, хетты, проявлял воинственные стремления. Митанни, которая так долго боролась против Египта, теперь искала оборонительного союза с ним против хеттов. Тутмос IV поощрял их намерения. Страны обменялись посланцами и посольствами.
Чтоб скрепить союз, фараон изъявил желание жениться на митаннийской царевне по имени Мутемуйа. Шесть раз подряд царь Митанни давал отказ. Настойчивость Египта после многочисленных обменов любезностями стала еще упорней. Наконец бракосочетание состоялось. Со стороны Тутмоса IV такой шаг означал настоящую революцию. Чужеземки по обычаю могли быть только второстепенными супругами. Однако Мутемуйа Митаннийская была возведена в ранг «великой царской супруги» и стала матерью Аменхотепа III[93]. Царица Египта считалась хранительницей божественной крови. Нетрудно понять, как велико было благоволение, оказанное фараоном новым союзникам. Тутмос IV заключил также дружеское соглашение с царем Вавилона, и обе стороны строго соблюдали его.
Что касается Нубии, там не возникало больших волнений. Царь посетил ее на восьмом году царствования. Надпись, выбитая на скале близ Коноссо, говорит, что фараон беседовал со своим отцом Амоном о мятеже в Нубии. Тутмос IV отправился в храм в Карнаке, принес большие жертвы богу и просил направить его на верный путь. Амон благосклонно отнесся к своему сыну, и тот вышел из святилища с «расширившимся сердцем», то есть радостный.
В те времена, когда жизнь текла между пальцев обильно, как вино, когда одежды знатных людей были роскошны и щеголи следовали самым изысканным модам, призрак войны отдалился. Тем не менее в гробнице царя нашли роскошную парадную колесницу, кузов которой остался цел. Ее металлические части вызолочены. На наружной поверхности колесницы изображен фараон в гуще рукопашной схватки. Он возвышается над противником и посылает смертоносные стрелы. Невозмутимо спокойный, он являет собой господство порядка над хаосом. Эта колесница, пройдя через руки самых искусных ремесленников царства, вышла из них творением искусства, пиршеством для глаз. Она имеет ритуальное, а не военное назначение.
В те времена жил знаменитый писец и астроном, жрец Амона Нахт. Его гробницу в фиванском некрополе посещают чаще других. Любопытно, что украшающие усыпальницу рельефы не имеют ничего общего с занятиями усопшего: они изображают охоту, рыбную ловлю, сбор винограда, пир, происходящий одновременно и в земном, и в потустороннем мире.
Гробница Менна, писца кадастров, также очень хорошо сохранилась. Сцены сельской жизни соседствуют в ней с религиозными — поклонения восходящему солнцу и богу мертвых Осирису. Там есть и изображения паломничества на ладьях к священному городу Абидосу, и сцена психостасии, где судьи иного мира взвешивают душу умершего.
В гробнице самого царя сохранился саркофаг из известняка, украшенный двумя глазами воскресшего усопшего. Мумия изъята и укрыта в гробнице Аменхотепа II. Когда гробницу открыли, на полу обнаружили множество валявшихся предметов — это были сломанные части погребальной утвари. До сих пор не найдено объяснения этой находки. Мысль о ненависти к Тутмосу IV кажется невероятной. Может быть, это следы давнего ограбления.