Страница 1 из 8
Ишида Рё
Провальная карьера Таканаши Кена
Собрание ожидаемо затянулось до глубокой ночи. Таканаши пришло в голову, что любовь руководства проводить эти заседания вечером в пятницу, отдаёт издевательством над сотрудниками. Хотя в данном случае нельзя было не признать, что проблема серьёзная и тянуть с ней не следует.
– Третий месяц они срывают поставку запчастей! Из-за них мы просрочили уже два важных заказа! Ямомото-сан ездил извиняться к клиентам, но не думаю, что они успокоятся, пока не получат свой заказ! С этим, в конце концов, надо что-то делать! – проговорил Сузуки-сан, заместитель Главы Корпорации Накано. Председатель Совета директоров Накано Даичи, поднял глаза и обвёл тяжёлым взглядом всех своих генеральных менеджеров. И все они потупились, не выдержав давления исходившего от этого уже очень старого человека. Таканаши подумал, что даже в возрасте семидесяти пяти лет Накано-сан всё ещё способен внушать своим сотрудникам священный трепет. Сам Таканаши сидел в самом конце стола. Вообще чудо, что ему полукровке удалось так далеко зайти в японской компании. Этим он был всецело обязан своему боссу Киношите-сану. Впрочем, если бы Киношита-сенсей не оказался его преподавателем в университете, и не обратил на него внимания, Таканаши, в лучшем случае, так и остался бы одним из миллиона сариманов, без малейших карьерных перспектив. Конечно, он взял японскую фамилию своей матери, но внешность поменять он не мог, как и русый цвет волос. Всякий, взглянув на него, мог понять, что он не японец. Вернее не чистокровный японец. Таканаши с детства привык к тому, что над ним смеются. Из-за этого, для него ощущавшего себя таким же, как все, было особенно обидно выслушивать обидные замечания в свой адрес. Возможно, именно из-за этого он и начал заниматься боксом. В старшей школе его результаты были неплохими. Он был высоким, с длинными руками и его давно уже никто не рисковал задирать. Может быть, ему и дальше лучше было продолжать заниматься боксом. Его тренер в университете предлагал ему ехать в тренировочный лагерь, по итогам которого, сам четырёхкратный чемпион мира среди профессионалов великий Иноу будет отбирать спарринг партнёров для подготовки к предстоящему бою.
– Его следующий соперник высокий, выше него на полголовы. То есть ростом примерно с тебя! У тебя отличные шансы! – сказал ему тренер и очень удивился, когда Таканаши вежливо отказался от его предложения. Он не стал объяснять тренеру, что не хочет идти по простому и, казалось бы, очевидному пути. Ещё с младшей школы ему хотелось одного, быть как все. Ему казалось, что если он не будет выделяться, другие ученики примут его за своего. И хотя к старшей школе он уже отлично понял, что этого никогда не будет, его мечтой по-прежнему оставалось окончить университет и стать рядовым офисным сотрудником. Таким же, как все. Кто был его отец Таканаши Кен не знал, сам он его никогда не видел, а мать про него ничего не рассказывала, но достаточно было взглянуть на Таканаши, чтобы понять, что его отец гайдзин. Постепенно Кен окончательно смирился со своим положением. Сато, его единственный друг в средней и старшей школе, говорил ему:
– Кен, тебе надо ехать в Америку! Там на тебя никто косо смотреть не будет! Там все, такие как ты!
За такие слова Таканаши мог бы обидеться на кого-нибудь другого, но только не на глупого, доброго Сато. Они вместе ходили в боксёрскую секцию и, в отличие от Кена, Сато продолжил заниматься боксом после школы. И когда Таканаши поступил в институт, его школьный друг Сато уже выходил на профессиональный ринг. Постепенно пути их разошлись и последнее, что Кен слышал о своём друге детства было то, что он связался с якудза.
– Это ты умный! А у меня нет другого пути, кроме как стать бандитом! – говорил Сато. Таканаши часто вспоминал о нём, в университете он ровно общался со всеми, но других друзей у него так и не появилось.
– Весь этот разговор лишён всякого смысла! – неожиданно громко проговорил Глава корпорации, – нам просто нужно решить, кто поедет в Итой!
Над столом повисла напряжённая тишина. Руководители подразделений переглядывались друг с другом с немым вопросом. Очевидно, что желающих ехать на заснеженный Хоккайдо не наблюдалось.
– Ямомото-сан? Может быть, Вам стоит лично разобраться в этом деле? – тяжёлый взгляд Накано-сана остановился на руководителе коммерческого отдела, сухоньком маленьком, рано облысевшем мужчине в дорогом костюме.
– Но я очень занят, Накано-сан! Мы открываем новый салон и вообще… – замялся Ямомото.
– Хорошо, кого Вы предлагаете вместо себя? – отчеканил Глава.
Ямомото окинул испуганным взглядом сидевших за столом мужчин, среди которых была только одна женщина Ито-сан, начальник отдела кадров. Взгляд Ямомото-сана показался Таканаши взглядом утопающего разыскивающего спасательный круг. Он с трудом смог сдержать улыбку.
– Например, Киношита-сан! – выговорил, наконец, Ямомото, жалобно глядя на начальника Таканаши.
– Позвольте, Ямомото-сан! У меня через два дня сдача отчётов! – возмутился Киношита.
Лицо начальника коммерческого отдела скукожилось, словно высохший лимон. И тогда Таканаши решился.
– Киношита-сан, разрешите мне сказать? – прошептал он, обращаясь к своему начальнику. Киношита не успел ему ответить, как Глава уставился на Таканаши. «Неужели услышал? А говорили, что старик глуховат!» – подумал Кен.
– Я знаю, Вы все считаете, что я старый глухой старик! – отчеканил Глава, – но я прекрасно слышал Вас, молодой человек! Как Ваше имя?
«Конечно, он меня не помнит!» – подумал Таканаши с некоторым разочарованием.
– Таканаши Кен! – представился он, вставая, – четвёртый отдел!
Кен поклонился.
– Я Вас слушаю! – грозно изрёк Накано.
– Если Киношита-сенсей доверит мне эту миссию, я прошу разрешения отправиться в Итой! Я осмотрюсь на месте и доложу, есть ли необходимость Киношите-сенсею туда ехать!
Таканаши снова поклонился. Накано-сан перевёл грозный взгляд на начальника четвёртого отдела.
– Что скажите Киношита-сенсей?
Начальник поднялся, указательным пальцем поправил на переносице очки.
– Уверен, Таканаши прекрасно справится с этим заданием! – сказал он, – он один из самых подающих надежды наших сотрудников! Он отчитается мне лично, а я уже решу, есть ли мне смысл самому ехать на Хоккайдо!
– Что ж, на том и порешили! Собрание закончено!
Все сразу же поднялись со своих мест и дружно поклонились. Когда начальники отделов покидали зал совещаний, Кен ловил на себе злобные, завистливые взгляды.
– Ты меня очень выручил Таканаши-кун! – сказал ему Киношита-сан, положив руку Кену на плечо, – но ты должен понимать, что теперь тебя все будут ненавидеть! Выскочек у нас не любят!
– Мне не привыкать, сенсей! – отвечал ему Таканаши, – меня это не волнует! Для меня было важно дать Вам возможность спокойно работать!
– Ты отличный парень, Таканаши-кун! Но всё же будь осторожен! – Киношита-сан похлопал Кена по плечу.
– Я отправлюсь, завтра же! – отвечал ему Таканаши.
– Отлично! Утром зайди, оформи командировку!
Уже сидя в электричке по дороге домой, Таканаши задумался. С одной стороны Киношита-сенсей должен быть ему благодарен, но всё же факт остаётся фактом, несмотря на все его, Кена, попытки не прыгать через голову своего шефа, он сделал именно это. Таканаши уже жалел о своём поступке. «Чёрт меня дёрнул!» – думал он. Подходя к своему дому, он увидел на парковке чёрный Лексус. Оглядываясь по сторонам, Кен отпер магнитным ключом дверь в подъезд своего дома и увидел Ито-сан, единственную женщину в правлении корпорации Накано. Стройная, словно девочка, несмотря на то, что ей было уже за сорок, она стояла недалеко от лифтов, засунув руки в карманы своего светлого плаща. Её тёмные, густые волосы кончиками едва касались плеч, несмотря на холодную погоду, на ней были туфли на высоком каблуке, подчёркивающие совершенную форму её длинных ног.