Страница 133 из 188
Пребывание царицы-матери в «колыбели христианства» ознаменовалось и исполнением предначертаний ее царственного сына. В Палестине все места, освященные евангельскими событиями, уже давно подверглись опустошению. Язычники, по ненависти к христианству, постарались изгладить самую память о них; самое дорогое место для верующего христианского сердца – пещера Гроба Господня была засыпана мусором и сокрыта таким образом от благоговейных взоров; мало того, как бы в насмешку над «Распятым Богом» и Его почитателями, на холме, насыпанном поверх святой пещеры, построено было капище «сладострастному демону любви» (Венере). По указаниям Елены идольские капища, поставленные на местах священных для христиан, были разрушены и вместо них сооружены святые храмы. Так прекрасные церкви построены были, по желанию и на средства царицы в Вифлееме над пещерой Рождества Христова, на горе Елеонской – месте Вознесения Господня; храмами украшены были Гефсимания – место успения Пресвятой Богородицы, место явления Бога Аврааму у дуба Мамврийского.
Но главнейшею заботою царственной старицы было осуществить мысль ее великого сына, отыскать то самое Древо, на котором был распят Спаситель мира.
Место, где сокрыт был Крест Господень, было неизвестно; к отысканию его благочестивая Елена употребила со своей стороны все средства и свое царское влияние. И после долгих усиленных опросов и исканий место это указано было некиим Иудою, евреем, преклонных лет старцем, сыном иудейского учителя, – указано под языческим капищем, построенным на холме, покрывавшем пещеру Гроба Господня. По приказанию царицы мерзкая Венера была низвергнута, ее капище немедленно разрушено; святитель иерусалимский Макарий совершил молитву на поруганном месте; приступили к расчистке возвышенности. И благочестивая ревность получила дивное подкрепление: трудившиеся, копавшие землю верные обоняли воню благоухания, исходившую из-под земли. Ревность о славе имени Христова побуждала работавших, согласно желанию блаженной Елены, относить материалы разрушенного языческого храма и весь мусор из-под него как можно дальше от места погребения Господа Иисуса, чтобы таким образом ничто оскверненное идолослужением не прикасалось великой христианской святыни. Пещера Гроба Господня была найдена и очищена; близ нее, на восточной стороне, обретены были три креста и подле них доска с надписью и честные гвозди. – Но как было узнать, который из трех крестов был крестом Спасителя? – Общее недоумение по этому делу разрешилось, по устроению Промысла, чрез такое чудесное событие: случилось, что мимо этого места в то время проносили для погребения мертвеца; святитель Макарий велел остановиться проносившим покойника; стали полагать, по совету епископа, найденные кресты по одному на умершего; и, когда возложен был Крест Христов, мёртвый воскрес. Все, видя это чудо, возрадовались и прославили дивную силу животворящего Креста Господня. Старица-царица с благоговением поклонилась честному Древу и облобызала его. А так как при множестве народном не возможно было, по примеру царицы, каждому порознь воздать должное почтение обретенному кресту, то святитель Макарий, удовлетворяя общему желанию – хотя бы издали видеть святыню, благочестно подъяв ее и став на возвышенном месте, сотворил воздвижение Креста Господня пред взором множества верных, которые в то время велегласно восклицали: «Господи, помилуй!» Это было первое Воздвижение честного и животворящего Креста; совершилось оно в 326 году. Православная Церковь празднует это событие ежегодно 14 сентября523. Многие из язычников и иудеев тогда обратились ко Христу; в числе обратившихся был и тот Иуда, которой указал место, где хранился святой Крест524. Святой Крест потом положен был в серебряный ковчег для сохранения; в великую пятницу он выносим был на Голгофу (в построенном вскоре храме, где он хранился) для поклонения. Но частицу живоносного Древа святая Елена, оставляя Иерусалим, взяла с собою в дар сыну своему Константину. Прожив после того не долгое время блаженная царица-мать скончалась и была честно погребена.
Получив от матери, блаженной Елены бесценное сокровище – частицу святого Креста, Константин решил украсить пещеру Гроба Господня и подле нее построить такой храм, который был бы «великолепнее всех храмов, где-либо существующих»... «Пещеру как главу всего, по словам Евсевия, христолюбивая щедрота царя одела отличными колоннами и многочисленными украшениями. Из пещеры был выход на обширную площадь под открытым небом. Эта площадь выстлана блестящим камнем и с трех сторон ее охватывали непрерывные портики». А с какою поразительною внимательностью христианин-царь относился к построению храма на восточной стороне пещеры, об этом всего лучше дают понятие следующие строки из письма Константина к иерусалимскому святителю Макарию: «что касается до возведения и изящной отделки стен храма, то знай, что заботу об этом я возложил на правителей Палестины. Я озаботился, чтобы их попечением немедленно доставляемы были тебе и художники, и мастера, и всё необходимое для постройки. Что же касается до колонн и мраморов, то какие признаешь ты драгоценнейшими и полезнейшими, – рассмотри обстоятельно, и ни мало не медля пиши мне, чтобы из твоего письма я видел, сколько каких требуется материалов и отовсюду доставил их. Сверх того хочу знать, какой нравится тебе свод храма – мозаический или отделанный иначе. Если мозаический, то прочее в нем можно будет украсить золотом. Твое преподобие пусть в самом скором времени известит упомянутых правителей, сколько потребуется мастеров и художников и сколько издержек. Постарайся также немедленно донести мне не только о мраморах и колоннах, но и о мозаике, какую признаешь лучшею».
Константин между прочим сам придумал, что храм хорошо будет украсить двенадцатью – по числу Апостолов – колоннами, на верху которых находились бы вылитые из серебра вазы. Неудивительно поэтому, что храм этот представлял собою чудо красоты и видом своим приводил в восторг современников. Евсевий историк между прочим так описывает этот памятник благочестивой ревности первого христианского императора: «Базилика (храм) – здание чрезвычайное, высоты неизмеримой, широты и длины необыкновенной. Внутренняя сторона его одета разноцветными мраморами, а наружный вид стен, блистающий полированными и один с другим сплоченными камнями, представляется делом чрезвычайно красивым и нисколько не уступает мрамору. Куполообразный потолок украшен дивною резьбою, которая, распространяясь подобно великому морю над всею базиликою взаимно связанными дугами и везде блистая золотом, озаряет весь храм будто лучами света. Главный предмет всего – полукруг, расположенный на самом краю базилики (на восточной стороне), по числу двенадцати Апостолов увенчан двенадцатью колоннами, вершины которых украшены большими вылитыми из серебра вазами – прекрасным приношением Богу от самого царя».
Но благочестивый царь не ограничивался в своем отношении к христианству только попечительностью о внешнем его возвеличении; его озабочивала и внутренняя жизнь Христовой Церкви. Церковь, по мысли Константина, должна служить важнейшею опорою жизни государственной; религиозное единство должно быть могучим залогом преуспеяния империи. Церковь, блистая величием и внешним благолепием, своим внутренним миром должна привлекать к себе языческое население, постепенно обращая всё государство в один внутренно-сплоченной организм, оживотворяемый Единым Духом Христовым. Такое единство и благостояние Церкви «давали заботливому царю мирные дни и спокойные ночи», в том он видел счастье и свое и всех подвластных ему народов мира».
Не всегда, однако, и не легко давались великому императору эти «мирные дни и спокойные ночи». В его время Церковь Христова, увенчанная уже победным венцом мученичества и получившая право гражданского существования даже с преимуществами пред язычеством, возмущаема была внутренними нестроениями, зародившимися и созревшими еще в тяжкую годину гонений. Едва воцарился Константин в Риме, как с удивлением и скорбью узнал он, что целая область его империи обуревается междоусобием чад Единого Отца. – Среди христиан в Африке возгорелась борьба из-за поставления епископом карфагенским Цецилиана – «предателя»525; его противники избрали себе епископом Маиорина, а вскоре – по смерти Маиорина – возвели на его место главного зачинщика своего противления Доната526. Приверженцы последнего – «донатисты», сблизившись с «новацианами»527, утверждали, что только они составляют Церковь Христову и в исступленном фанатизме не стеснялись возводить клеветы на своих противников, даже насильно отнимать у них храмы; дело доходило нередко до кровопролития между враждующими сторонами. Для примирения их и рассмотрения их взаимных жалоб Константин сначала посылал в Карфаген своего «любимого и уважаемого» епископа Осию528, поручая ему в то же время раздать денежную помощь тамошним бедствующим христианам529; потом по именному приказанию императора по делу донатистов собраны были два собора – малый в Риме и «из многих епископов разных мест» в Арелате530. Суд, произнесенный на непокойных раскольников этими соборами, подтвержден был, наконец, в Милане в 316 году под личным председательством Константина, и дело по-видимому уладилось.